Страница 51 из 218
Послышался плеск воды, кто-то обрызгал портал святой водой, и тот мигом свернулся. В комнате стало темно, только глаза гостя начали посверкивать. Раэ и Матэ часто задышали, но сдержались от того, чтобы заголосить. Впервые в жизни мальчишки увидели рядом с собой колдуна. Так вот кто был этот знатный вельможа, который по-хозяйски заявился в Цитадель. А в двух шагах от них стоял сам князь Лэ Морвин. А они при этом залегли под кроватью! Матэ, наверное, проклял тот миг, когда Раэ его вытащил из переполненной спальни!
В комнату внесли свет, и снова лицо колдуна было выхвачено из мрака. Оно было перекошено от бессильной злобы. Особо не надеясь вырваться, он дернулся, пытаясь скинуть с себя охотников, скрежетнул зубами, повернулся, с силой оторвал голову от досок и посмотрел на кого-то вверх.
— Не смущайтесь, государь, оруженосец колдуна — наш разведчик, заманивший его в Цитадель, — сказал кому-то Виррата, — по понятным причинам я его имени не представлю.
— Понимаю, — веско с произнес князь.
— Его зовут ублюдок Канги! Я должен был догадаться! — процедил сквозь зубы колдун и сплюнул в чью-то сторону.
— Да уж куда тебе, — ответил колдуну насмешливый голос.. его же оруженосца.
— Сударь Сет, — протянул голос ведьмобойцы, — вы обвиняетесь в подозрении в колдовстве, в проникновении в Цитадель под чужим именем с умыслом поднять войско мертвецов и учинить захват крепости.
Не голосом этого ведьмобойцы было провозглашать такие обвинения, он говорил так, будто журил мальчишек, забравшихся в сад при Цитадели с целью поживиться не для них поспевшими сливами.
Колдун попытался еще что-то выкрикнуть, но у него ничего не вышло. Его рывком подняли с пола и, судя по звукам быстро пресеченной борьбы, выволокли из комнатушки. У Раэ и Матэ хватило духу переглянуться между собой. Вон какие умные взрослые, догадались, что в Цитадель пробрался колдун, подстерегли и поймали его..
— Что ж, — заговорил снова князь Авы, — мастерство людей из Цитадели не перестает меня восхищать.
— Благодарю вас за то, что великодушно соизволили выслушать нас, — сказал ведьмобойца.
— И я вас благодарю за то, что вы не побоялись обличить передо мной моего первого слугу и близкого родственника, — сказал князь, — теперь я верю, что Цитадель пойдет до конца в войне с некромантами и не побоится их выловить даже в моих покоях.
Послышался звук каблуков — князь Авы удалился из спальни, а вслед за ним унесло почти всех, кто был в этой комнате..
Это потом Раэ, когда уже подрос и смог понимать больше, осознал, что оказался свидетелем конца сложной многолетней борьбы. Особенно после того, как он узнал, кто такой Сет, тайный некромант, один из приближенных к княжескому двору в Аве, долгие годы влиявший на политику города. Стоило большого труда его обнаружить, стоило большого труда разведчикам из крыла ведьмобойц пробраться в его окружение и завоевать его доверие. Не меньшего труда стоило убедить самого князя, что его доверенное лицо — сам Сет Орм, женатый на его племяннице, мудрый советник и опора престола — некромант.
Комната избавилась от говора, топота и столпотворения, но одни Раэ с Матэ не остались. Кровать над ними прогнулась — их воспитатель Виррата устало вздохнув, сел на нее. Было слышно, как потрескивает лучина, возможно, из-за ее отсветов темнота из-под кровати была не столь непроглядной, ноги Вирраты были хоть как-то, но видны. Рядом с ними стукнули каблуками щегольские лакированные сапоги с кисточками, которые Раэ углядел у оруженосца гостя и которым он страшно завидовал. Он еще про себя отметил, что когда вырастет, то будет носить только такие сапоги.
Виррата выдохнул:
— Ну что, Канги? Каково вернуться домой?
Раэ и Матэ затихли, по-настоящему боясь дышать. Теперь они оба совершенно не жалели, что их сон потревожили. Только шепотом старшие ребята перед сном рассказывали друг другу о том, что есть такие охотники, которые притворяются слугами колдунов, входят к ним в доверие и поставляют в Цитадель важные сведения. Это было очень опасно и очень секретно. Стоило только им, семилеткам, навострить уши, как разговоры ребят постарше умолкали. Нечего малышне знать такие вещи.. Не доросли еще до того, чтобы знать большие тайны Цитадели.
А тут Виррата знай себе болтает с таким в потемках, видать, не так уж и прост их воспитатель.
— ..Да ничего пока не понимаю, — ответил оруженосец, — не дошло до меня еще как-то. Неужели все кончилось..
— Для тебя пока да. Все, ты уж засветился по полной. Какой из тебя теперь разведчик?
— Оно того стоило, — сказал оруженосец, — иначе бы я не смог бы доставить вам Сета в руки тепленьким. Сколько бы вы за ним еще гонялись?
Оруженосец бухнулся на кровать, всей тяжестью, доски угрожающе низко прогнулись и затрещали. Еще чуть-чуть, и они бы задели мальчишек.
— Я больше не под прикрытием, — медленно произнес этот Канги, — я теперь по-настоящему вернулся в Цитадель. Домой. Я больше не под прикрытием.
Он это повторил это еще раз, словно сам себе объяснял.
— Что, скучать будешь? — усмехнулся Виррата.
— Может, и буду. Семь лет жизни..
— Семь лет жизни в аду, — поправил его Виррата.
— Другой жизни у меня все равно не было.
— Будет новая.
— Не представляю.
— А я не представляю, как ты прожил эти семь лет среди некромантов не пойманным. И как с ума не сошел..
— ..И как к ним не переметнулся? — добавил в тон Канги.
— Глупости говоришь. Думаешь, мы в тебе сомневались?
— С волками жить — по волчьи выть. Мне же приходилось их потрошить, и мумифицировать. Зашивал. Сколько их прошло через мои руки..
Было слышно, как Виррата тяжело выдохнул и переменил позу, скрипнув кроватью.
— Тебе до сих пор жутко об этом думать?
— Мне жутко потому, что мне от этого больше не жутко. И жутко потому, что.. когда-нибудь я вспомню об этом. И мне самому не поверится. Или станет настолько жутко, что я не смогу с этим жить..
— И тогда ты боишься, что сойдешь с ума?
— Я боюсь, что уже сошел. Вот мы сейчас с Сетом ходили и высматривали своих шатунов у вас на складе. И знаешь, как я своих опознавал?
— Как же?
— По тому узлу и швам, которыми я им зашивал животы. Я и сам не знал, что их так много.. так много прошедших через мои руки.
— У кого-то мог быть похожий способ накладывать швы. И не у одного и не у двух людей..