Плененная

Глава 9



Торин

Спаривание с Иден не было до конца осознанным решением.

Но когда я прижал ее обнаженное тело к себе, коснувшись груди, которая вскоре вскормит моего ребенка, остатки самоконтроля были уничтожены. Я должен был обладать ею любой ценой.

И цена оказалась действительно высокой.

В конечном счете реальность не совсем соответствовала моим фантазиям. В отличие от дроидов, у которых предусмотрена автоматическая смазка, у Иден ее не было. Чтобы войти в нее, потребовалась значительная сила. То, как она реагировала на каждое мое движение, на каждое смещение центра тяжести… сбивало с толку. Это привнесло неожиданные вопросы, к исследованию которых я не был готов. Впрочем, времени на это у меня все равно бы не нашлось.

Дрожь пробежала по позвоночнику при воспоминании о том, как ее лоно обхватило мой член. Трение было невыносимым, и я быстро излился у входа в ее матку.

«По крайней мере, ты справился быстро».

Ее слова все еще витали в воздухе, их смысл оставался туманным.

Сколько бы земных языков ни преподал мне наставник Нифал с самого детства, то, как ее тело отвечало моему, ускользало от моего понимания. Но имело ли это значение?

Технически спаривание прошло успешно.

Желать больше нечего.

Теперь пришло время держать слово.

— Не двигайся, — сказал я, прикладывая руку Иден к панели молекулярного кодирования в моем кабинете. — Ты почувствуешь укол в каждый кончик пальца.

Разумеется, она дернулась.

Что бы я ни приказывал, она делала наоборот.

Но к тому времени, как Иден отдернула руку, резко вдохнув, на кончиках ее пальцев уже выступили крошечные капельки крови.

— Теперь у тебя есть доступ ко всем зонам «Ардев-5», если мы не ограничим сектор. — Достав из кармана платок, я вытер кровь с ее руки. — Для шлюзовых камер требуется дополнительный код, которому я научу тебя, когда ты сможешь распоряжаться такой свободой, не совершая глупостей.

Она ответила пожатием плеч, но не простым. Нет, это было уже восьмое по счету с тех пор, как она спустилась вниз. Поведение моей пары внешне казалось спокойным, но в глубине ее глаз кипела ярость, какой я никогда прежде не видел. Она изливалась на меня холодными взглядами и режущими взорами, отчего в груди росло беспокойство.

— Ты плохо спала?

Опустив глаза, она выдала девятое пожатие плеч.

— Трудновато спать, когда всю ночь горит свет и гудит этот белый шум.

— Я не люблю спать в тишине.

Как и в темноте.

Эту часть я оставил при себе, прекрасно понимая, как нелепо это прозвучит из уст взрослого мужчины. Но темнота хранила воспоминания, к которым у меня не было желания возвращаться.

Вернувшись в холл, я указал на главную дверь.

— Подойди к ней.

Она недоверчиво посмотрела на меня, но ее лицо быстро смягчилось, когда перед ней открылась дверь. Она сжала кулаки, и сквозняк в коридоре заиграл тканью стандартного черного платья, которое я ей дал. Хотя цвет отражал мое сословие, материал был жестким, а качество — ниже ее статуса. Но после нашего неожиданного спаривания у меня было слишком мало утренних часов. Тороксианский портной еще спал, когда я проснулся. Теперь на ней было платье, которое не указывало на мой ранг, но не несло герба моего благородного дома.

— Мы перекусим в общей зоне и заодно заглянем к портному.

— Меня устраивает то, что на мне надето, — бросила она, и резкость ее голоса подчеркнула непростой характер. Однажды эта женщина выносит мое семя, но я ожидал, что она будет бороться со мной на каждом шагу. Именно это я и предсказал в тот день, когда поймал ее.

Я подвел ее к транспортной трубе у противоположной стены.

— Так как ты не умеешь читать на нашем языке, тебе придется быть очень внимательной. Вот код общей зоны. Абайд, олгем, абайд, ньор. Вверх, вниз, вверх, вправо. Сможешь запомнить?

Она широко открытыми глазами уставилась на панель и несколько раз серьезно кивнула.

— Да, я не забуду.

— Держись за меня. — Я обхватил ее за талию, но в ответ получил лишь взгляд, острый как кинжал. — Или отказывайся и ломай кости, леска, потому что твое тело не привыкло к перегрузкам в этих трубах.

Она выругалась достаточно тихо, чтобы я не разобрал слов, но в итоге подчинилась. Мне было противно, как она уперлась ладонями в мою грудь — ее прикосновение было настолько невыносимым, что под ребрами вздулось отвращение. Так быть не должно, но я ничего не мог с собой поделать.

Мгновение, и после короткого вскрика я отстранился, разжимая объятия. Ее ноги дрожали.

— Привыкнешь.

Я уже почти дошел до портного, когда понял, что торопливый стук… стук… стук ее шагов исчез. Оглянувшись через плечо, я увидел Иден с разинутым ртом: она крутила головой, рассматривая все вокруг.

— У меня позже важная встреча, — сказал я, и этого хватило, чтобы она снова пошла за мной.

— Это место было здесь все время? Пока я сидела в своей конуре, здесь кипела жизнь прямо за стенкой? Ты серьезно?

Сцепив руки за спиной, я пошел по красной дорожке вдоль края общей зоны, минуя группы смеющихся ветусианцев. Иден плелась сзади.

— Моим войскам нужен отдых. Стимуляция помимо службы.

— Н’ич, — произнес целитель.

Я ответил на его поклон коротким кивком, как и всем остальным. Это одна из причин, по которой я ненавидел появляться в общественных местах — от этого обычно начинала болеть шея.

— Еще бы. Знаешь, кому тоже не помешала бы стимуляция? — Она остановилась и уставилась на выставленную в витрине тороксианскую выпечку, покрытую звездной пылью, сушеными ледяными ягодами и орехами кивей. — Всем тем женщинам, которых вы держите здесь под замком. Если бы я могла приходить сюда, это бы все изменило.

— Ты хочешь сказать, что не пыталась бы сбежать четыре раза, будь у тебя доступ в этот сектор?

— Нет, я бы все равно пыталась сбежать, но делала бы это в гораздо лучшем настроении. — Она одарила меня ироничным взглядом, но, по крайней мере, перестала играть в молчанку. — Почему все кланяются?

— Хочешь кофе?

На ее лице отразилась внутренняя борьба: она отчаянно пыталась отказаться принимать что-либо от меня, кривя губы.

— Да, — выдавила она сквозь зубы, а затем добавила едкое: — Пожалуйста.

— Хорошо.

Я подошел к торговцу, ответил на его поклон очередным кивком и сделал заказ. Когда я протянул Иден теплую кружку, она с опаской принюхалась.