Капитализму в России не бывать! Выход есть!

ГЛАВА 10. ЕЛЬЦИН - БИЧ РОССИИ

При одном упоминании имени Бориса Ельцина у русского человека появляется на лице гримаса отвращения. Ведь Ельцин— символ ренегатства, предательства национальных интересов, самодурства, беспробудного пьянства, участник беловежской тройки разрушителей СССР.

Все эти обвинения понятны. Но напомню: Ельцин, выдвинув в Москве свою кандидатуру на выборах на Первый съезд народных депутатов СССР, получил 26 марта 1989 года почти 90 процентов голосов, то есть Ельцин тогда был весьма популярен, и многие русские возлагали на него свои надежды, а он их не оправдал. Почему же они надеялись на него? Попробуем разобраться.

Феномен Ельцина не понять вне сопоставления его с феноменом Горбачева. Владимир Соловьев и Елена Клепикова в своей книге «Борис Ельцин. Политические метаморфозы» провели сравнение этих двух деятелей, даже сведя результаты в таблицу. При внешнем сходстве карьер Горбачева и Ельцина (оба родом из деревни, но дослужились до должности руководителя крупного региона страны) сущность их не только не одинакова, но подчас прямо противоположна (партократ — технократ; «вытянутый за уши» наверх — и «человек, сделавший себя сам»; «подкаблучник» у жены — и диктатор в семье и пр.).

Ельцин родился в 1931 году в уральской деревне. У большинства наших соотечественников, родившихся в 20—30-е годы, жизнь была далеко не безоблачной, но Ельцину пришлось хлебнуть невзгод с избытком.

Дед его был раскулачен, сослан и умер на поселении. Дядю осудили, и он находился в местах лишения свободы. Несколько месяцев провел в заключении и отец. Затем семья перебралась в город Березники, и все детство и отрочество Бориса прошло в бараке. Я сам до 55 лет жил в общежитиях, коммуналках, а некоторое время — и в настоящем, бараке, так что барачную обстановку знаю не понаслышке. Ельцин знал, что такое голод и холод, да еще и тяжелая рука и ремень отца. Но и праздновал барак красные даты календаря по мере возможностей широко, с пением песен времен Гражданской войны, овеянных романтикой смертного боя за счастье всего трудового народа.

В городе Ельцин видел жизнь не только низов, но в какой-то мере и местной элиты. И он дал слово матери: «Мама, несмотря ни на что, я буду начальником». Это был не карьеризм «потомственного элитария», а способ выбиться из нищеты и унижения.

Ельцину не нужно было изучать русский народный характер, он впитал его с молоком матери и с духом барака. К тому же он был от рождения наделен качествами лидера и быстро занимал главенствующее положение в любом круге общества, в который бросала его судьба. Сопоставьте это с тепличной обстановкой, в которой жил (исключая короткий период оккупации) Горбачев.

Ельцину с детства было присуще чувство справедливости, и он ее отстаивал, даже многим рискуя. Но он боролся не вообще за справедливость, а с теми, кто нарушал его законные права. И, как это ни удивительно, добивался своего.

Отмечу один общий момент в карьере Горбачева и Ельцина: оба они начинали ее с подлога. Горбачеву приписали трудовой стаж и даже «сделали» орден, чтобы он мог при поступлении в МГУ скрыть факт своего пребывания на оккупированной территории. Ельцин, заполняя анкету при поступлении в строительный институт, не указал, что его ближайшие родственники были репрессированы. Не пойди они на этот обман, им не видать бы высоких должностей, как своих ушей.

В студенческие годы Ельцин не увлекался политикой, отдавая все силы учению и спорту. В среде своих товарищей он был безусловным лидером, «организатором и вдохновителем», несмотря на его крутой нрав, решительный и вспыльчивый (но и отходчивый) характер. Свойственна ему была и хитрость, но не придворная, выражающаяся в умении плести интриги, а мужицкая.

Если Горбачев по окончании вуза готов был начинать карьеру пусть с самой низкой должностишки, лишь бы в аппарате, а не на производстве, то Ельцин хотел работать только по специальности. При этом он стремился знать эту специальность до тонкостей, как знает ее рабочий, а не так, как учат ей в институте. И потому, отказавшись сразу от руководящей работы, он на год уходит на стройку простым рабочим, поставив перед собой цель: освоить за это время 12 специальностей. Цель всем казалась недостижимой, потому что на освоение каждой из этих специальностей нужны минимум шесть месяцев. Но Ельцин своей цели добился.

Затем началось его восхождение по ступеням карьеры руководителя-хозяйственника. Руководил он командно-административными методами, иных в стране тогда и не знали. Ему нередко приходилось конфликтовать и с ниже- и с вышестоящими. Но в конце концов ему всегда удавалось доказать свою правоту. Вероятно, спасало его от увольнения то, что он жил не в столице, а в провинции, где и кадры пожиже, и нравы попроще.

Для многих руководящих работников служба — это лишь способ зарабатывать деньги, и они используют всякую возможность «расслабиться», отдохнуть отдел. Ельцин был трудоголиком, он чувствовал себя в своей стихии, когда решал трудные вопросы, преодолевал препятствия, а в выходные дни мучился от безделья.

Лишь достигнув хороших результатов на хозяйственном поприще, Ельцин согласился перейти на партийную работу.

Яков Петрович Рябов, тогдашний первый секретарь Свердловского обкома партии, ценил Ельцина как крепкого руководителя строительного комплекса, но отмечал и отрицательные стороны его характера. К ним он относил настырность, хамство в отношениях с подчиненными и подхалимство перед вышестоящими, стремление подмять других, расти за их счет, нежелание учиться дальше, выходить за рамки своей специальности, в частности, изучать промышленность, что было важно для последующего кадрового роста. Удручали и низкий общекультурный уровень Ельцина, и его склонность к популизму, желание как можно чаще появляться на экранах телевидения. Однако в то время от руководителя области требовалось обеспечить выполнение плана любой ценой, а в этом отношении Ельцину в Свердловске не было равных. Поэтому, когда Рябова избрали секретарем ЦК КПСС и перевели в Москву, то на вопрос Брежнева, кого он порекомендовал бы на освободившееся место первого секретаря обкома, тот указал на Ельцина.

Став первым секретарем Свердловского обкома КПСС и членом ЦК, Ельцин по-прежнему чувствовал себя в большей степени хозяйственником, чем партаппаратчиком. Ведь в области шло строительство важных государственных объектов, да и за работу крупнейших предприятий, таких, как Уралмаш, приходилось отвечать головой. Он не стремился завести знакомства в Москве, его не прельщала работа в столице. Но он бывал у высоких начальников в Кремле и на Старой площади, и даже дважды хитростью добился у Брежнева важных для своей вотчины решений: о строительстве в Свердловске метрополитена и о причислении области к Нечерноземью, что давало возможность получения дополнительных средств из госбюджета.

Помня свое барачное детство, Ельцин дал слово снести все бараки в городе и дать их обитателям отдельные квартиры и многое сделал для этого.

Когда Горбачев пришел к власти, ему нужно было быстро очистить аппарат ЦК от тех, кого туда привел Брежнев. Их нужно было заменить энергичными руководителями с мест, но таких было немного. С подачи Лигачева Горбачев решил перевести на работу в ЦК Ельцина.

Ельцину предложили стать заведующим строительным отделом ЦК, но он отказался: по его убеждению, руководитель третьей в стране области по экономическому потенциалу в негласной табели о рангах стоял выше одного из многих секретарей ЦК. Но когда он попытался отказаться от такого предложения во второй раз, ему напомнили о партийной дисциплине. Пришлось ему, скре-пя сердце, переезжать в столицу. А жена, Наина Иосифовна, человек очень домашний, вообще восприняла этот переезд как катастрофу.