Страница 18 из 73
Глава 8. «День без магии»
Город проснулся непривычно тихим. Не тем тихим, когда все ещё спят, а тем, когда будто кто‑то выкрутил ручку громкости у самого мира. Серая вышла на крыльцо конторы и замерла: тепловой артефакт на углу дома не гудел, как обычно, а стоял мёртвым куском металла. Даже воздух казался плотнее — будто без фоновой магии он потерял лёгкость.
В конторе царила растерянность. Кристина щёлкала переключателем на ручном фонаре — привычный магический свет не загорался, и приходилось возиться с фитилём и маслом. Лидия сидела над схемой при свете масляного фонаря (где только нашла Серая не поняла), хмуро водя карандашом по бумаге: её любимый чернильный артефакт, который сам выравнивал линии, теперь просто капал чернилами, как обиженный ребёнок. Халим пытался открыть ящик с пинами заклинанием‑ключом, но замок не щёлкал, не вспыхивал и не поддавался. Пришлось искать обычный ключ на связке.
— Магия пропала, — тихо сказала Серая, оглядывая комнату. — Не сломалась. Просто… выключилась. На часы, сутки, на неделю — не знаю. Но сегодня мы работаем без неё.
Халим поднял взгляд, в нём мелькнуло что‑то похожее на уважение к самой простоте фразы.
— Без «костылей», значит.
Серая кивнула.
— Именно. Сегодня мы узнаем, кто на что способен, когда нельзя просто махнуть рукой и сказать: «Пусть артефакт сделает».
Лидия вдруг подняла голову, будто что‑то вспомнила.
— Подождите. Тепловой артефакт в приёмной всё ещё тёплый. Я потрогала его пять минут назад — он отдавал тепло, хоть и слабее обычного.
Все переглянулись. Кристина тут же метнулась к углу, приложила ладонь к медной оправе.
— Да! Он тёплый. Не горячий, но точно не остыл.
Серая улыбнулась внимательности Лидии, подошла к артефакту, провела пальцами по пинам, проверяя соединения.
— Это не случайность, — сказала она остальным. — Дело в типе питания. Большинство наших артефактов работают на фоновой магии города — она как туман по утрам: везде, но не видна. Световой фонарь, чернильный выравниватель, замок‑заклинание — все они берут энергию прямо из фона. Когда фон пропал, они остались без питания.
Халим кивнул, быстро складывая детали в голове.
— А тепловой…
— Тепловой артефакт — другой, — продолжила Серая. — У него есть собственный накопитель: тот самый овальный камень внутри. Он не просто тянет магию из фона, а аккумулирует её. В нём всегда есть запас, рассчитанный на несколько дней работы. Поэтому он ещё держится — просто отдаёт накопленное, а не пытается тянуть из пустого фона.
Кристина посмотрела на фонарь в своей руке, потом на тепловой артефакт.
— То есть если бы у фонаря тоже был накопитель, он бы работал?
Серая чуть улыбнулась.
— В теории — да. Но накопители дорогие и тяжёлые. Для фонаря это было бы как поставить паровозный котёл в карман. Непрактично. Поэтому большинство бытовых артефактов делают зависимыми от фона. А вот для вещей, от которых зависит безопасность или тепло, — ставят накопители. Это правило ремесла: если вещь должна работать, когда всё остальное сломается, — ей нужен свой источник.
Лидия задумчиво постучала карандашом по столу.
— Значит, проблема не в самих артефактах. Проблема в том, что мы привыкли, будто фон есть всегда. И проектировали всё под это.
Серая кивнула, потом вдруг повернулась к парням.
— А теперь скажите мне, что вы помните из института про временное исчезновение фоновой магии как природного явления? Не про поломки, а именно про фон.
Дмитрий, который обычно в таких разговорах старался не высовываться, вдруг выпрямился.
— Есть теория о «дыхании лей‑линий». Мол, фоновый поток не постоянен, а пульсирует, как кровь в жилах. Иногда он уходит в глубину, и тогда фон на поверхности почти пропадает, - подумав же добавил неуверенно, - либо слабевает. Обычно это длится от нескольких часов до суток.
Пётр подхватил, будто рад, что может вставить слово:
— И ещё это бывает из‑за атмосферных возмущений. Если над городом проходит сильный грозовой фронт, он как бы экранирует фон, и тот не может пробиться к поверхности. - Халим на это утвердительно кивнул, но и добавил что при грозе фон полностью не исчезает, но ослабляется.
Джин добавил, чуть смущаясь:
— А ещё есть сезонные колебания. В конце лета, когда земля «засыпает» перед осенью, фон тоже слабеет. Не всегда, но бывает.
Серая одобрительно кивнула.
— Точно. Это не поломка. Это природное явление. И оно временное. Значит, наша задача не починить фон, а помочь людям пережить эти сутки.
- Ах вот почему по осени у меня дома перебои в работе выпрямителя для волос, - это было сказано с таким искренним возмущением, что все от души посмеялись кроме самой возмущённой девушки.
Лидия же после того как отсмеялась посмотрела на Дмитрия с неожиданным интересом — в её взгляде мелькнуло что‑то вроде уважения. Она и правда уже забыла эти теории, а он помнил. Умные и заботливые мужчины были её маленькой слабостью, и сейчас она сама себе в этом призналась.
— Хорошо, — сказала Лидия чуть твёрже. — Значит, действуем по плану. И спасибо, что не забыли теорию.
Дмитрий покраснел, но постарался не выдать радости.
Халим, стоявший рядом с Кристиной, тихо хмыкнул, едва сдерживая улыбку. Кристина тоже хихикнула, и они переглянулись: обоим было очевидно, что между Лидией и Дмитрием сейчас пробежала не искра магии, а что‑то куда более человеческое.
Дальше началась рутина, которая вдруг стала подвигом. Кристина вручную пересчитала запасы пинов, записывая цифры в толстую тетрадь и дважды проверяя каждое число. Лидия, стиснув зубы, чертила схему стабилизатора заново — теперь без помощи артефакта, который раньше сам подсказывал, где линия дрожит. Она делала ошибки, стирала, снова чертила, и с каждой новой линией её движения становились увереннее.
Рядом молча работал Дмитрий. Он не мельтешил, не заглядывал через плечо, а просто подавал ей нужные карандаши, убирал лишние листы, не пытаясь заговорить. Лидия это заметила. И впервые не раздражалась.
А потом он всё же решился.
— Я могу тебе помочь, — сказал он, глядя не на неё, а на схему. — Не стоять над душой. А реально помочь. Я вчера перечитал раздел про контуры стабилизации. И кое‑что понял.
Она подняла на него глаза, будто проверяя, не шутит ли он.
— И что же?
— Что если мы разделим нагрузку не по старой схеме, а вот так, — он взял карандаш и быстро набросал вариант, не такой аккуратный, как у Лидии, но чёткий и логичный.