Страница 24 из 48
Таким образом, Запорожским Кошем иногда именовалась Запорожская Сечь, а иногда временная ставка войска во время походов. Этим объясняются подписи на письмах «Дан на Кошу Сечи Запорожской» то есть, на Запорожской Сечи, «Дан с Коша при Буге» – временного лагеря при Буге. Также «кошем» запорожцы называли орган войскового управления, поскольку лагерь казаков не переставал быть военным и управлялся по своим законам, главные решения в котором принимались всем лагерем (казачьим кругом), то есть кошем.
Казаки летом занимались промыслами по Днепровским порогам (рыболовством, охотой, скотоводством, также ремёслами и торговлей), а зимой расходились по ближайшим городам (Киев, Львов, Бахчисарай, Краков, Ростов, Черкассы и др.), оставляя в безопасном месте на острове в Коше «залог» (заставу или аванпост) в виде отряда 100–200 вооружённых огнестрельным оружием и пушками казаков.
В XVII веке, после возведения крепостей‑городов в Слободской Украине, татары стали избегать Муравского шляха и он сделался главным путём для казаков, направлявшихся на набеги в Крым.
В Русском государстве с сечевиками всегда считались. Низовые казаки жили отдельным, независимым от какого‑либо государства сообществом, которое условно делилось на две группы: на сечевых и зимовых казаков. Сечевые казаки обладали рядом прав и привилегий, по сравнению с зимовыми, которые могли жениться и вести хозяйство, присоединяясь к сечевым во время их походов – такой у них был «отхожий промысел». Зимовым казаком можно считать Тараса Бульбу, который был женат, имел сыновей, была у него и своя богатая усадьба. Лишь периодически он приезжал казаковать в Сечь. То же можно сказать и о Богдане Хмельницком. Но далеко не все зимовые были богаты, как Бульба: большинство не вошедших в реестр казаков назывались голутвенными – от слова «голытьба».
Не каждый мог стать сечевым казаком: приём в Запорожскую Сечь новоприбывшего осуществлялся при выполнении следующих условий:
прибывший мог быть смердом, дворянином, поповичем, казаком, татарином, турком, холопом или закупом;должен был пройти полное обучение по прибытии в Сечь – изучить войсковые порядки, и только после этого записываться в «испытанные товарищи», что могло произойти не раньше, чем через промежуток в 1–3 года.
В Войско принимались мужчины всех национальностей, но большинство составляли украинцы. Женщины в Войско не допускались. Женатые казаки жили на территории владений Запорожской Сечи и считались в её «подданстве».
Сечевые казаки назывались «лыцарством» или «товарыством». Только эти казаки имели право выбирать из своего состава старшину, получать денежное жалованье и вершить все дела войска. Зимовые казаки на Сечь не допускались, а жили вблизи неё, но входили в состав Войска Запорожского Низового.
В войсковом отношении Запорожский Кош делился на 38 куреней, представлявших собой самостоятельные военные подразделения казацкого войска. Численность куреня в разное время могла составлять от нескольких десятков (обычно, в мирное время) до нескольких сотен казаков (и более, – во время войн и военных походов). Однако, наиболее подходящим сравнением казацкого куреня с организационно‑штатной структурой современных вооружённых сил подходит понятие «батальон».
А что же было на Дону? На рубеже XVI‑XVII столетий здесь насчитывалось от 8 до 10 тысяч казаков. Но и здесь им было тесно, и в 1557 г. атаман Андрей Шадра увел три сотни на Терек – так начиналась история Терского казачества. Однако в 1614 году, из‑за участия в боевых действиях вначале на стороне самозванцев, а потом русского ополчения, согласно перечню, составленному для получения жалованья, осталось всего 1888 человек. Но донцы быстро восстановили свою численность, и в 1637 году уже были настолько сильны, что смогли захватить Азов, а потом выдержать изнурительную осаду (Азовское сидение). Бурный рост численности донцов произошел после Раскола и начала преследования старообрядцев, многие из которых бежали на Дон. Во второй половине XVII века казаков там было уже около 20–30 тысяч, жили они в 100 городках на Дону и его притоках.
Наш санный поезд прибыл на Сечь и Иван Билецкий, как только мы с Петром и Разумовским вышли из своих возков, указал на строения – Это Сечевые куреня. Иногда на тот или иной курень‑подразделение приходится несколько куреней‑казарм. Специально ради ваших Высочеств созвана Рада.
По внешнему виду жилой курень представлял собой длинную казарму, длиной 30 метров и шириной около 4 метров.
Петр и Разумовский крутили шеями, разглядывая все вокруг. К нам подтягивались казачки, причем большинство одетых в такую рвань, зато при сабле и пистолетах!
Билецкий давал нам пояснения: – Главным на Сечи является кошевой атаман, сейчас на сечи избран Григорий Фёдоров‑Лантух. Далее идут судья, есаул, писарь и куренные атаманы. Это можно условно назвать правительством Запорожской Сечи. Далее идет низший командный состав: подписарь, подъесаул, хорунжий и так далее. Все уже собрались, а это больше сотни человек, все хотят лицезреть наследника русского престола. Вон на том помосте рядом с церковью кошевою казаки и выслушают ваши Высочества.
Я понизила голос – Иван, я слышала, что среди сечевиков есть казаки, коих зовут пластунами за их способность подбираться к вражеским часовым и без шума их вырезать. Якобы они знают борьбу, которая помогает победить даже оружных. Это правда?
Билецкий кивнул – То истинная правда, ваше Высочество!
Я довольно кивнула и отвела старого казака в сторону – Я хочу набрать сотню таких казаков для создания новой лейб‑гвардейской части при ее Величестве. Но эти казаки должны быть преданными только мне и никому более! Все отобранные казаки ни в чем не будут знать нужды, правда бездельничать они не будут. Почти весь день занятия для поддержания навыков в борьбе, стрельбе и джигитовке, фехтованию и охрана моей персоны конечно. А тебя я назначу командовать этой ротой, в которой я буду числиться поручиком.
Билецкий хмыкнул и задумался – Вон оно как! – Билецкий оживился – он знал какие привилегии у лейб‑гвардейских частей – А где мы будем размещаться?
Казарма будет неподалеку от Зимнего Дворца, а ты рядом с ней получишь пятикомнатную квартиру.
– Что ж, я смогу выполнить вашу волю! Казаки будут преданы лишь вам лично, ваше Высочество! В том они на кресте принесут вам клятву. Сегодня же после Рады я представлю вам кандидатов в лейб‑гвардию!