Страница 49 из 73
Макс слушал, кивал, улыбался в нужных местах. Но где-то внутри, под этой спокойной улыбкой, шевельнулось лёгкое недовольство — не к Артёму, а к тому восхищению, которое Серая невольно передавала, рассказывая о нём. Ему не нравилось это чувство, и он старался его не замечать. Но в голове у него настойчиво крутилась одна и та же мысль: "надо чаще бывать здесь, в «Странных вещах», на её территории, среди этих аккуратных папок, пробных артефактов и людей, которые учатся слышать тишину. Да и на свидание надо пригласить, а только в один раз в театр ходили." Только вслух он этого не сказал.
— Рад за тебя, — произнёс он наконец, чуть крепче, чем обычно. — Штат давно нужно было расширять. Пусть будет Артём. Главное, чтобы не перегорел от старания.
Серая кивнула, закрыла журнал и посмотрела на Макса так, будто видела не только его слова, но и то, что осталось между строк. Макс аж захотел смутиться, но расслабился, ведь своего отношения к ней он и не хотел от неё же прятать.
— Не перегорит, — уверенно сказала она. — У него правильная хватка. Он не боится ошибаться, а значит, будет учиться.
За окном окончательно стемнело, и город накрыла мягкая, зимняя тишина. В «Странных вещах» погасили большую часть ламп, оставив только тусклый свет над верстаками — на случай, если кому‑то захочется задержаться. И в этой тишине, среди запаха воска и остывшего металла, казалось, что мастерская не просто живёт, а дышит — ровно, спокойно, уверенно. И теперь в этом дыхании был и новый голос — голос Артёма, который только учился слышать мир вокруг.