Страница 22 из 67
Один из них прошёл первого защитника так легко, будто тот был не человеком, а усталой статистикой. Второй подключился справа. Третий потянул за собой полузащитника. Серые фигуры внезапно ускорились, и поле будто наклонилось в сторону ворот Луиса.
— Назад! — крикнула Наташа. — Все назад!
Первый защитник не успел.
Второй поскользнулся.
Оставался Роберто.
Роберто вышел навстречу атаке спокойно, почти холодно. Он не бросился сразу. Не дёрнулся на ложное движение. Он ждал.
Форвард МВФ пробил.
Роберто подставил ногу.
Удар был сильным. Мяч попал ему в голень, отскочил в сторону и улетел к игрокам сборной Человечества.
Стадион взорвался аплодисментами.
— Роберто спасает ситуацию! — закричал Василий. — Вот что значит защитник, который не верит рекламным обещаниям!
Луис из ворот поднял кулак.
— Роберто!
Роберто даже не улыбнулся.
— Играть! — крикнул он. — Играть дальше!
Игроки из Бангладеш подхватили мяч.
Теперь они атаковали быстрее, жёстче, с какой-то почти обиженной смелостью. Один из них проскочил между двумя полузащитниками МВФ, отдал пас на фланг, получил обратную передачу и вдруг оказался один на один с вратарём.
Стадион поднялся.
Наташа сжала кулаки.
Луис, далеко в своих воротах, прошептал:
— Давай…
Нападающий сборной Человечества уже готовился ударить.
Перед ним стоял ненасытный банкир.
Огромный, тяжёлый, с перчатками, похожими на сейфы.
Он не прыгнул.
Не вышел навстречу.
Он просто посмотрел на игрока и тихо сказал:
— Внешний долг Бангладеш перед МВФ. Хочешь, я напомню цифры?
Игрок побледнел.
Банкир сделал шаг вперёд.
— Проценты. Условия. Переговоры. Зависимость. Отчёты. Давление. Ты правда думаешь, что можешь ударить по воротам, когда твоя страна столько должна?
У нападающего задрожали ноги.
Мяч стоял перед ним.
Ворота были открыты.
Но тело перестало слушаться.
Он упал на траву.
Не от удара.
От тяжести чужих цифр.
Стадион зашумел.
Наташа сорвалась с места.
— Судья!
Она выбежала к боковой линии, и четвёртый арбитр попытался остановить её взглядом. Это было наивно.
— Судья! — крикнула Наташа. — Они играют грязно! Они подкупили нашего игрока прямо во время матча!
Главный судья подошёл к ней, сухой и официальный.
— Please, stay in your technical area.
— Техническая зона? — Наташа показала на поле. — Мы играем вдесятером, а МВФ теперь играет вдвенадцатером!
Судья нахмурился.
— Coach, calm down.
— Нет! Это не футбол! Это колониальная бухгалтерия в бутсах!
Судья достал жёлтую карточку.
Показал Наташе.
Трибуны заревели.
Наташа застыла.
На мгновение казалось, что даже Змай перестал дышать.
Потом она медленно повернулась к судье.
— Продажные, — сказала она.
Судья сделал вид, что не понял.
Наташа сказала громче:
— Продажные! Рабы колониального порядка!
Роберто на поле тихо пробормотал:
— Сейчас ей дадут красную.
Луис из ворот крикнул:
— Наташа, осторожно!
Она услышала.
Но не отступила.
Судья, однако, только поджал губы. Возможно, он понял, что выгнать Наташу со стадиона, где весь мир скандирует её имя, — это не судейское решение, а самоубийство в прямом эфире.
Он указал продолжать игру.
МВФ снова пошёл вперёд.
И на этот раз их самый быстрый игрок получил мяч в центре поля.
Он был похож не на человека, а на срочный пункт договора, написанный мелким шрифтом. Тонкий, резкий, скользкий, он промчался мимо полузащитников сборной Человечества так, будто они читали его слишком поздно.
— Остановите его! — крикнула Наташа.
Змай у скамейки запасных поднялся на лапы.
Серебристые крылья дрогнули. По чешуе прошла волна света. Его глаза загорелись так, что ближайшие запасные игроки инстинктивно отодвинулись.
Он наблюдал за происходящим с яростью, которая уже не помещалась в теле дракона.
— Нельзя, — тихо сказала Бонбиби, стоявшая рядом с тигром Багха Даршаном. — Это их поле.
Змай глухо зарычал.
— Они играют не по чести.
— Тогда люди должны научиться отвечать сами.
Тигр Багха Даршан медленно моргнул, как будто соглашался.
На поле быстрый игрок МВФ уже прошёл центр.
Роберто вышел ему навстречу.
— Давай, — прошептал Луис.
Роберто попытался закрыть коридор, как учил других. Но форвард МВФ сделал ложное движение, будто предлагал компромисс, потом резко ушёл в сторону, будто компромисс оказался ловушкой.
Роберто не успел.
— Прости, Луис! — крикнул он, разворачиваясь.
Форвард МВФ вышел один на один.
Луис сорвался с линии ворот.
Он видел мяч. Видел ноги соперника. Видел серую форму. Видел улыбку, которая уже праздновала гол. Времени думать не было.
Только инстинкт.
Луис бросился в подкат.
Он выбил не мяч.
Он сбил форварда.
Тот красиво взлетел, упал, перекатился по траве и сразу схватился за ногу так драматично, будто его атаковал не вратарь, а историческая несправедливость.
Свисток.
Пенальти.
Стадион взревел.
Судья подбежал к Луису и показал жёлтую карточку.
Луис поднялся с травы, тяжело дыша.
Роберто подошёл к нему.
— Это был чистый пенальти.
— Знаю.
— И жёлтая заслуженная.
— Знаю.
— Тогда зачем?
Луис посмотрел на него.
— Это была единственная альтернатива.
Роберто хотел возразить, но не смог.
Потому что знал: если бы Луис не сбил нападающего, счёт уже был бы один-ноль.
Игрок МВФ поднялся с газона и взял мяч.
Он был уверен.
Слишком уверен.
Он поставил мяч на точку, отошёл на несколько шагов и посмотрел на Луиса. Потом улыбнулся.
— Что чувствуешь, когда ты из бедной страны? — спросил он.
Луис стоял на линии ворот.
Молчал.
Форвард продолжил:
— Жалкий, да? Что чувствуешь, когда половина твоего народа умирает от голода, а ты всё равно стоишь здесь и изображаешь героя?
Слова ударили сильнее, чем мяч мог ударить в грудь.
На мгновение Луис почувствовал, как внутри поднимается горячая, слепая ярость.
Роберто сразу понял.
— Луис! — крикнул он. — Сконцентрируйся! Не слушай его!
Форвард МВФ усмехнулся.
— Слушай. Пусть болит.
Луис сжал кулаки в перчатках.