Страница 56 из 100
— Нет. Хватит с меня беготни. Я обязан довести это дело до конца и все исправить.
Я на мгновение устало прикрыл глаза, чувствуя, как тревога за его судьбу мрачной тенью ложится на мои мысли. Сильные пальцы парня аккуратно подтолкнули мой подбородок к верху, заставляя меня встретиться взглядом с его потемневшими глазами.
— Что я могу сделать для тебя? — спросил я.
— Просто помоги мне снова почувствовать себя живым человеком.
Слова Альфи прозвучали удивительно мягко, но в них отчетливо сквозила голодная нужда.
Когда он плавно потянул меня на себя, я без малейших колебаний поддался этому импульсу, и наши губы мгновенно столкнулись в отчаянном, яростном поцелуе, переполненном накопленным желанием. За те недели, что он провел в заточении, его лицо успело покрыться короткой колючей щетиной, и я запустил свои пальцы прямо в эти волоски, заставляя наш поцелуй стать еще более глубоким, пока я настойчиво раскрывал его рот шире. Обжигающие, требовательные ласки его языка мгновенно разожгли мощный пожар в самой глубине моего существа. Поцелуи с Альфи ощущались совершенно иначе, чем со всеми теми людьми, кого мне доводилось целовать в прошлом. Это было похоже на долгожданное возвращение к родному порогу. Словно весь мир должен был прямо сейчас взорваться праздничным салютом в честь каждого нашего прикосновения.
— Я безумно боюсь причинить тебе боль, — прошептал я, нехотя прерывая этот безумный поцелуй и нежно соприкасаясь с ним лбами.
То, как он тяжело и прерывисто дышал прямо мне в губы, заставляло мой член стремительно наливаться тяжестью под плотной тканью брюк.
— Мне плевать.
Крепко обхватив его тело руками, я максимально осторожно перенес его обратно на кровать, свободной ладонью сбрасывая испачканное кровью одеяло прямо на пол перед тем, как бережно опустить его на матрас. Мой пульс лихорадочно зачастил, когда я улегся на постель рядом с ним, чувствуя себя настолько взбудораженным и испуганным, словно все это происходило со мной в самый первый раз в жизни.
— Я совершенно не представляю, как правильно делать это… с другим мужчиной, — честно признался я.
— В этом нет практически никакой разницы. Просто делай то, что приносит тебе удовольствие.
Слегка приподнявшись на одном локте, я впился в губы Альфи, и это всепоглощающее желание бурным потоком хлынуло наружу, скрепляя каждый наш отчаянный поцелуй. Искренне опасаясь ненароком задеть его свежие швы, я позволил своей ладони неторопливо исследовать его тело, с изумлением отмечая про себя, насколько необычным ощущался каждый рельефный изгиб его фигуры. Когда он резко выдохнул воздух сквозь зубы в тот момент, когда мои пальцы мимоходом коснулись его бедер, внутри меня полыхнуло самое настоящее яростное пламя. Каким же мощным магическим даром обладал этот татуированный чертяка, раз ему удалось настолько сильно привязать меня к себе за такой короткий срок. Его веки томно прикрылись, стоило моим пальцам нежно обласкать его уже пульсирующий член. Мне доводилось трогать собственный орган тысячи раз за свою жизнь, но его плоть ощущалась совершенно иначе. Завороженно созерцая металлические украшения пирсинга, которые украшали всю длину его ствола, я внимательно наблюдал за малейшими изменениями на его лице, пока мои пальцы аккуратно очерчивали круги вокруг каждого стального колечка.
Боже, он был невероятно красив. Даже изрядно исхудавший из-за долгого отсутствия нормальной еды и бледный от слишком долгого пребывания в сыром подземелье, этот парень обладал каким-то необъяснимым, загадочным шармом, противостоять которому было попросту невозможно. Он был подобен колоссальному магниту, который безжалостно затягивал любого оказавшегося поблизости человека под действие своих чар.
Стоило мне на секунду отвернуться к прикроватной тумбочке, как с его губ тут же сорвался отчаянный, жалобный призыв.
— Пожалуйста.
Схватив с полки флакон с интимной смазкой, я щедро плеснул прозрачную жидкость себе на ладонь, после чего поспешно развернулся обратно и плотно прижал мокрые пальцы к его разгоряченной плоти. Его дыхание судорожно перехватило, когда я принялся неторопливо обводить круги вокруг массивной головки его члена, распределяя влагу по всей длине снова и снова. Его протяжные, сладострастные стоны заставляли меня вожделеть это тело с еще большей, безумной силой. Я жадно припал своими губами к его рту, буквально впитывая в себя эти звуки, словно они были жизненно необходимы для моего собственного существования.
Он резко выгнул спину навстречу моей руке, когда я заметно ускорил темп движений, а набухшие вены на его члене напоминали готовые вот-вот прорваться плотины.
— Трахни меня в рот, — прерывисто задыхаясь, выдохнул он. — Иначе я кончу прямо сейчас.
— Разве ты сам этого не хочешь?
— Безумно хочу. Но я просто обязан почувствовать твой вкус. Мне это необходимо.
Я одним движением сбросил с себя брюки перед тем, как подняться на колени прямо над его лицом, и его прекрасный рот тут же покорно приоткрылся навстречу моей плоти. Слегка проведя большим пальцем по его нижней губе, я довольно ухмыльнулся.
— Ты действительно так сильно хочешь мой член, Альфи?
— Да, черт возьми. Пожалуйста.
Плотно обхватив свой ствол пальцами, я аккуратно прижал горячую головку к его губам, глухо застонав от наслаждения, когда его влажный язык нежно слизнул выступившую каплю предэякулята.
— Я должен был всем сердцем ненавидеть тебя, — произнес я в тот момент, когда мой член плавно скользнул внутрь его ротовой полости. — Харриет до сих пор остается для меня абсолютно всем в этой жизни, но вместо выполнения своего долга я сейчас упрямо толкаю свой член прямо в твой горячий, аккуратный ротик.
Гортанный рык сорвался с моих уст, когда я продвинулся еще немного глубже, плавно меняя угол наклона своих бедер и начиная совершать мерные, толчковые движения, словно я трахал самую настоящую женскую киску. Его податливый язык продолжал непрерывно двигаться в такт каждому новому фрикционному движению, посылая сокрушительные волны удовольствия прямо в мой пах.
— Но я ведь физически не могу ненавидеть тебя. Разве я не прав?
Он был совершенно не в состоянии ответить на мой вопрос, поскольку мой член продолжал упрямо пульсировать вовсю внутри его рта.
— Потому что я, кажется, стремительно влюбляюсь в тебя.