Страница 65 из 120
К трепетному моменту, когда подходила наша очередь, нужно было быть наготове: знать, куда мы едем и каким классом. В поезде был «эконом» с деревянными сидячими лавками – туда явно отправлялись работяги с двухлитровыми баклажками «Жигулевского». А нам предстояло попасть в не знающий аналогов узкоколейный спальный вагон, собранный в здешних мастерских. Как правило, пассажирские рейсы на отечественных узкоколейках длятся не дольше 3–4 часов и простых сидячих мест вполне достаточно. Но Алапаевская магистраль растянулась на 150 километров, которые узкоколейный поезд преодолевает за 8–9 часов, и для таких путешествий было решено оснастить несколько вагонов плацкартными полками. Вот только габариты вагона не позволяют разместить их поперек, как на большой железной дороге, поэтому они вытянуты вдоль стен, и в вагоне вмещалось всего около пятнадцати человек.
Нам предстояло ехать в таком вагоне до самого конца дороги – станции Калач. Такой пункт назначения повышал интерес окружающих к нашей компании: мало того, что явно не местные, так еще и едут в самую даль, куда редко кто сунется по своей воле. Зато я был счастлив до невозможности, зажимая в руке заветный картонный билетик, оставшийся из советских запасников (их заменили бумажными несколько лет спустя). Впереди поджидало многочасовое путешествие в невероятный узкоколейный мир!
На близлежащем переезде включались мигающие красные огоньки над шлагбаумом, и из-за того самого угрюмого забора начинал выкатываться литерный алапаевский поезд. Несколько вагонов, стряхивая с крыш застоявшуюся капель дождя, бодро покачивались с бока на бок. На каждом из них красовался какой-нибудь текст: «Пользуйтесь услугами ж/д транспорта», «Алапаевские просторы», «Лес», «Почтовый» или просто 001 – любой из красных, синих и зеленых вагонов отражал важные для региона тезисы, складывавшиеся в облако тегов. Облако нависало над нами, а поезд уже уехал… Так устроены пути – сначала ему нужно добраться до узловой станции Красная II, а оттуда задним ходом вернуться в наш неприглядный тупик. Через некоторое время переезд снова замирал, чтобы дать уже знакомой веренице тегов с музыкальным скрипом подъехать к платформе.
Посадка в пассажирский поезд № 1
Из дверей высыпали проводники, пассажиры шустро закидывали свои пожитки в вагоны и возвращались на улицу, чтобы до отправления поболтать с провожающими и соседями. Даже зимние морозные вечера на станции были наполнены приятным платформенным настроением, в котором дым из вагонных печей сочетался с паром от разгоряченного дыхания, а стрекот и пыхтение тепловоза – с хрустом снега от переминающихся ног.
Наконец все рассаживались по вагонам, проводники показывали желтые флажки, локомотив давал протяжный свисток и в последний, третий раз за вечер пересекал городской переезд. Мы проезжали переплетение путей главной станции АУЖД, где когда-то cкрещивались разнообразные грузовые и пассажирские поезда. Теперь же окна диспетчерской смотрели на малоиспользуемые пути, куда лишь изредка доезжал груженный лесом состав. Еще несколько городских огней и строений позади, и поезд углублялся в лесную чащу, которая сопровождала пассажиров почти все пять с половиной часов их узкоколейного путешествия.