Тайное желание

— Может быть, я просто хочу, чтобы всё было идеально.

— Так и будет. — Я наклоняюсь и целую его. — Потому что мы будем вместе.

***

В пятницу днём мы выезжаем из города на машине Андрея – не на бронированном внедорожнике с охраной, а на его личном автомобиле, хотя в нём тоже есть пуленепробиваемые стекла. Пляжный домик, куда мы приезжаем, просто потрясающий. Шум волн наполняет воздух, а закатное солнце окрашивает всё вокруг в золотистые тона.

— Как красиво, — вздыхаю я, стоя на палубе и глядя на воду.

Андрей подходит ко мне сзади и обнимает за талию.

— Я рад, что тебе нравится.

— Нравится? Здесь потрясающе! — Я прислоняюсь к нему спиной. — Надо приезжать сюда почаще.

— Мы можем приезжать, когда захочешь. — Он прижимается поцелуем к моему виску. — Это и твой дом тоже.

Я поворачиваюсь в его объятиях, чтобы посмотреть ему в лицо.

— Ты же знаешь, что тебе не нужно ничего мне дарить, да? Я с тобой не из-за того, что ты можешь мне предложить.

— Я знаю. — Его руки ложатся на мои бёдра. — Но я всё равно хочу дарить тебе подарки. Я хочу дать тебе всё.

— Ты уже дал. — Я касаюсь его лица. — Ты вернул мне свободу. Вернул меня. Ты позволил мне быть собой, чтобы мы могли быть вместе. Это самое главное.

Он целует меня, страстно и глубоко, и я растворяюсь в этом поцелуе – в нём и в этом мгновении абсолютного покоя.

Когда мы отстраняемся друг от друга, он берет меня за руку.

— Прогуляешься со мной?

Мы спускаемся на песок, и я сбрасываю туфли, погружая ноги в прохладную гальку. Перед нами простирается бескрайний океан, а небо начинает окрашиваться в розовые и оранжевые тона в преддверии заката. Какое-то время мы идём в уютной тишине, держась за руки, а волны плещутся у наших ног. Я чувствую себя совершенно спокойно. Совершенно собой.

— Лизи, — говорит Андрей через некоторое время, и что-то в его голосе заставляет меня посмотреть на него. Он снова нервничает. Я вижу это по напряженным плечам и стиснутым зубам.

— Что случилось? — Спрашиваю я.

— Ничего не случилось. — Он останавливается и поворачивается ко мне. — Я просто... мне нужно кое-что у тебя спросить.

Моё сердце начинает биться чаще.

— Ладно.

Он берёт меня за обе руки, и я замечаю, что они слегка дрожат. Андрей, который не дрогнет перед лицом врага, сейчас абсолютно дрожит.

— Год назад, — начинает он, — я сделал тебе предложение в коридоре, когда ты была в пижаме и едва держалась на ногах.

Я смеюсь, несмотря на то, что сердце вдруг заколотилось.

— Да, сделал.

Он улыбается.

— Ты сказала, «возможно». Ты сказала, что дашь нам шанс.

— Так и есть.

— У нас был этот шанс. — Его бледно-голубые глаза пристально смотрят на меня. — Весь этот год я наблюдал за тем, как ты строишь свою жизнь, как становишься ещё более собой. Каждый день я выбирал тебя. И каждый день ты выбирала меня. Это больше, чем я мог себе представить. Больше, чем я заслуживаю.

Слёзы застилают мне глаза.

— Андрей⁠…

— Дай мне договорить. — Он сжимает мои руки. — Я знаю, что уже просил тебя об этом. Но тогда всё было по-другому. Тогда шла война, царил хаос и неопределённость. — Он отпускает одну мою руку и лезет в карман.

Когда он достаёт руку, в ней оказывается маленькая бархатная коробочка, и у меня перехватывает дыхание.

— Лизи Бауман. — Он открывает коробочку, и в лучах заходящего солнца сверкает кольцо – простой элегантный овальный бриллиант на платиновом ободке. — Ты выйдешь за меня? Не потому, что ты в ловушке или у тебя нет другого выбора, а потому, что ты этого хочешь. Потому что ты выбрала нашу жизнь... ты выбрала меня.

Слёзы льются ручьём. Я плачу и улыбаюсь одновременно, моё сердце переполнено до такой степени, что вот-вот разорвётся.

— Да. — Слово выходит сдавленным. — Да, я выйду за тебя замуж.

Радость разливается по его лицу. Он достаёт кольцо из коробочки и надевает его мне на палец.

Оно подходит идеально.

— Я люблю тебя, — говорит он, заключая меня в объятия. — Я тебя чертовски сильно люблю.

— Я тоже тебя люблю. — Я плачу ему в плечо, переполненная эмоциями этого момента. — Я выбираю тебя. Я всегда буду выбирать тебя.

И тогда он целует меня, и этот поцелуй отличается от всех предыдущих.

Это обещание. Это начало.

Когда мы, наконец, отрываемся друг от друга, солнце уже село, и небо усыпано звёздами. Мы стоим на пляже, прижавшись друг к другу, и я чувствую себя самой счастливой женщиной на свете.

Не потому, что я выхожу замуж за кого-то богатого, опасного или влиятельного. А потому что я выхожу за человека, который любит меня настолько сильно, что готов считаться с моим мнением и отпустить если понадобится.

— Пойдём, — говорит Андрей, беря меня за руку. — Вернёмся в дом.

Мы идём по пляжу, и я не могу перестать смотреть на кольцо на своём пальце, и не могу перестать улыбаться.

— Когда ты хочешь выйти замуж? — Спрашивает он, когда мы поднимаемся на крыльцо.

— Не знаю. Скоро? Мне не нужна пышная свадьба. Просто что-нибудь маленькое. Интимное.

— Всё, что ты захочешь. — Он целует меня в макушку. — Я просто хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Я тоже этого хочу. — Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. — Но я сохраню свою квартиру.

Он смеётся.

— Я и не ожидал ничего другого.

Я моргаю, глядя на него.

— Правда? Ты не против?

— Лизи. — Он обхватывает ладонями моё лицо. — Я женюсь на тебе, потому что люблю тебя такой, какая ты есть. Я не пытаюсь изменить тебя, завладеть тобой или сделать из тебя ту, кем ты не являешься. Я хочу тебя такой, какая ты есть – независимую, сильную и чертовски своевольную.

— Я не своевольная.

— Ты такая и есть. И это чертовски возбуждает меня.

Я чувствую, как краснею, и заливаюсь смехом.

— Почему бы тебе не показать мне прямо сейчас?

— О, я так и сделаю. — Он подхватывает меня на руки и несёт в спальню. — Следующие сорок восемь часов на тебе будет только это кольцо.

— С нетерпением жду, мистер Петров.

— Я тоже. — Он ставит меня на пол прямо в нашей комнате. — Будущая миссис Петрова.

Он целует меня, и я думаю только о том, как далеко мы продвинулись – от того первого пугающего момента в фургоне до этого мгновения абсолютного счастья.

Это не должно было сработать. Похищение не должно было обернуться любовью. Похититель и пленница не должны были стать мужем и женой.

Но каким-то образом, вопреки всему, это сработало.

Это не сказка.