Джокер

Ее дыхание уже вырывалось короткими толчками. Ее задница терлась о мою эрекцию, пока она пыталась сжать бедра.

— Мне нужно… — Она замолчала, когда я провел поцелуями с открытым ртом вверх к ее уху.

— Что тебе нужно?

— Ты.

Моя голова резко дернулась вверх, встречаясь с ее взглядом в зеркале. Одно слово стало моей, блять, гибелью. Я наблюдал, как это произошло в зеркале. Наблюдал, как моя улыбка стала дикой, а глаза потемнели. Наблюдал, как я сдаюсь той электрической связи, которая всегда гудела, между нами, как оголенный провод.

Ее пульс бешено колотился под моей рукой. Мое собственное сердце громыхало о ребра, что казалось невозможным.

Оно, черт возьми, больше не принадлежало мне, так почему же оно все еще билось в моей недостойной груди? Оно принадлежало ей – я принадлежал ей – и у меня было чувство, что она еще не осознала, как глубоки мои чувства к ней. Сколько власти она надо мной имеет.

Покачав головой, я медленно развернул ее и завладел ее губами жадным поцелуем. Мой член напряженно пульсировал в штанах, твердый как, блять, камень. Я прижал ее к стене, заглушив вырвавшийся от удара вздох.

— Я никогда, блять, не смогу насытиться тобой. Хочешь меня? — резко прошептал я, мои губы касались ее. — Я твой. Всегда. Все, что тебе нужно сделать, сказать слово.

Схватив ее за задницу, я поднял ее с пола, ее ноги автоматически обвили мои бедра. И почему бы им не делать этого? Они были созданы, чтобы быть там, она была создана для меня.

Эдди издала задыхающийся смешок.

— Ты так говоришь? Как щедро. — В ее голосе слышалась дразнящая нотка, но даже когда она говорила, она двигала бедрами вниз, насаживаясь на мой член.

Мои пальцы впились в ягодицы, и я уткнулся лицом в ее шею, со стоном вдыхая ее аромат.

— Я знаю. — Дрожь прошла по ее телу, когда я заговорил прямо у ее уха, и я усмехнулся. — Я всегда щедр, когда дело касается тебя. Особенно когда ты вся нуждающаяся и возбужденная для меня.

— Кто сказал, что я нуждающаяся? — Она попыталась сохранить голос ровным, но потерпела сокрушительную неудачу.

Так, блять, мило.

Мои брови взлетели вверх, и я откинул голову назад, чтобы посмотреть на нее.

— Давай проверим, хорошо?

Удерживая ее вес одной рукой, я поднял платье вокруг ее талии и просунул руку, между нами. Мне даже не пришлось отодвигать ее трусики в сторону, чтобы узнать, насколько мокрой она была для меня.

Маленький клочок ткани был влажным и прилипал к ее губкам. Я поднял голову и медленно усмехнулся.

Эдди вызывающе подняла подбородок.

— Ну и что? Ты горячий. Это не доказывает, что я нуждающаяся.

— Ммм. Возможно, нет. — Я прижался лбом к ее лбу, удерживая ее взгляд. — Но это доказывает.

Отодвинув ее трусики в сторону, я провел пальцем по ее губкам и наблюдал, как ее глаза наполовину закрылись. Я ввел один палец в ее тугую киску и задержал его там, ожидая. Эдди тяжело дышала, ожидая, что я буду трахать ее так, как она предполагала.

Подняв бровь, я уставился в ее глубокие карие глаза. Ее киска сжалась вокруг моего пальца, и ее сок пропитал мою руку, но я не двигался.

Эдди сверкнула на меня глазами, когда поняла, что я делаю.

— Серьезно?

Я приподнял одно плечо, провел большим пальцем по ее клитору всего один раз, затем снова остановился.

— Серьезно. Я хочу, чтобы ты сказала это.

— Сказала что? — процедила она сквозь стиснутые зубы, ее ноги дрожали в моей хватке.

— Скажи, что ты нуждающаяся маленькая шлюшка. — Еще одно движение по ее клитору. — Моя нуждающаяся маленькая шлюшка. Раздвигаешь для меня ноги, течешь по моей руке, отчаянно хочешь, чтобы тебя трахнули. — Ее киска сжалась вокруг моего пальца, и я улыбнулся. — Скажи это.

Ее зубы впились в губу, пока она изучала мое лицо, ее стенки пульсировали вокруг моего пальца без остановки. Мой член истекал и дергался в штанах, но я был полон решимости не сдаваться. Поместив большой палец на ее опухший клитор, я не давал ни трения, ни движения.

Эдди начала извиваться, наши тяжелые дыхания смешивались, пока наконец она не выдохнула:

— Черт! Я больше не могу этого выносить. Я шлюшка, нуждающаяся маленькая шлюшка!

Я вытащил пальцы из ее киски, облизав ее возбуждение, пока она смотрела широко раскрытыми глазами. Затем ее руки принялись лихорадочно разрывать мои джинсы, отрывая пуговицу и дергая молнию вниз.

Я схватил ее за запястье.

— Тише, тише. Чья ты шлюшка?

Эдди оторвала взгляд от очертаний моего члена в боксерах, и я быстро поцеловал ее в губы, подбадривая.

— Давай, детка. Мне нужно, чтобы ты сказала это.

— Твоя, — выдохнула она. — Я твоя нуждающаяся маленькая шлюшка, Саша.

— Черт, да, — простонал я, отпуская ее запястье и позволяя ей освободить мой член. — Бери то, что принадлежит тебе.

Перехватив хватку, я позволил кончику своего члена скользнуть по ее губкам и выровняться у входа. Без колебаний я толкнулся вверх и погрузился в нее, жадно желая почувствовать, как ее стенки снова сжимаются вокруг меня.

Несмотря на то, что она была мокрой насквозь, и я брал ее несколько раз прошлой ночью, она все еще была тугой, как перчатка. С рычанием я двинулся вперед, захватив последний дюйм и вжимаясь лобком в ее клитор.

— Да-а-а, — прошипела она, ее голова откинулась на стену с глухим стуком.

Я прижался к ее губам голодным поцелуем, завладевая ее ртом, когда отстранился и снова вонзился внутрь. Руки Эдди были на моих плечах, ее ногти остро впивались в мои мышцы, посылая искры удовольствия вниз по позвоночнику.

— Так, блять, туго, детка. Чувствуешь? Чувствуешь, как мой толстый член растягивает тебя? — Эдди всхлипнула, и я укусил ее за шею. — Это единственный член, который ты когда-либо почувствуешь снова.

Ее глаза затуманились, и ее взгляд привлекли мои напряженные бицепсы, поддерживающие ее вес. Она закусила губу, следя за линиями вен, выступающих на моих предплечьях.

— Нравится то, что видишь? — усмехнулся я, входя в нее ленивыми толчками.

Голова Эдди резво дернулась вверх, ее раскрасневшиеся щеки покраснели еще больше.

— Заткнись, — вяло прорычала она, вонзая ногти мне в шею с большей силой.

Со стоном я ускорил темп.

— Ты уже забыла, как сильно мне нравится, когда ты вонзаешь в меня свои миленькие маленькие коготки?

— С тобой что-то не так... — Она замолчала, когда я толкнул бедрами вверх и погружаясь до самого основания.

— Что ты сказала?

Эдди сузила глаза.

— С тобой что-то… черт, с тобой что-то н-не так!