Страница 81 из 84
Я сомневался, что кто-то ещё, кроме дяди Саши, способен на такое. А если и способен, то где-нибудь в другом мире, в другое время. Но здесь и сейчас это был только он. Его руки, сжимавшие ручку управления, двигались плавно, без суеты, а машина слушалась, как живая.
Где-то позади остались расчёты ПВО. Я чувствовал их огорчение — почти физически, как горький привкус на языке. Они потеряли нас. Один из операторов — самый молодой — с досады ударил кулаком по пульту. Другой, постарше, выругался сквозь зубы и начал докладывать наверх, что цель ушла. Они всё ещё искали нас, но мы были уже далеко, прижимаясь к самой земле, невидимые для радаров.
Дядя Саша перестраховывался. Он не стал подниматься выше, даже когда опасность миновала. Мы шли на сверхмалой ещё долго — слишком долго, на мой взгляд. Горючка таяла, время поджимало, но я молчал. Если дед считал нужным идти так — значит, так было надо.
До цели оставалось километров двести, когда он наконец потянул ручку на себя. Машина послушно набрала высоту, прошивая серую муть облаков. И почти сразу в голове у меня вспыхнули образы.
Там, где ещё вчера никого не было, где мы спокойно летали над пустыми руинами, теперь кипела жизнь. Я чувствовал её — не глазами, не радаром, а тем же новым чутьём которое проснулось после встреч с Ковчегом. Расчёты ПВО. Много. Больше десяти. Они стояли плотной сетью, прикрывая квадрат со всех сторон. А прямо по курсу, в центре этого квадрата, висело что-то непонятное. Я не мог понять, что это, пока на экране одна за другой не вспыхнули метки.
Компьютер опознал их с задержкой — системы не сразу поверили тому, что видели.
Шесть засветок. Быстрые, манёвренные, с сигнатурами, которых не было в стандартных библиотеках. Они появлялись и исчезали, словно играли с радаром в прятки. Но компьютер всё же выдал вердикт: NGAD — истребители шестого поколения.
Я смотрел на эти метки и понимал, что знаю о них непозволительно мало. Та база данных, которую мне вложили в голову была полна деталей о F-16, F-15, F-35, но о NGAD там зияла дыра. Почему? Не успели загрузить? Или тот, кто это сделал, сам не знал? Я злился, досадуя что привык полагаться на знания, которые приходили раньше, чем мысль, а теперь в голове было пусто. Лишь жалкие обрывки: беспилотный, малозаметный, создан для абсолютного господства в воздухе. Ни тактики, ни слабых мест. Как драться с тем, о ком ничего не знаешь?
Но дядя Саша уже принял решение. Он ничего не сказал — просто сушка, задрав нос, ушла в крутую горку. Одна секунда, другая — и мы уже перевернулись через крыло, уходя вниз, к спасительной земле. Перегрузка вдавила в кресло, перед глазами привычно поплыли красные круги. Я вцепился в подлокотники, переживая как бы не отвалилась бомба под фюзеляжем.
Мы падали. Почти вертикально, едва не воткнувшись в заснеженный склон холма. В последний момент дядя Саша выровнял машину, и мы снова поползли на брюхе — только теперь удирая, поджав хвост. NGAD остались где-то позади, в серой мгле.
— Вот же ж… — выдохнул я, не в силах подобрать слово, осознавая что после всех этих маневров топлива оставалось впритык.