Страница 21 из 61
Аврора разрывалась между тревогой и яростью. Одетый в пиратский наряд, лишавший его джентльменского лоска, он казался авантюристом чистой воды — отважным и беспечным искателем приключений, привыкшим шутить со смертью. Страшно подумать, что его ждет в случае разоблачения.
— Тебе нельзя здесь оставаться, — повторила она.
— Возможно. Но вот так просто взять и уехать я не могу, Hи зря же я проделал весь этот долгий путь к тебе.
— Ну что же, ты на меня посмотрел — теперь можешь ехать.
— Но нам надо решить одну проблему, моя сладкая.
— Проблему?
— Именно. — Он не отводил от нее пристального взгляда. — Что нам делать с нашим браком?
Авророй овладела паника. Она, конечно, была несказанно рада тому, что Николас жив, но из этого не следовало, что она рада видеть его своим мужем. Его появление все очень усложняло, особенно если учесть, что он не мог нигде появиться, не рискуя угодить в петлю. Брак с ним переворачивал все с ног на голову, лишал ее с таким трудом обретенной стабильности, а также душевного покоя.
Мимо по коридору прошли, смеясь, мужчина и женщина. Аврора похолодела от ужаса. А вдруг его узнают?
— Тебе лучше уйти, — прошептала она, дождавшись, когда парочка исчезла из виду. — Тебя могут узнать.
— Я уже сказал, меня это не волнует.
— Зато меня волнует.
— Это я вижу, трусишка.
— Николас! — воскликнула она, теряя терпение.
— Возможно, ты права. Бал не место для серьезных разговоров. Но нам все же следует поговорить о нашем браке.
— Конечно. Но не сейчас.
— Согласен, — Он поднес ее пальцы к губам. — Я найду тебя после бала.
Аврора отдернула руку, он дотронулся до ее щеки. Она вздрогнула — его прикосновение возбуждало. И она не сомневалась, что он осознает свою власть над ее чувствами.
Николас вернул повязку на место, подойдя к двери, оглянулся, окинул Аврору долгам ласкающим взглядом и исчез.
Аврора так и осталась стоять, переполненная самыми противоречивыми чувствами.
Ее печально известный муж — муж на одну ночь — оказался жив. И она не имела ни малейшего представления, что с этим делать.
Глава 8
Поцелуй, самая невинная из его ласк, заставлял учащенно биться мое сердце и дрожать .
Николас ждал в полутемном экипаже. Ждал. Жена. Не так-то просто свыкнуться с фактом се существования. Он избежал смерти, но при этом оказался в ловушке, повязанный узами брака.
Очевидно, не только он стремился избежать этих уз. Леди Аврора, судя по всему, тоже не жаждала признать законность их отношений. Его возвращение повергло ее в шок, и, хотя она была счастлива видеть его живым, перспектива связать с ним свою судьбу не казалась ей слишком привлекательной.
Что до него самого, то его отношение к вынужденному браку не было однозначным.
Он, конечно же, предпочел бы остаться в Америке и хотя бы на несколько лет забыть о том, что он женат. Но честь и совесть не позволяли. Ник понимал, что в долгу перед будущим родом, что пора обзаводиться семьей и детьми. Дальше тянуть не имело смысла.
И еще: Авроре он слишком многим обязан. Во-первых, жизнью. Во-вторых, благодаря ей он выполнил волю покойного отца. И второе было для Николаса важнее первого. Равенна вполне комфортно чувствовала себя в высшем лондонском свете, наслаждаться жизнью ей не мешали даже надменные, высокомерные родственники, Аврора стала ей не только наставницей, но и верной подругой.
Николас понимал, что Аврора многим пожертвовала ради него, и, как человек чести, предпочел решить вопрос сразу: рано или поздно все всплывет наружу, и это окажется настоящей трагедией. Прежде всего для Авроры.
Итак, они с Авророй были мужем и женой, и, как бы там ни было, они поклялись любить друг друга перед алтарем, и еще они провели вместе ночь, ночь, полную страсти. Воспоминания об этой ночи преследовали Николаса, терзали его.
Николас усмехнулся, за долгие четыре месяца ему почти удалось себя убедить, что образ златовласой красотки, стоявший у него перед глазами, не более чем плод воспаленной фантазии приговоренного к смерти узника. Что страсть его рождена отчаянием обреченного на смерть человека. Не может женщина из плоти и крови быть столь совершенной.
Но сегодня он понял, что ошибался. Она была еще прекраснее, чем ему рисовало воображение. Стоило ему увидеть ее, как у него перехватило дыхание.
И она искушала, еще как искушала. Одно лишь прикосновение к ней пробуждало желание.
Николас стиснул зубы, гоня прочь сладострастные мечты. Он понимал, что вряд ли леди Аврора признает их брак, и подготовился к длительной осаде. Пока проблема не будет решена, он не должен даже касаться ее, не то что укладывать в постель.
Среди всеобщего веселья Аврора ощущала тревогу и напряжение. Ближе к ночи тревога усилилась. Николас обещал отыскать ее после бала, а она еще не успела оправиться от шока, вызванного встречей с ним, так что ни о каком обсуждении ситуации не могло быть и речи.
Аврора решила уехать пораньше, простившись с одной Равенной. Им так и не представилась возможность спокойно поговорить о чудесном возвращении Николаса: они успели только договориться, что встретятся утром в парке на прогулке верхом, и Равенну закружил в танце очередной кавалер.
На лестничной площадке Аврора столкнулась с лордом Клифтоном. Он предложил проводить ее до кареты, но Аврора вежливо отказалась.
— Не стоит утруждать себя, милорд.
— Проводить такую красивую даму не значит утруждать себя.
Аврора ничего не ответила, озабоченная собственными проблемами.
Улица перед домом была запружена экипажами, но приказ графа подать карету был выполнен немедленно, и Авроре не пришлось долго ждать.
— Завтра утром я занят, — сообщил Клифтон с поклоном, — но в любой другой день рад буду встретиться с вами в парке.
— Я тоже буду рада, лорд Клифтон, — вежливо ответила Аврора, мечтая поскорее избавиться от навязчивого ухажера.
— Приятных снов, дорогая.
Она едва ли услышала галантное пожелание, поскольку не успела за ней захлопнуться дверь, как кто-то крепко схватил ее за локоть, и в следующее мгновение Аврора уже сидела в экипаже рядом с Николасом.
Нет, он ей не приснился. Это был ее муж, и чувства, вызванные его присутствием, оказались едва ли слабее тех, которые ей довелось испытать в их памятную брачную ночь.
Однако в тоне его не было и намека на нежность.
— Не потрудитесь ли объяснить, что это значит?
— О чем ты?
— О Клифтоне. Он тебя преследует.
— Ничего подобного.
Николас снял с нее маску и заглянул в глаза.
— Может, скажешь, что он не проявляет к тебе интереса? Пораженная его тоном, Аврора отшатнулась, забившись в дальний угол кареты.
— Он был всего лишь вежлив со мной, — сказала она, тревожно поглядывая на мужа.
— А ты с удовольствием принимала изъявления его вежливости. — Голос его звенел от гнева. — Ты так быстро забыла своего мужа, Аврора?
— Я никогда тебя не забывала, — не покривив душой ответила она.
— Правда? Но ты не очень-то похожа на скорбящую вдову. Не прошло и полугода со дня моих похорон, как моя хорошенькая вдова начала посещать маскарады и балы, оказывая особое расположение самым известным распутникам.
Смущение уступило место раздражению.
— С меня достаточно моего отца. Не вам учить меня, как я должна себя вести, Николас. Я не позволю указывать мне, что я должна делать, а что — нет.
— При данных обстоятельствах мои замечания более чем уместны.
— Уверяю вас, до сих пор я старательно избегала даже намека на скандал. Я пришла на бал ради Равенны, потому что она меня попросила, но… я не понимаю, почему должна перед вами оправдываться…
Наступила пауза. Аврора чувствовала на себе взгляд Николаса.
— Так ты не флиртовала с Клифтоном? — уже мягче спросил он.
— Вовсе нет. У нас не те отношения, на которые вы намекаете. Мы просто знакомы. И он один из немногих, кто никогда не осуждал меня за мой злополучный брак.