Месть Рима

- Они соорудили таран, - наконец озвучил общую мысль Бладок.

Все они могли различить прочные балки, из которых было сделано укрытие, и толстые слои кожи, покрывавшие крышу и бока. Люди поднимались внутрь, чтобы занять свои места на перекладинах, по которым осадное орудие будет подниматься на позицию. Позади шла колонна легионеров, готовых следовать за тараном, приближающимся к внешним воротам.

- Принесите огонь к воротам, – приказала Боудикка, когда она очнулась от завораживающей картины. - Принесите хворост и легковоспламеняющиеся материалы! Сделайте это немедленно!

Несколько воинов поспешили исполнить ее приказ и помчались к лагерю в священной роще, где все еще горели костры для приготовления пищи.

В этот момент к подножию башни подбежал еще один воин.

- Ваше Величество, идемте! На севере римляне!

Боудикка наклонилась, чтобы посмотреть на него снизу вверх.

- Откуда... Что они там делают?

- Не знаю, но их много. Может быть, сотни.

Она заколебалась, оглянувшись на таран. Он не двигался, а ауксиларии все еще были заняты подготовкой площадки на месте рва и вала. Пройдет немного времени, прежде чем таран снова начнет двигаться, и пройдет еще какое-то время, прежде чем он выдвинется на позицию, чтобы таранить ворота. У нее было время чтобы изучить другие римские силы, которые появились с другой стороны.

- Сифодубн, прими командование.

Она поспешила спуститься по лестнице внутри башни, а Бладок за ней, чтобы присоединиться к воину, ожидавшему внизу. Он повел их обратно вдоль перешейка ко второй сторожевой башне, а через нее и дальше в священную рощу. Там они свернули направо и, продираясь сквозь деревья, направились к ближайшей из сторожевых башен – сооружению гораздо меньшему, чем сторожевые башни, преграждавшие путь римлянам на тропе, с едва ли достаточным для пяти-шести человек пространством на вершине. Ветеран, пославший воина за Боудиккой, указывал на воду. Ее сердце учащенно забилось, пока она опиралась руками на перила башни. В нескольких сотнях шагов от нее виднелась насыпь, покрытая римскими солдатами, которые лихорадочно размахивали кирками, разгребая землю и уносили ее. С одной стороны стояла небольшая группа офицеров, наблюдавших за работой. Еще больше людей находились в воде, расчищая широкую тропу в камышах.

- Что они делают? - Она нахмурилась. - Что они там строят?

- Похоже, они ничего не строят, Ваше Величество. - Бладок прищурился, его лицо сморщилось, когда он напрягся, пытаясь разобрать детали. - Они расчищают площадку. Возможно, они собираются установить там несколько своих катапульт.

Первая часть берега обрушилась, потом еще и еще, и куски земли поспешно разобрали. Сквозь образовавшуюся брешь Боудикка увидела открытое водное пространство и четкие очертания корпуса римского военного корабля, лишенного мачт и башен, а рядом с ним, похоже, пришвартовались суда поменьше. На палубе виднелись катапульты и метательные орудия. За первым кораблем виднелся еще один. По мере того как все большая часть насыпи была прорыта, а вода из канала соединилась с открытым водным пространством, окружавшим Лингомару, она наконец поняла намерения врага. Она также понимала, с какой скрытностью и осторожностью была предпринята попытка обрушить мощь военных кораблей на ее крепость, и не могла не восхищаться скоростью, с которой была проделана эта работа. Цель дымового сигнала теперь была ясна: римляне готовились обстрелять ее воинов своими смертоносными снарядами в то самое время, когда будет пробивать брешь в их обороне.

Боудикка видела римскую артиллерию в действии и знала, насколько смертоносным может быть ее удар. Ей стоило больших усилий скрыть свой ужас от остальных в башне, когда брешь в насыпи открылась еще шире и первая из плавучих батарей поползла по каналу к ее крепости.

******

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Как только первая либурна встала на якорь на фланге внешних ворот, Катон отдал приказ плавучей батарее начать обстрел позиций повстанцев, находившихся примерно в двухстах шагах от них. Громким, методичным голосом морской ауксиларий, отвечающий за метательные механизмы, провел процедуру заряжания и прицеливания. Железные храповики на заводных механизмах катапульт и стрелометов лязгали, когда расчеты натягивали рычаги. Определив предполагаемую дальность стрельбы и загрузив боеприпасы, все отступили, за исключением человека, управлявшего механизмом спуска.

Опцион махнул рукой вперед.

- Выпускать!

Наблюдая за происходящим с поднятой носовой палубы, Катон почувствовал, как судно накренилось, когда метательные рычаги врезались в ограничительные перекладины, передавая ударную нагрузку через каждую деревяшку всего судна. Траекторию стрел, низкую и быструю, было трудно проследить, поскольку темные стрелы проносились над водой в сторону врага. Он увидел взметнувшуюся грязную почву, когда один снаряд врезался в берег у подножия частокола. Вторая тяжелая стрела едва не попала в заднюю часть башни, но третья попала в цель, пронзив группу людей и сбив их с ног. Их извивающиеся тела сбили с ног еще нескольких человек, превратив их в кровавую кучу разорванной и израненной плоти. Две катапульты на борту оказались менее успешными, и оба выстрела не увенчались успехом, осыпав брызгами илистой воды ближайших бриттов.

Артиллерийские расчеты зааплодировали, но их опцион мгновенно заставил всех умолкнуть.

- Какого хрена вы празднуете? Один долбанный точный выстрел из пяти механизмов! Можно научить обезьян добиться большего. Перезаряжайте, тупые ублюдки! И отрегулируйте высоту. Стреляйте по готовности! Следите за падением ваших снарядов.

Обстрел продолжился, и люди, стоявшие вдоль частокола, понесли новые потери, когда катапульты достигли цели и первые камни врезались в бревна сторожки. Морские пехотинцы использовали небольшие кремневые валуны с пляжа вдоль побережья. Имея в основном правильную форму, твердые и тяжелые, они наносили значительный урон вражеским строениям. Они также имели тенденцию разбиваться при ударе о достаточно твердую поверхность, осыпая защитников острыми как бритва осколками, которые прорезали плоть, словно нож. Мятежники быстро преодолели первый шок, и вскоре из второй сторожки появился отряд с плетеными корзинами, наполненными галькой и землей. Они начали складывать их на конце частокола, ближайшем к плавучей батарее, чтобы укрыть там людей. Это была опасная работа, поскольку опцион предписывал стрелометам направить свою цель на рабочую группу повстанцев, которые понесли многочисленные потери, создавая импровизированную оборону.

Громкий раскалывающийся треск отвлек внимание Катона от смелых усилий врага, и он увидел, что рычаг одного из скорпионов⁴³ сломался. Достаточно распространенное явление для оружия, учитывая огромную нагрузку, оказываемую на деревянные балки торсионными канатами. Опцион кинулся к нему, чтобы проследить за заменой сломанной детали и удалением раненого, который стоял слишком близко и был поражен осколком, все еще прикрепленным к толстой тетиве, сбившей его с ног. Он схватился за плечо и издал резкий крик, пытаясь подняться.

- Ты тупой сонный ублюдок! - проревел опцион. - Как часто я тебе говорил, чтобы ты отходил в момент выстрела? Ты, и ты! Отведите его на корму. Он может подождать там, пока не прибудет хирург.