Страница 27 из 258
— Это старый дом, — напоминаю я ему. — Он шумит, но это безобидно.
— Я мог бы сам проверить, — предлагает детектив, уже наполовину поднимаясь. — Быстро взгляну, что там внизу.
— Нет, — слишком поспешно отвечаю я. — Всё в порядке. Правда.
Он снова опускается на место.
— Если ты уверена, что это нормально.
Это определённо
не
нормально, но ему не нужно об этом знать. Обычно мой Теневой Папочка не бывает таким шумным. Неужели он ревнует из-за того, что здесь детектив?
Неужели?
— Уверена, — я встаю. — Хочешь выпить? У меня есть виски и вино.
— Я при исполнении, — он смотрит на часы, а потом едва заметно улыбается. — О, надо же. А я уже не при исполнении.
Я улыбаюсь. Этот парень нравится мне всё больше и больше.
Пока иду на кухню, я чувствую на себе его взгляд, когда наливаю по два пальца дешёвого виски в разномастные стаканы, которые купила в «Dollar General». Тяжесть его внимания должна была бы заставить меня нервничать, но вместо этого от него у меня покалывает кожу. Когда оборачиваюсь, он смотрит на меня с напряжением, не имеющим ничего общего с его работой.
Я протягиваю ему стакан, и наши пальцы соприкасаются. От этого прикосновения по мне пробегает разряд, и я вижу отклик в его глазах — этот неожиданный, нежеланный жар.
Эдди делает глоток, позволяя тишине растянуться между нами.
— Здесь небезопасно, Сера, — тихо говорит он. — И я имею в виду не только серийного убийцу.
— Думаешь, я этого не знаю? — встречаюсь с ним взглядом.
— Я думаю, тебе всё равно, — его голос становится ещё ниже.
— Может, и всё равно.
Кажется, буря затаивает дыхание. Дом вокруг нас замирает в ожидании.
— Ты веришь в призраков? — спрашиваю я, вопрос срывается с губ прежде, чем я успеваю его остановить.
Эдди не смеётся надо мной и не отмахивается от вопроса. Напротив, он обдумывает его, не сводя с меня глаз.
— Я верю в то, что не желает оставаться погребённым, — наконец отвечает он.
Наши взгляды задерживаются друг на друге чуть дольше, чем нужно. Воздух между нами кажется наэлектризованным, опасным. Не только из-за притяжения, но и из-за чего-то более тёмного — словно взаимного узнавания монстров, которых мы видели.
Теневой Папочка снова стучит, сильно, где-то под нами, словно предупреждая. Что бы он сделал, если бы я насадилась на член детектива и скакала на нём с криками до полного изнеможения? Разнёс бы весь дом вокруг нас? Присоединился бы к веселью, перебирая своими теневыми пальцами мой клитор? От этой мысли мои бёдра сжимаются, а соски твердеют.
Эдди допивает виски и ставит стакан на журнальный столик.
— Мне пора.
Часть меня обмякает от разочарования.
У двери он останавливается, за крыльцом всё ещё льёт дождь.
— Запрись за мной.
— Эта дверь никогда не бывает
не
заперта, — говорю ему.
— Позвони, если что-нибудь понадобится, — он протягивает мне свою визитку, достав из кармана куртки. — Что угодно. В любое время.
Когда он уходит, я стою в прихожей и слушаю дождь, всё ещё сжимая в руке визитку, тёплую от его тела. Наверху дверь моей спальни со скрипом приоткрывается на пару сантиметров, и в коридор втекает полоска дышащей темноты.
— Собираешься наказать меня за мои грехи? — спрашиваю с улыбкой.
Теневой Папочка рычит сладкое, сладкое обещание, от которого мои трусики промокают за считаные секунды.
Один мужчина видит меня насквозь. Другой хочет оказаться внутри меня.
Я ещё не уверена, кто из них опаснее.