Ты моя война

– Вилла Эльдора, – бросает, вырывает руку из моей хватки и закрывает дверь перед носом, а через пару секунд машина трогается с места.

Возвращаюсь к Владе, коротко целую сына в макушку и, приобняв её за талию, подталкиваю к машине, где стоит охранник, которому брат сказал отвезти нас домой. Оказавшись в салоне на заднем сидении, я легко усаживаю Владу, у которой на руках сын, на свои колени и облегчённо выдыхаю.

Девушку всё ещё мелко потряхивает, и я медленно поглаживаю её плечи, пока она кормит ребёнка, не отрывая от него взгляда. А стоит Миру уснуть, принцесса укладывает голову мне на грудь и тихо шмыгает носом.

– Ты ранен? – спрашивает тихим голосом.

– Я в порядке, – уклончиво отвечаю и силюсь улыбнуться.

– Прости меня, – произносит и сглатывает ком в горле.

– Мне не за что тебя прощать, – проговариваю и провожу ладонью по её волосам.

Смотрю в её заплаканное лицо, в покрасневшие глаза и меня разрывает изнутри любовь к ней. Я правда был готов умереть там, в чёртовом амбаре, от её рук. Это был бы лучший уход из жизни, особенно, если это спасло бы их. Но тут тоже спорно, Князь не был отцом года и точно не воспитывал бы моего сына лучше, чем меня. Орлов бы выдал Владу замуж за Гаджиева, и она стала бы его домашним питомцем.

Я обязан Демиду не только жизнью, но и спасением моей семьи. Его поступок дал шанс и Владе, и моему сыну на нормальное будущее. А я сделаю всё возможное, чтобы будущее у них было самое лучшее.

За потоком мыслей время в дороге пролетает быстро, и, когда автомобиль тормозит у нашего дома, я возвращаю Владу на сидение и первый выхожу. Забираю у неё заснувшего сына, подав руку, помогаю и ей выбраться из тачки и направляюсь в сторону подъезда.

– Держи, я пока приберу здесь, – указываю на пятна крови на полу и отдаю ребёнка, когда мы оказываемся в квартире.

Коротко кивнув, она уходит в спальню, но, когда я захожу в гостиную с ведром воды и тряпкой, она стоит и смотрит на багровые засохшие следы.

– Чья это кровь? – спрашиваю, попутно осматривая её в очередной раз, но видимых ран не нахожу.

– Демида, – отвечает, не поднимая глаза. – Я вонзила ему нож в ногу, – добавляет, и в моей памяти всплывает полоска бинта чуть выше колена на бедре брата.

– Ты большая молодец, – сказав это, оставляю ведро и, подойдя к ней, обнимаю со спины. – Я тебя очень люблю, – тихо говорю и, уткнувшись носом в её волосы, прикрываю глаза.

– Что дальше, Ратмир? Почему Демид помог нам? – задаёт вопросы, развернувшись лицом ко мне.

– Дальше мы будем жить свободно, – улыбаюсь и убираю прядь волос за ухо. – А Демид… не думаю, что его целью было наше спасение, он сделал это для себя.

– И теперь он будет за нами бегать? – на это я только отрицательно качаю головой.

Её тихий голос, эти глаза, как бездонные озёра, в которых я тону каждый раз… я ведь потерял её сегодня. Успел оплакать там, у горящего склада, и боролся с желанием кинуться в огонь или свернуть шею своему брату. Выбрал второе. С решимостью броситься в огонь, как только заберу жизнь Демида.

А нахрена мне жить без любимой женщины и сына? Это бессмысленно, и жизнью моё существование было бы не назвать.

– Тебе нужно расслабиться, выдохнуть, – проговариваю и, прижав к себе, едва не стону в голос, когда она обнимает меня так крепко, насколько ей хватает сил. – Прими ванну, я уберусь и закажу что-нибудь из ресторана, – добавляю, целую и разворачиваю девичье тело в сторону ванной комнаты.

Стоит Владе скрыться за дверью, я берусь за дело. Кто бы мог подумать чуть больше года назад, что я своими руками буду мыть полы… Но мне куда приятнее поработать шваброй, чем пистолетом. Закончив, я сделал заказ из ресторана за углом, проверил спящего сына и присоединился к Владе.

Она стоит под горячими струями воды, обняв себя руками, и смотрит в одну точку на кафельной стене. Стараясь не зацикливаться на синяках на её загорелой коже, шагаю в душевую кабинку.

А два часа спустя я паркуюсь у отдалённой от города виллы. У ворот стоят охранники, которые пропускают меня без вопросов. На территории и вовсе на каждом шагу вооружённые люди с цепкими взглядами. На меня почти никто не смотрит, наверняка предупреждены, что приеду. Поднимаюсь по ступенькам и захожу в дом, где полная тишина. Пару минут блуждаю по коридорам и наконец нахожу Демида сидящим на диване. Поза расслабленная, взгляд задумчивый, устремлённый в пустоту. Сухо прокашливаюсь, обозначая своё присутствие, и, не дожидаясь приглашения, шагаю вперёд и сажусь напротив него.

– Младший, – кивает брат, и, взглянув на него, понимаю, что передо мной сидит адекватный человек с ясным взглядом. – Как там мой племяш? – усмехается, приподняв уголок губ.

– Жив, – коротко отвечаю. – Спасибо тебе…

– Брось, я не позволил бы его тронуть, – перебивает, смотря прямо в глаза.

– А Владу? – срывается с моего языка. – Ты взорвал склад, позволив мне думать, что они там.

– А ты исчез и даже не попрощался, – пожимает плечами, и я непонимающе хмурюсь.

– Ты хотел меня убить, – напоминаю ему о перестрелке в общежитии.

– Если бы я хотел, я бы убил, – хмыкает, а я только глазами хлопаю.

– Не понял…

– Не удивлён, – прерывает очередным смешком. – Я мог прийти с армией, но со мной был лишь один человек, и вы удивительно легко отбились от слежки, так же просто прошли границу и обустроились на берегу моря, – с каждым его словом я мрачнею, а шестерёнки в голове начинают ускоренно работать.

Я честно верил, что нам просто повезло, но сейчас сильно в этом сомневаюсь.

– Ты никогда не подходил для дел нашей семьи, может, ты приёмный? – склоняет голову к плечу и изучает моё лицо. – Не, слишком на отца похож.

– Может, объяснишь нормально? – спрашиваю, и пусть я уже сложил паззл, лучше, если он озвучит сам и добьёт условиями, это всё ведь не просто так.

– А что объяснять, братец? Всё предельно просто – я пудрил отцу мозги, – разводит руками, словно в этом нет ничего необычного.

– Почему? Чего ты хочешь? – непонимающе прищуриваюсь.

– Потому что его время вышло. Я в любом случае занял бы его место. И в отличие от тебя, я этого хотел, поэтому готовился. Но перестарался и стал лучше него, – на его лице мелькает хитрая улыбка. – Его методы устарели, он начал проигрывать. Ты этому очень поспособствовал. Молодец, доказал, что чего-то стоишь, – на это я только усмехаюсь.

Тоже мне, повод для гордости, у меня другие ценности и приоритеты, и всё, что я сделал, было для того, чтобы спасти свою семью.