Логово Дьявола

Наши тарелки убраны, и как только персонал покидает столовую, Чарльз берет десертную ложку и постукивает ею по краю стакана с водой. Все замолкают, горя желанием узнать, зачем он вызвал нас сюда сегодня вечером.

— Я уверен, что вы все сгораете от любопытства узнать, почему вы здесь, — говорит он, бросая любящий взгляд на Саскию. — Я приношу извинения за скрытность, а также за то, что моя просьба была озвучена в последнюю минуту. У всех вас напряженная жизнь, и я ценю, что каждый находит для меня время.

— Ближе к делу, папа. — Кристиан резко, нетерпеливо вращает запястьем. — Никто из нас не становится моложе.

Грейс тычет его в ребра. Вики смеется. Александр сердито смотрит на своего брата. И Тобиас… он сильно надавливает большим пальцем на мой клитор.

Хриплый звук вырывается прежде, чем я успеваю его остановить, и волна вожделения скручивается в моем животе. Вики ловит мой взгляд. Она подмигивает, и выражение ее лица красноречиво говорит обо всем.

Она знает, что он делает со мной.

Я сжимаю его запястье и молюсь, чтобы Чарльз поторопился, пока я не кончила под столом. Я

не могу

испытать оргазм на глазах у всей семьи Тобиаса, пока его отец делает какое-то грандиозное заявление.

— Обстоятельства сложились так, что я не мог поделиться этим до сих пор. Я имел дело с деликатной ситуацией, которая требовала максимальной конфиденциальности. Итак, я собираюсь сказать это еще раз, и я ожидаю, что каждый человек за этим столом выполнит мою просьбу: ни одно слово, сказанное мной сегодня вечером, не покинет пределы этого зала. Я ясно выражаюсь?

Взгляд Александра скользит по столу, ненадолго останавливаясь на наших лицах. — Никто не скажет ни слова.

— Саския. — Чарльз протягивает дочери руку, она встает и берет ее, широко улыбаясь. — Ваша сестра помолвлена и собирается замуж.

За столом раздается коллективный вздох. Наступает пауза в несколько секунд, затем все говорят разом, забрасывая вопросами будущую невесту и явно гордого отца.

— Господи, я надеюсь, ты даешь парню огромное приданое, папа, — говорит Тобиас, ухмыляясь своей сестре. — Он, должно быть, святой, раз решил связать себя с Саскией.

Саския показывает брату средний палец. — Забавно. Мы все так говорим о Ребекке.

Тобиас смеется. — Ложь не обнаружена.

Чарльз делает успокаивающее движение руками.

— Я позволю Саскии рассказать остальное. Достаточно сказать, что это было... мягко говоря, непросто.

— Почему? — Спрашивает Тобиас. — Не то чтобы мы новички в свадьбах. Менее чем за два года у нас их было в избытке.

— Потому что, — грудь Саскии поднимается при глубоком вдохе, — приданое не нужно, дорогой брат, поскольку я выхожу замуж за принца Луиса.

На этот раз наступает потрясенная тишина. Челюсти отвисают, включая мою собственную. Принц Луис, наследник престола. Принц Уэльский женится на моей невестке?

За кого, черт возьми, я вышла замуж?

Это невероятно. Саския станет

членом королевской семьи

. Принцессой. Как в сказке.

— Так вот почему тебе нужно было, чтобы плохая пресса о Логове исчезла, — бормочет Тобиас.

Чарльз кивает. — Как я тебе уже говорил, переговоры были деликатными.

Переговоры? Их свадьба звучит как деловое соглашение, и тогда до меня доходит. Это именно так. Это мир, в котором я нахожусь, где браки заключаются с надеждой, что за ними последует любовь. Это сработало для мужчин за этим столом. Нет причин, по которым это не может сработать для Саскии. Она явно взволнована, и это все, что имеет значение.

Когда шок проходит, возникает возбуждение. Стулья скрипят по деревянному полу, когда их отодвигают, и все стоят в очереди, чтобы обнять Саскию. Чарльз заказывает шампанское, и мы вместе поднимаем тост за радостную новость.

— Когда свадьба? — Спрашивает Вики.

— 13 ноября. Я бы предпочла свадьбу в конце лета, но график Луиса этого не позволяет. 16 октября мы устраиваем вечеринку в честь помолвки в Букингемском дворце. Завтра в три часа в Виндзорском замке состоится официальное объявление, на которое я умоляю всех вас прийти. Пресса не знает, зачем их вызвали, но их будет миллион, и я была бы признательна, если бы вы все были там для моральной поддержки. — Она морщится. — Я в ужасе, и учитывая, что меня мало что пугает… что ж, это говорит вам о том, насколько это важно для меня.

Александр обнимает сестру за плечи и целует в висок. — Мама была бы так горда.

Саския кивает, затем отворачивается, и я уверена, что вижу, как она смахивает пару слезинок. Ей, должно быть, нелегко знать, что ее мамы не будет рядом, чтобы посмотреть, как она выходит замуж. Особенно теперь, когда всплыла правда о том, что она никогда не хотела покидать их, во что семья так долго верила.

Моя мать так и не приехала ни на одну из моих свадеб, но это было благословением, а не проклятием. Она бы заявилась пьяной и устроила сцену. Иногда я подумываю о том, чтобы посмотреть на нее издалека, просто чтобы посмотреть, исправила ли она свою жизнь. Эти мысли мимолетны. В глубине души я знаю, что приняла правильное решение разорвать все связи. Она мне не нужна. Тобиас и Айла — это все, что мне нужно. Их более чем достаточно, и у меня есть эта удивительная большая семья. Мне повезло больше, чем большинству, и я никогда не приму это как должное.

— У тебя такое милое выражение лица, когда ты о чем-то глубоко задумываешься. — Тобиас утыкается носом мне в шею. — Что случилось?

Я поворачиваюсь к нему, моей опоре. Моей страховочной сетке. Моему невероятному мужу. — Все в порядке. Просто думаю о том, как мне повезло быть твоей женой.

Наши взгляды встречаются, и на несколько мгновений возбужденные голоса затихают, оставляя только меня, Тобиаса и эту сумасшедшую связь, которую мы создали.

— Хочешь выбраться отсюда? — шепчет он, проводя по моей щеке тыльной стороной ладони.

— Разве это не грубо?

Он пожимает плечами. — Мне все равно. Я хочу побыть с тобой наедине. Кроме того, моя семья поймет. Они знают, что значит быть влюбленным.

— Тогда пошли, — шепчу я.

Его рука сжимает мою, и мы тихо ускользаем, без фанфар и суеты, и направляемся наверх.