Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 88 из 218

— Я не буду строить догадок, я не знаю подробностей — ты ли приказала личу всех уничтожить, или он сам решил убить свой ковен, чтобы не мешал спокойно лежать в гробу, но не тронул только владелицу..

— Ого! Это ты так догадки не строишь? Да ты тут сам такого нагородил! Да ты с ума сошел!

— Не сошел! Тут только один ответ: у тебя на руках филактерия!

— Ух ты! Какое у меня оказывается приданое! А я все прибедняюсь!

— Мурчин, отдай мне филактерию. Я кровью скреплю свою клятву — ты будешь моей мейден и я брошу весь мир к твоим ногам! Ты будешь владычицей мира!.. Я знаю, как это сделать, только дай мне ее!

— Владычицей мира, это, конечно, неплохо..

— Конечно неплохо! Я добуду знания, которые смогут тебя переместить на землю Айле под звездой Майяр. Ты же об этом мечтала тогда, в той лодке под звездами?

— Ух ты, как к месту он вспомнил то, чего я хочу!

— Да, Мурчин, да! Дай мне сосуд с филактерией, а я дам тебе в замен весь мир! Что скажешь? Мне есть что тебе предложить! И тебе мне тоже!

— Рете.. Эне, конечно, лич, но не дурак. Лич и человек с тухлыми мозгами это два разных явления. Он никому — ни-ко-му не сказал, где спрятал свою филактерию. И мне он тоже ничего не сказал! Так что зря ты тут надрывался! Никто не знает, куда Эне спрятал свою смерть!

— Нет! — сам не свой выкрикнул колдун, — от ковена остался один лич и одна сопливая ведьма! Ты думаешь, я дурак? Филактерия у тебя!

Рете уже исступленно орал. От его одухотворенности на лице не осталось и следа. Глаза на выкате, шея и щеки пошли пятнами.

— С вами там все в порядке? — подала голос с крыльца Юлан.

— Мы еще не сторговались на твою голову, — пропела Мурчин, — и не бойся, не сторгуемся.

И она повернула ладонями верх свои маленькие ручки, на которых на предгрозовом свету тускло сверкнули отрастающие ведьминские коготки.

— Нет у меня ее, Рете, нет. Если хочешь, пошли в мою спальню. Можешь ее проползти хоть на карачках..

В следующий момент колдун взревел и треснул Мурчин когтистой лапищей по лицу. Та свалилась на пол с пятью порезами на щеке.. И Раэ выбил панель ледника, которая свалилась на колдуна! А затем саданул его по хребтине окороком, который держал за крюк! Заорал Раэ, заорал от неожиданности колдун, завизжала ведьма..

Со стороны разбитого окна раздался надрывный вопль Нанни:

— Ведьмобойцы! На Рете напали ведьмобойцы! Юлан! Юлан! Спаси его! А-а-а-а!

И в отдалении раскатисто прогремел гром..

Раэ прыгнул на стол, оттолкнулся от него и вылетел длинным прыжком из кухни в гостиную. Помчался через весь дом, слыша позади вопль Юлан:

— Где? Где ведьмобойцы?

Забежал в самую дальнюю комнату, вышиб плечом ставню на окне, сиганул из окна на веранду, с веранды перескочил кусты бирючины, словно через гребни на спине колосса, помчался в дальние заросли по заросшей тропке, под еще один раскат грома и испуганный писк альвов добежал до замшелого оплетенного повиликой флигеля, сшиб покосившуюся дверь и влетел в темную комнату, где под полом лежал лич.

Раэ упал на колени перед люком с нанесенным копотью факела знаком:

— Эне!!!

Гаркнул он во всю свою мальчишечью глотку. Кажется, его вопль разорвал в клочья мертвую тишину комнаты.

— Эне! Ретеваро Югью пришел за твоей филактерией! Вставай, дохлятина!

Может, и орать ему не надо было, он мог бы сказать эти слова даже шепотом.. Перед помутневшим взором Раэ качнулся люк. Показалось? Нет, скрежетнул.

Раэ кинулся прочь из флигеля. Земля к него под ногами шаталась, лес кружился, рот наполнялся кровью, а заросли крапивы бросились ему в лицо и приняли его в свои объятья.