Страница 155 из 218
Мурчин подобралась к нему ближе. И куда опять делся чепец, который она все эти дни подчеркнуто носился при Фере, чтобы показать свое отчуждение? Она снова была только одном нижнем платье с распущенными волосами, отдыхавшими от попыток их укротить. В ее глазах светилась мольба.
— Ты.. далек от понимания, каково это.. быть привязанным к кому-то.. тебя не научили, что значит отвечать на чувства, ты.. еще так молод.. поэтому ты так себя повел со мной тогда, в то дождливое утро, когда я сказала, что ты будешь моим, а ты ответил, что я рехнулась.. просто ты в таких вещах не разбираешься и разбираться не можешь.
Раэ смутился, замычал, отодвинулся немного подальше.
— Я все понимаю, Фере, все понимаю.. ты просто вырос там, где нельзя проявлять свои чувства..все-все, — она ущипнула его за щеку, чуть царапнув когтем, — перестаю тебя смущать..
— Ты лучше скажи, как тебе удалось достать документы, — сказал он, пытаясь сменить тему и разглядывая стежки на атласном одеяле, чтобы хоть куда-то спрятать глаза, — ведь они же секретные. Да еще из Цитадели.. Ты что, залезла в саму Цитадель?
— Нет-нет! — рассмеялась Мурчин его наивному вопросу, — я еще не сошла с ума, чтобы соваться в Цитадель с моим ведьминским личиком.. Просто ты числишься умершим, а потому твое личное дело сдано из Цитадели в архив Магистрата Авы на съедение крысам.
Он приготовился впитывать каждое слово, каждую весточку о тех, кто участвовал в операции передачи документов ведьме. А вдруг и тут он чего узнает?
Мурчин самодовольно усмехнулась:
— Ты уже кое-что у меня спрашиваешь. Что ж, это большой шаг вперед. Со временем мы поладим.. ну что ж, раз ты спросил, я тебе отвечу — я не такая уж и простушка в таких делах.. эти документы секретны для тебя, но никак не для меня. Деньги открывают любые двери..
— Это кто ж так рискует попасть в застенки! — притворно возмутился Раэ, — если бы ты мне не показала эти бумаги, я бы не поверил, что кто-то может их вынести из архива и продать. Кто ж на это отважился?
— Было бы серебро, а тот, кто на него позарится — найдется, — усмехнулась Мурчин, полулегла рядом с Раэ и принялась накручивать свою прядь на палец, не сводя прямого взгляда с охотника..
— Да кто ж это такой? — продолжал недоумевать Раэ, делая вид, что не замечает ласкающего взгляда Мурчин. — а.. как ты его нашла?
— Он сам на меня вышел. Понял, что я не бедная вдовушка.
— И сколько запросил?
— Ты начал думать о деньгах? — спросила Мурчин. — тебя заботит какой-то взяточник?
И как назло она поднялась с кровати, отвлеклась от разговора! Ничего не узнал! А будет расспрашивать дальше — она поймет. что неспроста..
Тем временем ведьма достала свою сумочку и оттуда извлекла какую-то мелкую стопку носовых платков, что ли. Но Раэ уже знал, что она может увеличивать вещи.
— Ты лучше посмотри, что я тебе купила! — самодовольно сказала ведьма, щелкнула пальцами, и мелкая стопка носовых платков или чего-то вроде того во мгновение увеличилась. Это оказалось с десятка три мужских нижних туник, новых, прочных, хорошо отутюженных, — тебе нужна забота, а я не начинала даже с самого простого — не купила тебе рубашек, ты ходишь непонятно в какой рванине. Да уж, как ты меня будешь за это любить. Но заметь — я исправляюсь.
Она сняла со стопки одну из туник и приложила к плечам Раэ.
— Великовата чуть-чуть! Обманул, хмырь!
— Какой хмырь? Опять доверилась лавочнику? — спросил Раэ, чуть отстраняясь, — тебе не стоило закупать их. Да еще с шитьем по краю! Это же излишества!
— Привыкай к хорошему! — потребовала Мурчин, взяла вторую, приложила к плечам Раэ, — а вот эта в самый раз..
Раэ вздрогнул! Мурчин прикладывала к нему тунику, в которой он узнал.. свою собственную! Да-да! Мать прислала ему из дома несколько нижних рубашек, да так богато расшитых, что он стеснялся их носить при своих ребятах, которые ничего не имели. Так они и лежали у него в сундуке без дела ни разу ненадеванные.
— Как она идет твоим глазам! — воскликнула Мурчин, — цвет в цвет! Вот угадала! А ты вздрогнул..
— Ничего я не вздрогнул, — сказал Раэ, пытаясь, чтобы его голос звучал ровнее. Он как бы нехотя протянул руку к стопке и стал ее перебирать пальцами, как будто считая. Так и есть! Еще две его рубашки из сундука — тут!
— Тебя волнуют мои прикосновения, признайся, — сказала Мурчин.
— А где ты их приобрела? — влет спросил Раэ, как бы перебив ведьму.
— Тебе это сейчас так важно?
— Нет, ну скажи.. просто.. это как-то необычно, что ты так.. нет, ну а все-таки где ты их приобрела?
Мурчин усмехнулась. Должно быть, приняла его вопрос за пустой, за которым Раэ хотел скрыть смущение.
— Ну в лавке готового мужского белья рядом с аустерией «Хвост Химеры».
— Я знаю эту лавку в Аве. Она дорогая. Слишком уж.. неужели ты не могла зайти в другую?
— У тебя так глаза бегают..
— Спасибо, конечно, мне эти рубашки нужны, но.. ты.. слишком.. зачем ты выбрала эту лавку?
— Я от тебя слышу спасибо? Уже шаг!
Раэ уклонился от ее попытки коснуться его щеки.
— Ну зачем ты выбрала такую дорогую лавку?
— Ну хорошо, не ворчи, я ее не выбирала. Просто этот хмырь-писарь из Магистрата назначил мне встречу в аустерии, переговорил со мной и сказал, что документы припрятал в лавке, не дурак он являться с ними в аустерию — вдруг я стражу с собой приведу. Я спустилась в лавку, а там уж на меня приказчик налетел. «Бросьте вы, такой молодой вдове есть кому покупать мужские рубашки»..И знаешь, я поняла, что он прав. Ну и загнал он мне с три дюжины! Я никогда никому не покупала! А теперь мне есть кому! Все, давай стаскивай эту ужасную рванину! Есть что надеть!
Раэ осторожно коснулся подола рубашки из родного дома. Нащупал внизу под шитым краем утолщение ткани, которого раньше не было..
— Спасибо, Мурчин! — вырвалось у него.