Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 57 из 218

Теперь, лежа на крыше дома Мурчин, Раэ сожалел, что период его увлечения битьем нежити был краток, и половина того, что он с Матэ зубрил по ночам, сейчас ему не могла помочь ничем.. Разве что спать спокойно, потому, что он знал: громившие внутренние покои шатуны не могли взобраться на крышу...

..-Ты чего тут дрыхнешь? — раздалось над Раэ, и он получил в бок метлой. Он приподнял голову и показал Мурчин оттиски черепицы на щеке. С трудом поднялся, ощущая себя как побитый палкой от того, что спал на острых черепичных углах. Над гнилым лесом занимался вялый вымученный рассвет. Мурчин стояла над ним в платье с истрепанным оттоптанным подолом: хорошо повеселилась в Аве, все улицы им подмела и, небось, переплясала вместе со всеми.. Из-под сетки опять вывалились ее великолепные пепельные волосы, и она отдувала от глаз непослушные пряди. Мурчин была крепко-накрепко перевязана теплой шалью, потому как летать по воздуху ночью было холодновато. В руках она держала метлу, на которой приземлилась на крышу, и теперь ею же и тыкала Раэ в бок. Значит, сверху она еще не обозрела того безобразия, которое ожидало ее на земле..

— Там что, в доме места нет? — спросила Мурчин, — нет, ну что ты на крыше-то делаешь?

— Клопы зажрали.. — съязвил Раэ.

— Чушь не городи! В Кнее не приживаются клопы.. кроме тебя! Ванна мне готова?

— Боюсь, что нет..

— Ты что, совсем обнаглел? — спросила ведьма и пнула его носочком туфли под ребра, — а ну вставай, разлегся! Как ты мог не приготовить мне ванну?!

— А ты спустись вниз, спустись-спустись и посмотри, что творится в доме!

— А сказать не можешь?

— Не могу. Ты должна это сама видеть.

Что-то в лице Раэ или же какое-то странное чувство заставили ведьму снова усесться на метлу и плавно спуститься вниз, но уже на спуске она заорала:

— Ты, ублюдок, стекла побил? Да как ты посмел! Я тебя заставлю сожрать все это стекло!

На ее ор дом ответил многократным мычанием. Мурчин зависла на метле между небом и землей и расширенными от удивления глазами смотрела, как из дома вылезают на ее вопли мертвецы в ржавых доспехах и прут прямо на нее. Мурчин запищала, как девчонка, которая внезапно открыла дверь кухни и потревожила крыс, которых она не ожидала там увидеть.

— Что они тут делают? — спросила она, бестолково хлопая глазами. Этим она насмешила Раэ. Ведьма, называется, да еще верховная.

— Мне откуда знать, — ответил ей с крыши пленник, — я их точно не приглашал.

— Откуда они?

Мычащие шатуны пошли на ее голос, но поскольку ведьма висела над ними, то их мертвый разум не мог им позволить определить, где она.

— Я спрашиваю — откуда они? — требовательно прикрикнула Мурчин.

— Я думал — ты скажешь.

Злющая Мурчин мгновенно подлетела к Раэ, спрыгнула на крышу и прошипела:

— Или ты мне сейчас все объяснишь, или я тебя сброшу вниз к этим шатунам!

— Я охотился на оленей в лесу и наткнулся на них. Они все шли к дому, — сказал Раэ, — я вижу только то, что видишь ты.

Мурчин перевела взгляд на потревоженную толпу мертвецов и ругнулась. Непонятно, что ее в этом положении злило больше — то ли, что мертвецы разбили стекла и разгромили комнаты в доме, то ли, что Раэ над ней откровенно потешается, или же то, что она не знает, чего должна была бы знать.

— Они не могли попасть в Кнею! — сказала Мурчин, — все ходы..

И осеклась. Обсуждать с пленником тайны замкнутого пространства она не собиралась.

— Может они были захоронены где-то внутри Кнеи? — предположил Раэ.

— Исключено! Я бы их почуяла! Они не могли быть в Кнее и они не могли попасть в Кнею.. — как заученный урок проговорила Мурчин, словно от этого шатуны внизу должны были исчезнуть, — немедля мне скажи, паршивец, что тут было пока меня не было?

И она угрожающе занесла метлу над головой Раэ, грозясь сбить его с крыши.

— Ну давай, обвини меня. Скажи, что я такого мог сделать? — спросил Раэ и его сердце с силой бухнуло в грудь. Он-то не был до конца уверен, что был не причем.

— Так.. постой.. а почему ты подумал, что я сразу кинусь обвинять тебя? Я просто спросила — что тут было, и получаю такой ответ. Ты что-то сделал?

«Дурак!» — мысленно обругал себя Раэ. Опять эта его дурацкая привычка опережать чужие догадки и кричать «я не в чем не виноват» тогда, когда не следовало.

— Я охотился на оленей как обычно, — постарался как можно проще сказать Раэ.

— А почему у тебя глаза бегают, как всегда, когда ты врешь?

— А что я такого мог сделать, чтобы здесь появились мертвецы? — ответил Раэ вопросом на вопрос, — ну конечно же я подумал, вдруг я мог что-то не так сделать.. Но я же вел себя как обычно. Походил по лесу. Засел на оленя. Упустил оленя. От этого же никто из могил не восстает, верно?

— Верно, — осторожно проговорила Мурчин и принялась заправлять выбившиеся от полета волосы под сетку. Она нервничала и пыталась уложить не только волосы, но и мысли.

— Я знаю то же, что и ты, — продолжил Раэ, — Как-то они все-таки сюда попали. Может, извне. Раз уж ты могла бы их почуять в Кнее и до этого их не было. Что там за пределами, мне неведомо, в отличие от тебя. Некрополь какой-нибудь тайный? Вот его найди и сама разберись.

— Нет тут никаких некрополей в окрестности! — раздраженно сказала Мурчин, — я бы их почуяла..

— Все-все. Понял-понял, у тебя замечательная чуйка. Вот что, я вчера держал в руках клинок одного из них. Земля на нем была свежая. Значит, они вылезли из-под земли где-то поблизости. Получается, что какой-то некрополь поблизости все-таки есть. Или был.

— Ты.. держал клинок.. ты что, с ними дрался?

— А не надо было? Надо было дать себя заломать?

— Ох-х.. я тебя в Кнее одного оставила, и ты.. я думала, раз ты тут сидишь, то смог тайком от них прокрасться назад..

— Тайком не совсем получилось. Они меня заметили раньше, чем я их.

— Но..получается, ты чуть не погиб? Так они за тобой гнались! Гнались! О! Раэ, ты как вообще эту ночь.. Раэ, ты не ранен? — спросила она с тревогой в голосе.

— Как видишь, со мной все в порядке..

— Раэ, с ними же невозможно драться живому!

— Нас кой-чему учили..

— Но ты.. но ты.. как ты?

Дожили! Смотрит в глаза как мамочка, у которой дитятку гусь напугал!

— Не твоя печаль! — обрубил Раэ и заставил тем самым Мурчин отдернуться, словно ей плеснули в лицо стакан холодной воды.