Страница 67 из 100
— Четыре, пять, семь, три.
Оставалось надеяться на удачу.
Я аккуратно ввел получившуюся комбинацию на панели и замер на месте, затаив дыхание во время секундной задержки прибора. Заветный зеленый огонек наконец-то приветливо мигнул в темноте. Мы внутри. Ощущая, как липкое чувство смутной тревоги волнительно покалывает кожу, я плавно толкнул тяжелую дверь вперед. Нас встретила абсолютная, оглушительная тишина.
Мы бесшумно притворили за собой дверь, и Харриет тут же достала из кармана крошечный карманный фонарик, тонкий луч которого выхватил из темноты до боли знакомые мне очертания комнат. В прошлые годы я проводил на этой половине для персонала едва ли не больше времени, чем в хозяйской части дома. Местные повара и простые уборщицы всегда опекали меня и баловали, даря ту редкую человеческую теплоту и заботу, которой я был лишен в своей собственной семье. В эту секунду мне даже на мгновение захотелось, чтобы кто-то из них оказался здесь и встретил нас. Мне просто по-человечески хотелось, чтобы эти добрые люди знали, что я вовсе не сгнил где-то в сточной канаве.
Стараясь не издавать ни единого лишнего звука, мы плавно пробирались по направлению к центральной части замка, как вдруг я резко замер на месте. Из глубины одной из просторных гостиных отчетливо доносились приглушенные звуки тихой музыки. Я всей душой надеялся, что старик Гривз просто банально позабыл выключить проигрыватель перед сном. Насыщенные, тягучие джазовые мотивы плавно плыли нам навстречу, становясь все более громкими и отчетливыми по мере того, как мы приближались к открытому дверному проему. Пытаясь ступать как можно более незаметно, мы буквально на цыпочках проскользнули мимо этой опасной зоны, позволив себе сделать полноценный выдох только тогда, когда за нашими спинами наконец показался конец длинного коридора.
Гладкая поверхность деревянных перил отозвалась приятной прохладой под моей ладонью, пока я уверенно вел своих спутников вверх по массивной лестнице. Нам всем пришлось синхронно замереть на месте, когда одна из старых ступеней предательски и громко скрипнула под тяжелым весом Петроса.
Мой собственный пульс оглушительным эхом стучал в ушах, пока мы напряженно вслушивались в окружающее пространство. Но если не брать в расчет ту далекую джазовую мелодию, вокруг по-прежнему царила мертвая тишина.
Обогнув очередной лестничный пролет, мы наконец выбрались на верхнюю жилую площадку. Цель была уже совсем близко. Мне не доводилось переступать порог отцовского кабинета на протяжении многих долгих лет. Все его обширные деловые вопросы в основном перешли в цифровой формат еще до того, как я официально принял на себя бразды правления, а его многочисленная свора личных бухгалтеров, адвокатов и прочих сомнительных скользких ублюдков превосходно справлялась со своими обязанностями, обеспечивая бесперебойную работу всей этой махины.
— Альфи, пригнись, твою мать! — внезапно раздался яростный, хриплый голос откуда-то со стороны коридора у нас за спиной.
Стремительно развернувшись на звук, я оказался лицом к лицу с направленным прямо мне в грудь массивным дулом охотничьего дробовика.
Я поспешно вскинул раскрытые ладони перед собой в примирительном жесте.
— Гривз, все в порядке, опусти оружие, это я.
— Тебя, черт возьми, не было целых два долгих месяца, — в его дрожащем голосе сквозила такая неподдельная, глубокая ментальная боль, что мое сердце мгновенно затопила теплая волна искренней признательности.
Харриет за моей спиной сделала было резкое движение, намереваясь протиснуться вперед, но я поспешно остановил ее, властно выставив руку назад.
— Даже не вздумай делать хоть что-то, черт тебя дери. Убери свои руки, этот человек полностью на моей стороне.
Гривз медленно опустил ствол оружия чуть ниже, и его редкие седые волосы сейчас выглядели необычно растрепанными. Кажется, за всю свою сознательную жизнь мне еще ни разу не доводилось видеть этого мужчину в состоянии, далеком от его привычного абсолютного совершенства. Окончательно отпихнув дуло дробовика в сторону, я с чувством рванулся вперед и крепко обхватил руками его шею. От него по-прежнему отчетливо пахло старым добрым одеколоном «Old Spice», и этот родной шлейф мгновенно унес меня обратно во времена далекого детства. Туда, где этот суровый старик заботливо обрабатывал мои вечно ободранные коленки и ворчливо отчитывал за кражу сладких пирожных с кухонного стола прямо перед началом очередного званого ужина. Туда, где он терпеливо обучал меня азам правильного бритья и искусству безупречно носить строгий классический костюм.
— Господи, как же сильно я скучал по тебе, — едва слышно прошептал я ему прямо на ухо.
Когда он наконец отстранился, чтобы внимательно и придирчиво изучить мой внешний вид, я втайне искренне порадовался тому, что не поленился тщательно побриться перед выходом.
— Где тебя вообще носило все это время, парень?
— Был немного занят, возникли определенные неотложные дела, — с легкой улыбкой отозвался я, неопределенно передернув плечом.
Петрос у меня за спиной в очередной раз коротко фыркнул.
— Тебя силой утащили, верно? — требовательно поинтересовался старик.
— Ну ты же прекрасно знаешь меня, Гривз. Я ведь тот самый вечно ненадежный и ветреный Альфи.
Брови дворецкого сурово сошлись у переносицы.
— Только не со мной. Ты никогда в жизни не позволял себе проявлять ненадежность по отношению ко мне. Мы натравили на твои поиски всю банду Макгоуэнов, местная полиция перерыла абсолютно все злачные места, которые имели хоть малейшую, самую призрачную связь с твоим именем. Ты просто испарился без малейшего следа.
Я аккуратно перехватил его за предплечья, мягко фиксируя на месте.
— Мне жаль, что я заставил тебя так сильно переживать и мучиться все это время. Прямо сейчас я помогаю этим моим хорошим друзьям разобраться с одним весьма непростым делом, но для этого мне необходимо попросить тебя об одной огромной услуге. Мне нужно, чтобы ты никому на свете не проболтался о том, что видел меня сегодня здесь. Официально я по-прежнему нахожусь в розыске, хорошо? Это продлится совсем недолго, обещаю, и уже очень скоро я окончательно вернусь домой.
Я намеренно не смел оборачиваться назад и смотреть на Петроса в этот момент, панически боясь отыскать на его лице следы возможной душевной боли от моих слов.
— Мне срочно нужен ключ от старого кабинета моего отца, и буквально пара часов свободного времени внутри.