Дети времени

5.3 Старые друзья

Они вчетвером встретились в старом служебном помещении, которое, похоже, стало ничейной землей между теми частями корабля, которые захватили различные клики. Лейн и еще двое были с сопровождением, которое осталось ждать снаружи, нервно глядя друг на друга, словно солдаты враждующих сторон во время холодной войны.

Внутри происходило воссоединение.

Вайтес не изменилась: Холстен подозревал, что она провела вне заморозки не больше, чем он сам – или, возможно, лишнее время на ней особо не сказывалось: опрятная подтянутая женщина с настолько глубоко запрятанными чувствами, что ее лицо оставалось пустым. На ней по-прежнему был корабельный костюм, как будто она шагнула сюда из воспоминаний Холстена, не тронутая тем хаосом, который захлестывал «Гильгамеш». Лейн уже объяснила, что Гюин привлек Вайтес к работе над загрузчиком. Ее отношение к этому оставалось неизвестным, однако она пришла сюда, получив от Лейн приглашение, просочившись вместе с горсткой своих ассистентов сквозь крути культистов Гюина словно дым.

Карст стал старше, догоняя возрастом Холстена. У него снова была борода – неровно седеющая, клочковатая, – а волосы он стягивал на затылке. За плечом у него вниз стволом висела винтовка, и он пришел в броне – полном доспехе, который, как помнилось Холстену, безопасник предпочитал и раньше. Он защитил бы от выстрела пистолета Лейн, но, наверное, не от удара ножа. Его технологическое преимущество не выдерживало тлетворного действия нынешнего варварства.

Он тоже работал с Гюином, но Лейн объяснила, что сейчас Карст по сути сам себе хозяин. Арсенал корабля находится под его контролем, и только ему доступны значительные количества огнестрельного оружия. Его безопасники и те, кого он завербовал, преданы в первую очередь именно ему. И он сам, конечно: Карста интересует именно Карст (по крайней мере, так считала Лейн).

Сейчас начальник службы безопасности издал громкий возглас, судя по всему – презрительный.

– Ради нас ты даже вытащила из могилы старика! Настолько захотелось предаться ностальгии, Лейн? Или, может, чему-то еще?

– Я вытащила его из клетки в секторе Гюина, – сообщила Лейн. – Он сидел там уже много дней. Похоже, ты не знал.

Карст гневно посмотрел на нее, а потом – на самого Холстена, который кивнул, подтверждая сказанное. Даже Вайтес, похоже, не удивилась, так что шеф безопасности вскинул руки.

– Никто мне ни хрена не рассказывает! – бросил он. – Ну-ну, и вот мы все здесь. Как, на хрен, приятно! Ну что, произноси свою речь.

– Как у тебя дела, Карст? – негромко спросил Холстен, изумив всех, включая Лейн.

– Ты серьезно? – Брови безопасника взлетели к его шевелюре. – Ты реально решил завести светскую беседу?

– Я хочу понять, как это вообще может работать, это… то, что сейчас происходит, по словам Лейн. – Еще по пути сюда Холстен решил, что не станет тупо поддакивать инженеру. – То есть… как давно все началось? Все выглядит как… безумие. Гюин создал культ себя? Он возится с этим загрузчиком – сколько? Десятки лет? Сотни? Зачем? Он мог просто рассказать об этом основной команде и все обсудить. – Он поймал смущенное переглядывание остальных. – Или… а, ладно. Так что так, наверное, и было. Надо думать, я недостаточно основной, чтобы меня приглашали.

– Перевода не требовалось, – сказал Карст, пожимая плечами.

– В тот момент было немало споров, – суховато добавила Вайтес. – Однако в результате было решено, что в этом процессе слишком много неизвестных, особенно в плане воздействия на системы «Гильгамеша». Лично я была за эксперименты и проверки.

– И тогда что – Гюин устроил себе раннее пробуждение, вывел из груза запасную команду технарей и начал работу? – предположил Холстен.

– Все уже началось, когда он меня разбудил. И, честно говоря, не стану делать вид, будто понимаю все технические моменты. – Карст снова пожал плечами. – А я ему понадобился, чтобы выслеживать тех, кто сбегал из его культистского концлагеря. Я решил, что могу только позаботиться о своих людях и проследить, чтобы оружие больше ни к кому не попало. Так что, Лейн: теперь тебе нужен огнестрел? Дело в этом?

Лейн покосилась на Холстена, проверяя, не собирается ли он еще куда-то уводить разговор, а потом отрывисто кивнула.

– Мне нужна помощь твоих людей. Я хочу остановить Гюина. Корабль разваливается, и все больше систем безвозвратно заражаются.

– Это ты так говоришь, – ответил Карст. – По словам Гюина, как только он на самом деле совершит… совершит вот это, то все нормализуется: он будет в компьютере – или какая-то его копия – и все снова потечет гладко.

– И такое возможно, – добавила Вайтес. – Не точно, но не исключено. Так что нам надо сравнивать потенциальную опасность того, что Гюин завершит свой проект, с попыткой ему помешать. Решение принять непросто.

Лейн обвела взглядом лица присутствующих.

– И все-таки вы оба здесь – и, готова спорить, Гюин об этом не знает.

– Знания никогда не бывают лишними, – хладнокровно отметила Вайтес.

– А если я скажу тебе, что Гюин утаивает от тебя информацию? – настаивала Лейн. – Как насчет сообщений с лунной колонии, которую мы оставили? Что-то о ней слышала?

Карст покосился на Вайтес.

– Да? И что они говорят?

– Считай, ничего. Все умерли.

Лейн мрачно улыбнулась в наступившем молчании.

– Они умерли еще тогда, когда мы летели к серой планете. Они вызывали корабль. Гюин перехватывал их сообщения. Он кому-то из вас об этом говорил? Мне – точно нет. Я нашла сигналы в архиве, случайно.

– Что с ними случилось? – неохотно спросил Карст.

– Я ввела их сообщения в систему, где вы оба можете их прочесть. Я дам вам ссылку. Но поторопитесь. Незащищенные данные в последнее время быстро искажаются, благодаря огрызкам Гюина.

– Ага, а он винит в этом тебя. А иногда – Керн, – парировал Карст.

– Керн? – вопросил Холстен. – Ту штуку со спутника?

– Она была у нас в системах, – объяснила Вайтес. – Не исключено, что она оставила какой-то призрачный конструкт, чтобы за нами следить. Гюин именно так считает. – Она чуть заметно поморщилась. – Гюин немного зациклился. Считает, что Керн пытается ему помешать. – Она приветливо кивнула Лейн. – Керн – и ты.

Лейн скрестила руки на груди.

– Карты на стол. Не вижу, за каким хреном делать Гюина бессмертным присутствием в нашей компьютерной системе. На самом деле вижу только массу возможных отрицательных последствий, часть из которых будет фатальной для нас, для корабля и для всего человечества. Следовательно: мы его останавливаем. Кто за? Холстен на моей стороне.

– О черт. Если он на твоей стороне, то зачем тебе остальные? – издевательски протянул Карст.

– Он – основная команда.

Лицо Карста ясно отражало его отношение к этому факту.

«И этим для меня все ограничивается? Я здесь только для того, чтобы добавить свой микроскопический вес – без моего согласия! – к аргументам Лейн?» – мрачно подумал Холстен.

– Признаюсь, что мне любопытен результат эксперимента капитана, – заявила Вайтес. – Возможность электронного сохранения человеческого разума определенно была бы полезна.

– Планируешь стать Невестой Гюина? – поинтересовался Карст, заработав возмущенный взгляд.

– Карст? – поторопила его с ответом Лейн.

Шеф безопасников вскинул руки.

– Никто мне ничего не говорит толком. Все просто хотят, чтобы я что-то сделал, но никто со мной до конца не откровенен. А я? Я за своих. Сейчас у Гюина толпа психов, которых с колыбели растили на том, что он гребаный мессия. У тебя горстка прилично слепленных и подготовленных парней и девчонок, но вы – не обученные солдаты. Пойдешь против Гюина – проиграешь. А я не гребаный ученый или кто, но моя арифметика не говорит, с чего мне тебе помогать, только чтобы мои ребята пострадали?