Страница 9 из 84
Главная сложность — найти ровный и пустынный участок с той стороны. С Леонидом я договорился ещё загодя, и он должен был подъехать сюда к часу дня. Потом мы втроём — я, дядя Саша и он — едем к месту открытия портала. Точек этих в округе было несколько, самая ближняя не годилась: она попадала на плотную застройку, где-то в черте города. Там и не взлетишь, и не сядешь. Поэтому надо искать что-то подальше.
На сегодня я ничего, кроме поиска удобного места для входа, не планировал. Поначалу, когда думал идти пешком или на машине, место входа особого значения не имело. Протопал, осмотрелся, вернулся. Но сейчас, с расчётом на «Фоккер», требовалась корректировка.
Вскоре подъехал Леонид, и почему-то на грузовике. Старенький ЗИЛ-130, с облезлой краской и фанерой вместо одного бокового стекла. Где он его взял — загадка. И почему именно грузовик — тоже. Он притормозил у навеса, высунулся из кабины, подмигнул.
— Погнали?
— Погнали.
Мы запихались в кабину втроём и грузовик тронулся.
Ехали километров десять. В ту сторону, где в нашем родном мире был город. Теперь там ничего не осталось — ни города, ни дорог, только степь да редкие перелески. Наша цель была почти возле курганов. Эти древние насыпи всегда вызывали у меня вопросы. Учитывая их способность откатывать время — точнее, объекты во времени, я понимал что это тоже часть ковчега, его системы, и теперь, после его гибели, не знал что с ними будет дальше.
Доехали до места, привычно вытащили из кузова генератор, подключили прибор. Я кивнул мужикам, и шагнул в марево портала.
Ну вот. То, что надо.
По ту сторону открылась такая же степь, что и здесь, — только небо было другим. Спустя несколько месяцев после масштабной ядерной войны погода здесь стояла мерзкая. Солнце висело мутным пятном в белесой дымке, не грело, а только слепило. Ветер нёс мелкую пыль, смешанную с чем-то похожим на пепел. На горизонте клубились тучи, плотные, серые, с металлическим отливом. Трава под ногами была жухлой, с рыжими проплешинами, но еще живой.
Вдалеке виднелись какие-то постройки, не близко, но и не особо далеко. Я достал счётчик Гейгера, включил. Фон здесь был повышенный, но незначительно.
Довольный что так повезло, я вернулся обратно. Мужики даже отойти не успели. Пересказав, что видел, я отправил их за «Фоккером». По идее, можно было привлечь больше народа, но я никому не доверял, рассчитывая сделать всё максимально тайно.
Коротая время пока их не было, я прилёг на траву у прибора. На солнце разморило так, что глаза слипались, и я сам не заметил, как задремал. Проснулся от шума двигателя. Совсем рядом заходил на посадку «Фоккер». Он мягко коснулся травы, подпрыгнул и покатился, оставляя тучу пыли.
Дядя Саша с кряхтение вылез из кабины, но подходить не стал, усевшись на траву прямо возле шасси самолета.
Я тоже не дергался, так мы и просидели в ожидании Леонида, который приехал уже не один — с ним был Олег. Вид у него был помятый, словно не он на машине ехал, а на себе её нёс.
— Здорово, — сказал он.
— Здорово. А ты чего тут?
— Ленька предложил, и я решил отдохнуть малость.
— В смысле?
— Да пока ждать вас будем, хоть высплюсь. — Он зевнул, прикрыв рот ладонью. — Не поверишь, выматываюсь, будто мешки с цементом таскаю. Раньше такого не было, хоть вообще не спал, а сейчас хожу как выжатый лимон.
Ну вот, еще одно подтверждение. — Подумал я, глянув на ладонь. Ранка затягивалась, но все равно как-то неохотно.
— Почему же не поверю? Поверю.
Олег кивнул, отошёл к кузову и, подстелив какую-то ветошь, улёгся прямо на доски.
Подошёл дядя Саша, задумчиво глядя на мерцающую стену портала.
— Как заходить-то будем? — спросил он, указывая на «Фоккер».
Я хмыкнул, мне как-то не приходило это в голову, но вариантов на самом деле не много.
— Своим ходом.
Дядя Саша прищурился, вглядываясь в марево.
— А ничего не сломается?
— Ты же на «Чинуке» летал через порталы, зачем спрашиваешь?
— Так там они огромные были, — он развёл руками, показывая масштаб. — А тут мелкие, можно сказать лазейка. Если крылом заденем — всё, хана.
Я посмотрел на портал, прикинул расстояние.
— Не переживай, это кажется так.
Дядя Саша поджал губы, но спорить не стал.
— Не попробуешь — не узнаешь, — сказал я.
Мы попрощались с мужиками. Дядя Саша забрался в переднюю кабину, я — в заднюю. Усевшись, надел шлемофон, пристегнул ремни.
Двигатель чихнул, затарахтел, разгоняя винт, и «Фоккер», подрагивая на неровностях, покатился к мерцающей стене.
Место стрелка оказалось тесным, непривычным, ветер задувал в открытую кабину, заставляя щуриться. Кресло тоже какое-то мелкое, неуютное. Я всегда сидел за штурвалом, а тут — пусто. Ручки нет, педалей нет. Только поручень в который я и вцепился что было сил. И даже понимая что бояться нечего, что дядя Саша лучший пилот из всех кого я знаю, мне всё равно было как-то не по себе.
Заставив себя дышать ровнее, я поднял бинокль. Впереди, в белесой дымке, проступали очертания города. Высотки стояли с выбитыми окнами, некоторые — без целых секций, словно кто-то отгрыз от них куски. Улицы завалены битым кирпичом и остовами машин. Пара мостов через реку обрушена, железнодорожная эстакада покорёжена. Ни дыма, ни движения.
На окраине я заметил трубы. Высокие, кирпичные, с копотью по краям. Они торчали сильно выделяясь на общем фоне. Я пригляделся. Если это завод, то нам крупно повезло.
— Левее бери, к трубам, — сказал в рацию.
Дядя Саша не ответил, но «Фоккер» плавно изменил курс.
Уже над городом я достал счётчик Гейгера. Включил. Стрелка прыгнула вправо, задрожала. Фон здесь зашкаливал. Я постучал пальцем по стеклу прибора — нет, не врёт. Убрал обратно в карман.
Трубы приближались. Под ними, за покосившимся бетонным забором, раскинулась территория завода. Не огромного, но и не маленького. Несколько цехов с плоскими крышами, открытые площадки, на которых рядами стояли рамы какой-то техники, дышла, колёсные пары. Я пригляделся. Похоже что здесь выпускали прицепы для грузовиков или что-то подобное. Вдоль одного из цехов тянулась железнодорожная ветка. На путях стоял электровоз с тремя платформами, гружёнными чем-то вроде щебня.
— Надо здесь сесть, — сказал я. — Если повезёт, найдём много чего.
— Понял, — отозвался дядя Саша. — Вон там, за забором, вроде ровно. Сделаем круг.