Джокер

Он наклонил голову набок, разглядывая меня так, будто это я вела себя как-то странно. Затем, спустя секунду, его лицо снова смягчилось – словно он сознательно переключил какой-то внутренний тумблер.

— Все хорошо. Тебе больше не нужно об этом беспокоиться.

В животе завязался тугой узел.

— Беспокоиться о… коробках?

— Беспокоиться о том, что ты делаешь все одна, — поправил он.

О боже мой. Он же реально собирается пустить мою кожу на лоскутное одеяло, да?

Я заставила себя хихикнуть.

— Ну, я вообще-то не совсем одна. У меня есть друзья. И… люди вокруг. Ну, ты понимаешь. Знакомые.

— Не здесь, — тихо отрезал он.

Я переступила с ноги на ногу, внезапно остро ощутив, какая мертвая тишина воцарилась в квартире. На заднем плане все еще бубнил телевизор, заполняя пространство низким бормотанием голосов, но этот звук казался далеким.

— Но сейчас здесь я.

Я сглотнула.

— Да. Ты здесь.

Через мгновение я медленно повернулась обратно к коробкам, потому что если бы я не отвлеклась, то начала бы паниковать.

— Отлично! — бодро воскликнула я. — Итак! Раз уж ты здесь и так… э-э… сильно замотивирован, ты мог бы, ну, скажем, заклеивать коробки скотчем?

Лицо Эрика так и просияло:

— Да! Да, это хорошо.

Во мне промелькнуло облегчение. Супер. Конкретная задача. Минимальный уровень взаимодействия. Мы в порядке. Как только он закончит, я просто выставлю его за дверь. Без обид и лишнего шума.

Я протянула ему пистолет для скотча, который он взял аккуратно, чуть ли не с благоговением. На долю секунды наши пальцы соприкоснулись, и я резко отдернула руку.

Слишком резко.

Что-то изменилось в его выражении лица.

— Ты нервничаешь.

Мой смех прозвучал слишком высоко и фальшиво:

— Что? Нет. Просто… на меня сейчас слишком много всего навалилось.

Эрик кивнул, но по его виду было понятно, что он не поверил ни единому слову. Все мое нутро скрутило от дурного предчувствия.

— Ладно, — сказала я, заставляя себя улыбнуться и делая шаг назад, чтобы увеличить дистанцию, между нами. — Давай, может… начнем с кухни, прежде чем хвататься за все подряд.

То, как он это воспринял, прозвучало не как согласие, а скорее как временный компромисс. Я поспешно отвернулась и присела на корточки перед очередной коробкой, пытаясь занять руки работой.

За спиной раздался медленный, размеренный треск разматывающегося скотча.

Мои пальцы двигались на автомате. Изначально я списала его со счетов как безобидного чудака. Ну, услужливый. Немного странный, конечно, но не… не такой. Не до такой степени, какой эта ситуация медленно начинала казаться.

— Я так рад, что пришел помочь. Мне кажется, ты сама не понимаешь, насколько ты уязвима, — донесся его голос сзади.

Нервный, неловкий смешок сорвался с моих губ, когда я обернулась:

— Уязвима?

— Да. Люди пользуются этим, — продолжил он под аккомпанемент тянущегося скотча. — Такие девушки, как ты. Добрые. Доверчивые.

Что-то ледяное скользнуло вниз по моему позвоночнику.

— Я не такая уж и доверчивая, — сказала я, мой голос стал резче, когда я посмотрела на него.

Эрик наклонил голову.

— Аделаида, — мягко произнес он, словно между нами было что-то интимное, что-то глубоко личное – то, на что я абсолютно, блять, не давала своего согласия. — Ты ведь впустила меня.

Я крепче сжала пластиковые контейнеры, которые как раз складывала стопкой в коробку.

— Ну да… потому что ты предложил помочь.

Скорее, нагло вломился без приглашения, но озвучивать эту мысль прямо сейчас казалось не самым умным решением.

— И я помог, — быстро вставил он. — Я помогаю.

Я пошевелилась, поднимаясь с пола и снова скрещивая руки на груди:

— Я думаю, я сама справлюсь, на самом деле...

Эрик тоже резко встал, его движения были слишком быстрыми. В мгновение ока он оказался непозволительно близко.

— Тебе не нужно притворяться, — сказал он, делая шаг ко мне. — Я знаю, что ты на пределе. Я же вижу. Тебе не обязательно делать все в одиночку.

— Я не...

Его рука поднялась и легла мне на плечо. Вес его ладони ощущался удушающе неприятным.

Я замерла.

— Убери руку.

Он не пошевелился.

— Ты говоришь это не всерьез, — прошептал он. — Ты просто не умеешь просить о помощи.

У меня упало сердце.

— Я попросила тебя остановиться.

Я остро, до паники ощущала, как близко он стоит. Как он на меня смотрит.

— Ты напугана, — тихо произнес он.

Я захлопала глазами, все еще пытаясь переварить происходящее:

— Что? Нет, я...

— Все хорошо, — мягко перебил он, извращая в своей голове каждую мою реакцию и делая еще один шаг вперед. — Любой на твоем месте чувствовал бы то же самое.

Мой мозг отставал от слов, когда он шагнул ближе.

— Но я здесь, чтобы помочь тебе. Я могу позаботиться о тебе.

В груди все болезненно сжалось.

— Если ты позволишь.

Это было неправильно. Абсолютно, блять, неправильно.

— Я не боюсь, — выговорила я, пытаясь вырвать плечо из его хватки.

Его хватка слегка усилилась.

— Тебе не нужно врать.

Так, ладно. Не-а. Этому не бывать.

— Мне не нужно...

Его вторая рука поднялась и коснулась моей щеки. И в этот самый момент в моей голове что-то с щелчком встало на свои места, и я полностью оцепенела. Этот человек не был ни неуклюжим, ни застенчивым, ни безобидным.

Он был опасен.

— Я наблюдал за тобой, — тихо, почти интимно проговорил он, будто делился чем-то хорошим. — Ты даже не представляешь, насколько ты особенная. Сколько внимания ты к себе привлекаешь.

Наконец, все мои инстинкты включились.

— Убери от меня руку, — прошипела я.

Эрик улыбнулся, как будто потакал капризам маленького ребенка.

— Ты говоришь это не всерьез.

Я шагнула назад, готовясь к драке, когда заметила движение позади него.

Дверь спальни открылась, и из темной комнаты появилась высокая, широкоплечая фигура. Я попыталась судорожно вдохнуть, потому что в такой ситуации мне следовало орать во всю глотку, звать на помощь или хотя бы бежать к выходу. Но в этой гребаной комнате внезапно закончился воздух, а мои ноги словно намертво залили бетоном.

О боже мой, это конец. Два мужчины с сомнительными намерениями в моей квартире – это в миллион раз хуже, чем один.