Страница 64 из 101
— Я знаю, — перебил Пуласки.
— Раз вы его подкаст слушали — он гнусно отзывался о девочках?
— Напротив. Говорил очень сдержанно и без всякого панибратства, — признал Пуласки.
Крон лишь презрительно хмыкнул.
— Тогда зачем же вы здесь?
— У адвокатессы Килиана из-за её мандата руки связаны. А я убеждён, что Килиан виновен, — и намерен это доказать.
— Что ж, — заинтересованно отозвался Крон. — Дальше.
— У меня есть смутное подозрение, что об убийствах, которые он разбирает в своём подкасте, он знает гораздо больше, чем говорит.
Крон нахмурился.
— С чего вы это взяли?
— За последние три года он плотно занимался тремя нераскрытыми делами. Убийство концентрированной плавиковой и азотной кислотой в гостинице; убийство фторфосгеном из неисправного автокондиционера; убийство синильной кислотой в студенческом общежитии. — Пуласки выдержал паузу. — Согласитесь, почерк до ужаса схожий. И все случаи произошли весной.
— Если хотите знать моё мнение — похоже на химика, у которого по весне портится настроение. Может, Килиан просто питает к подобному нездоровый интерес.
— И всё же я, как и вы, считаю Килиана прожжённым и тёмным типом, который, возможно, ведёт рискованную игру.
Крон провёл ладонью по голове.
— Допустим. И что дальше?
— Имелись ли у вашей внучки или у Улли Людтке хоть какие-то прежние контакты с Мартином Килианом?
— Насколько мне известно, нет.
— Может, шапочное знакомство по театральному училищу? Или они слушали его подкаст?
Крон подумал и покачал головой.
— А с маленькой дочкой Килиана, Викторией, никаких пересечений?
— Насколько я знаю, нет.
— С бывшей сожительницей Килиана, Яной Ульрих?
— Нет.
— Была ли связь с доктором аль-Рашид или с клиникой Борман?
— Сказать не могу, но сомневаюсь.
Чёрт побери!
Пуласки почувствовал, как сжимается в груди. Он стиснул кулак под столом и постарался дышать ровно.
— А с профессором Гертом Нимайером из Венского университета они когда-нибудь имели дело?
Крон медленно покачал головой.
— Это второй подозреваемый в том деле, верно?
Пуласки кивнул.
— Был ли у Рианы или Улли с ним контакт? Бывали они вообще в стенах Венского университета? Увлекались шахматами или математикой?
— Нет.
— А что-нибудь о связи между Килианом и Нимайером — никогда до них не доходило?
— Господи, ну и допрос! — выругался Крон. — Нет!
— Чёрт, — прошептал Пуласки.
Так я никуда не сдвинусь.
— Что ж, спасибо за уделённое время. Позвоните мне, если вдруг что-то всплывёт в памяти.
Он уже потянулся к лежавшему на столе блокноту, чтобы записать свой мобильный, но Крон отмахнулся.
— Бросьте! — буркнул он. — Я на пороге пенсии, и без того дел невпроворот, — уж точно не буду сидеть и часами ломать голову над вашими вопросами.
С этими словами он извлёк из нагрудного кармана серебряный футляр для визитных карточек и пододвинул одну Пуласки через стол.
— Звоните, если возникнут ещё вопросы.
Пуласки сунул карточку в карман, залпом допил кофе и поднялся.
— Спасибо, выход я найду сам.
— Сомневаюсь. — Крон посмотрел на него с предостережением. — За дверью вас ждёт сотрудница охраны и проводит до самого выхода.
СПРАВКА ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ
БКА (нем. BKA,
Bundeskriminalamt
) — Федеральное ведомство уголовной полиции Германии, аналог российского МВД на федеральном уровне.
ЛКА (нем. ЛКА,
Landeskriminalamt
) — Земельное управление уголовной полиции; ЛКА Дрездена обслуживает федеральную землю Саксония.
Шоттенринг (
Schottenring
) — улица в центре Вены, часть знаменитого бульварного кольца Рингштрассе; на ней расположено главное полицейское управление города.
Пожар в Рингтеатре — крупнейшая трагедия Вены XIX в.: 8 декабря 1881 г. в венском Рингтеатре погибли несколько сотен зрителей. На месте сгоревшего здания по указу Франца Иосифа I был возведён «Сюнхаус», впоследствии переданный полиции.
Франц Иосиф I — император Австро-Венгрии (1848–1916).
Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»
ГЛАВА 50
Эвелин в виде исключения отправилась в путь на собственной машине — по городу она за руль никогда не садилась, но для таких чуть более дальних поездок, как сегодняшняя, это было удобно. Её целью был курортный городок Баден в двадцати пяти километрах к югу от Вены.
На месте, прихватив большой зонт, в кашемировом пальто и крепкой обуви, она направилась туда, где была назначена встреча, — в курортный парк рядом с казино. К счастью, погода здесь оказалась сноснее венской. К тому же было что-то освобождающее в самой возможности впервые за пять дней просто пройтись — без Имраана, который таскался бы за ней по пятам, действуя на нервы вечными угрозами.
Рядом с Эвелин шла женщина, ради которой она и приехала, — фрау Шефер. На вид ей было лет пятьдесят с небольшим; она тоже укрывалась под большим зонтом и вела на поводке молодого бигля, явно очарованного долгой прогулкой.
— Он ведь ещё совсем молодой, да? — спросила Эвелин.
Пёс был в маленьком водоотталкивающем плащике и через каждые несколько метров останавливался, чтобы преданно заглянуть в лицо хозяйке.
— Год, — ответила фрау Шефер. — Он теперь для меня всё на свете.
Эвелин кивнула. Очевидно, женщина завела собаку после того, как прошлой весной её сын и невестка во время отпуска в Леогане были так зверски убиты в гостинице.
По собственному опыту Эвелин знала: домашнее животное порой утешает лучше любой терапии. Когда несколько лет назад умер её тогдашний друг Патрик, она какое-то время невероятно баловала своих кошек, Бонни и Клайда. Им полагалась не только лишняя кормёжка, но и право спать у неё в постели — потому что эта близость, эта тёплая тяжесть рядом, помогала ей сильнее всего. Она приходила в себя постепенно… а потом познакомилась с Фло.
Который как раз сейчас навещал родных Петера и Тилля Альтманов, два года назад сгоревших в собственной машине. А Эвелин отправилась к фрау Шефер.
— И вы прослушали все эти подкасты? — спросила её собеседница.
— Только несколько выпусков, в том числе те, что были посвящены гибели вашего сына и невестки.
Дама кивнула.
— Я тоже только их и слушала. В одном выпуске я даже сама была гостьей.
— Я знаю. Это было в студии звукозаписи у Мартина Килиана дома?
Фрау Шефер снова кивнула, и у неё вдруг навернулись слёзы.
— Это так страшно — то, что случилось с Норбертом и Николь. Они и мухи не обидели бы, со школьных лет были всеобщими любимцами — я просто не представляю, кому могло понадобиться причинить им зло. — Голос её на мгновение сорвался; она провела рукой по щеке. — Разговор с Килианом мне немного помог.
— А полиция потом ещё связывалась с вами?
Фрау Шефер удручённо покачала головой.
— Время от времени всплывает какая-нибудь новая зацепка, следствие её отрабатывает, меня снова допрашивают — и всё впустую. Преступников так и не нашли, и я уверена: уже не найдут. Может быть, ещё и потому, что способ был такой необычный. Отравить гель для душа или флакон с кремом — кто вообще на такое способен? Я уже начинаю думать, что покушение было направлено вовсе не на Норберта и Николь — кто-то просто хотел навредить репутации отеля. А они оказались разменной пешкой.