Страница 186 из 218
Глава 70. Колдуны на болоте
Мурчин поднялась из-за стола, подошла к краю площадки и, задрав коготок посчитала воинов, пришедших с Рете.
— Хм.. их шестеро. Все мужчины ковена Ретеваро в сборе, кроме одного. Кого-то одного нет.. Странно..кого же? Родона, что ли?
Мурчин, вытянув шею, оглядела воинов.
— Что-то она от нас не прячется, — услышал Раэ разговор внизу, — Рете, ты с ней поосторожней..
— Да куда ей бежать, — Рете, не глядя, резким движением сбросил с плеча руку советчика, — поняла, дура, что ей деваться некуда! Эй, Мурчин, я прорвал два пояса твоей кисейной защиты! Ну что, тварь, вышла договориться?
— Где Родон? — выкрикнула Мурчин со стены вместо ответа..и.. одновременно с ней тот же вопрос выкрикнул и Рете. Оба на миг застыли в замешательстве, несколько удивленные совпадением. Спутники колдуна начали недоуменно переглядываться между собой.
— Где Родон? — опять хором крикнули друг другу Ретеваро и Мурчин, словно сговорились. На этот раз совпадение их обоих рассердило. Было слышно, как колдун внизу бранится на ведьму, а та в досаде топнула ногой.
— Нет, ну он издевается! — возмутилась Мурчин.
— Что ты с ним сделала? — гаркнул Ретеваро, — он не отзывается на мой зов, значит, ты его уничтожила! Тогда тебе не сдобровать.. а ну взять эту тварь!
Пятеро воинов тотчас взмыли в воздух, ринулись, подобно коршунам, на самый верх башни:
— Мурчин, давай без фокусов! — крикнул властно налету кто-то из колдунов, — сдавайся сразу!
— Давай без крови, Мурчин, ладно? Нас больше!
— Ага, побежала сдаваться, — буркнула под нос ведьма.
Колдуны подлетели к площадке и.. натолкнулись на невидимую стену. Кто-то из них не удержался и камнем соскользнул вниз, раздался водный плеск. Мурчин в это время нагнулась, чтобы подобрать оброненную Идой зеленую шаль, расшитую золотом. Развернула, оценила, сморщила нос, скомкала и отбросила в сторону — не пригодится.
— Ну что, Фере, раз уж ты так не любишь наблюдать за чужими мучениями, нам тут делать нечего, — сказала Мурчин, и поскребла на платье засыхающие пятна от чернильных брызг, — пойдем, тебе надо пораньше лечь спать, чтобы завтра пораньше сеть за книги. Тебе и так пришлось прервать учебу из-за всех этих треволнений.
Раэ увидел, как отряхиваясь от болотной жижи поднимаются в воздух упавшие колдуны, обтекают, и ощупывают стену-невидимку.
— Рете, тут третий пояс защиты!
— Мурчин, убирай экран, быстро! Тварь наглая!
— Ах ты дрянь, что ж ты нас злишь почем зря?
— Рете, отдай ее мне, она должна будет за это ответить! Я жижи наглотался! Тошно как!
В это время Ретеваро оторвался от насыпи и взлетел над башней, ударил кулаком в прозрачную стену:
— Ты мне ответишь за этот горшок, тварь! Ответишь! И за Родона тоже ответишь! И за твои дурацкие кунштюки!
— Какой горшок? Какой кунштюк? Причем тут Родон? Про что это ты? — удивилась Мурчин, собравшаяся было уходить, — совсем дурак стал?
Она стояла на краю башенки так, словно встретила всех пятерых на бульваре Авы и с таким же невозмутимым видом взирала на них, будто вела прогулочный разговор с этими зависшими у вершины башни перепачканными колдунами.
— Мурчин, скажи, что ты ему не резала голову, — быстро сказал один из колдунов Рете, — тогда мы тебя не сильно накажем.
— Да кому? — оторопела Мурчин от такого вопроса.
— Родону!
— Да что вы несете-то!
Рете, красный и злой, выкрикнул заклинание, от которого у Раэ заломило под грудиной, а больше ничего не произошло.
— Мурчин, твое поведение верх бесстыдства! — сказал кто-то из колдунов.
— Ой, да, — съязвила Мурчин, — я в присутствии стольких мужчин и без чепчика! Но вообще-то я у себя дома, так что могу себе и позволить подобную вольность.
— Мы все понимаем, ты защищалась, но я надеюсь, что ты все-таки достаточно умна, чтобы не отрезать Родону голову..
— Вы что, пьяны? — злилась ведьма, но не могла ничего толком уточнить у тех, кто жаждал объяснений от нее.
Раэ снова стало понятно то, что было невдомек интриганке-Мурчин. Выходит, когда шишига вышла с горшком навстречу Ретеваро, тот, ожидавший вместо нее Мурчин с филактерией, воспринял это как издевку от ведьмы и пришел в ярость. А остальные колдуны вместе с ним сложили два и два и поняли, что лазутчик-вурдалак Родон обезврежен.
«Да, подонки, окончательно", — сказал про себя Раэ, припомнив, как мучился, когда рубил вурдалаку голову и вырезал сердце.
Ретеваро снова выкрикнул заклинание, у Раэ опять заломило в грудине.. и опять больше ничего не произошло.
— Что, не получается? — спросила Мурчин, — так ты не так кричишь заклинание! Нужно кричать громче! И при этом кувыркаться! И желательно со штанами на голове!
Ретеваро выругался.
— Почему заклинание раньше действовало? — спросил взволнованно один из колдунов, — почему сейчас не подходит?
— Потому, что он так громко орал, что я его слышала, — невозмутимо отвечала Мурчин, — и любезно открывала перед ним пояса. Сначала один, потом, раз уж он так надсадно орал, то и второй. А сейчас он недостаточно громко орет, вот я и не хочу ему открывать экран, а что? Вам всем надо по эту сторону? Ну пусть он покувыркается для этого! Со штанами на голове! Может тогда я ему и третий пояс открою! А вообще — что вы тут забыли?
На миг воцарилась тишина среди зависших в воздухе колдунов, а затем на Мурчин обрушился просто шквал брани. Солировал, конечно, в нем бешеный, как рехнувшийся, Ретеваро, но и другие колдуны от него не отставали. Единственное, что могло проникнуть за экран, это их площадные выражения, те самые, какие припоминают, когда надо обругать женщину. Мурчин сначала подставила под брань одно ухо, потом второе, затем бухнулась на стул и изобразила жалобные рыдания:
— Ох-ох-ох-ох-ох! Ах-ах-ах-ах-ах-ах-ах! Вы меня поразили в самое се-ердце! Я не могу с этим жи-ить! Сейчас пойду и брошусь в болото!
Если бы Ретеваро мог лаять, он бы залился лаем, когда Мурчин театрально бухнулась на колени и протянула к нему свои руки:
— О Рете! Ты разбиваешь мне сердце! Тот ли ты безупречный сударь, который клялся мне в любви? Этими ли устами?
Рете только проскрежетал зубами и ткнул в невидимую стену разбитыми кулаками. Похоже, он выдохся. Выдохлись и другие колдуны. Они по-прежнему зависали над башней, но уже начали переговариваться друг с другом и поглядывать на Мурчин через голову Ретеваро.
— Рете, что-то тут не то, надо отступать..
— Отстань! Мурчин, я в последний раз прошу тебя по-хорошему убрать экран, — прорычал Ретеваро.
— Давайте договариваться..