Страница 40 из 130
Глава четырнадцатая
РЕБЕККА
Айла играет у моих ног, ритмично расчесывая волосы одной из своих кукол. Каждый день ей приносят новые игрушки, с которыми она может поиграть. В следующий раз, когда я увижу Тобиаса, я должна не забыть упомянуть об этом. Он балует ее, и, хотя я понимаю его доводы, ей не нужно так много игрушек. Я не хочу, чтобы она росла с мыслью, что мир упадет к ее ногам и ей не придется много работать, чтобы чего-то добиться в жизни.
В течение двух дней с тех пор, как я согласилась выйти замуж за Тобиаса, я размышляла о том, правильное ли это решение. Список «за» значительно перевешивал список «против», но всё это… ну, это было слишком. Глубоко в душе я знаю, что выйти замуж за Тобиаса — правильный поступок для меня и для Айлы. Он хороший человек, и его правило «не прикасаться», несмотря на любопытство, является идеальным решением для меня.
Я поступаю правильно, определённо правильно. Это просто период адаптации, вот и всё. Я установила правила для нашего брака, но не устанавливала их для воспитания Айлы. Я поговорю с ним об этом. Мы неизбежно будем спотыкаться в будущем, ориентируясь в этой новой реальности.
Мой телефон звонит, и мое сердце замирает при виде баннера поперек экрана. Можете считать меня глупой, но я установила оповещение о появлении моего имени или Айлы в Сети. Знание — это сила, и как бы ни было больно читать ложь, которую Фелисити распространяет обо мне, будет лучше, если я буду в курсе того, что происходит. Прятать голову в песок не поможет.
Я нажимаю на баннер.
Правда, стоящая за трагедией Ла Салл
ь
: история выживания одной женщины.
Мое сердце подскакивает к горлу. Это... это звучит позитивно, в мою пользу. Я поджимаю под себя ноги и погружаюсь в статью.
За три недели, прошедшие после шокирующих событий в эксклюзивном частном клубе
Логово,
в результате которых старший сын члена парламента Престона Ла Салля, Маркус, погиб, а владелец клуба Тобиас Де Виль оправился от огнестрельного ранения, появил
ась
нов
ая информация
о молодой вдове, оказавшейся в центре
обсуждений
.
23-летняя Ребекка Ла Салль стала объектом пристального внимания средств массовой информации с того рокового вечера пятницы. Первые сообщения изображали её как психически нестабильную авантюристку, которая силой затащила богатого мужчину под венец. Однако источники, близкие к расследованию, рассказывают совершенно иную историю — историю жестокого обращения, контроля и отчаянных попыток молодой матери защитить свою дочь.
—
Рассказ о том, что Ребекка психически не способна воспитывать своего ребенка и что она заставила своего мужа посетить
«
Логово
»
в ту роковую ночь, не только лжив, но и опасен,
—
говорит наш источник, пожелавший остаться анонимным
. —
Маркус Ла Салль был жестоким человеком, который полностью контролировал свою жену в финансовом, эмоциональном и физическом плане. Она стала жертвой задолго до той ночи
.
То, что произошло внутри клуба, было предметом многочисленных спекуляций, но те, кто знаком с инцидентом, рисуют тревожную картину. Маркус Ла Салль якобы насиловал свою жену, что явно противоречило строгой политике согласия Логова, на соблюдении которой владелец Тобиас Де Виль заработал свою репутацию.
Впоследствии Ребекка Ла Салль обнаружила, что борется не только с публичным поношением, но и с борьбой за опеку. Родители Маркуса, Фелисити и Престон Ла Салль, начали судебное разбирательство, чтобы получить опеку над своей четырехлетней внучкой Айлой, ссылаясь на предполагаемую психическую неуравновешенность Ребекки и ее некомпетентность как матери.
Эксперты-юристы, знакомые с делом, описывают претензии
Ла Салль
как
«
необоснованные
»
и
«
потенциальн
ую
клевет
у
»
.
Неожиданным поворотом событий стало то, что Ребекка и ее маленькая дочь нашли убежище после трагедии в Оукли, родовом доме семьи Де Виль.
—
Тобиас и Ребекка сблизились из-за общей травмы
, —
сообщает наш источник
. —
Между ними взаимопонимание и уважение. Это два человека, которые вместе пережили нечто ужасное
.
Когда к нам обратились за комментарием, представитель семьи Де Виль сделал следующее заявление:
—
Семья Де Виль твердо поддерживает миссис Ла Салль и ее дочь. Мы воочию убедились в силе и мужестве этой молодой женщины, и мы не будем бездействовать, пока
она
будет убита теми, кто пытается переписать трагедию в соответствии со своими собственными целями. Попытка Ла Салл
ь
получить опеку над
Айлой
с помощью кампании лжи
бессовестна, и мы будем использовать все имеющиеся в нашем распоряжении ресурсы, чтобы раскрыть правду
.
По мере продолжения расследования и приближения процедуры опеки одна вещь становится все более очевидной: Ребекка Ла Салль не такая злодейка, какой ее изображали некоторые СМИ. Она выжила, мать, борющаяся за своего ребенка, и женщина, которая уже неизмеримо пострадала от рук своего покойного мужа.
Семья Ла Салль отказалась давать комментарии для этой статьи.
Статья заканчивается номером телефона национальной службы помощи при домашнем насилии. Я моргаю раз, другой, третий. Что, черт возьми, только что произошло?
— Айла, пойдем найдем Тобиаса. — Я засовываю телефон в карман и протягиваю ей руку, чтобы она взяла. Сейчас уже больше девяти, так что он, вероятно, будет на работе.
Когда мы подходим к офису Тобиаса, Би поднимается со стула, ее улыбка теплая и дружелюбная.
— Доброе утро, Ребекка, Айла. — Откуда-то она достает леденец и протягивает его Айле, которая берет его и тут же засовывает в рот.
— Скажи спасибо Би.
Айла поднимает большой палец. Би улыбается. — Не за что, дорогая.
— Он свободен?
— У него встреча в девять тридцать, но до тех пор он свободен. Заходи. Если хочешь, я присмотрю за Айлой.
У меня вертится на кончике языка отказ, это мой рефлекс. Вместо этого я киваю. — Спасибо. Это было бы здорово. — Я убираю свою руку с руки Айлы. — Оставайся здесь с Би, тыковка. Я ненадолго.
Я стучу в дверь Тобиаса, затем вхожу. Он поднимает голову и улыбается, подзывая меня. — Доброе утро.
— Надеюсь, я тебе не помешала. Би сказала, что ты свободен до половины десятого.