Госпожа Лидия

«Такое предложение от смерти воплоти не кажется заманчивым.»

– Не бойся, сегодня ты не умрёшь, Лидия. – видимо услышал мои нелестные мысли бог, но не обиделся, а попытался успокоить. – Я просто покажу тебе то, ради чего ты будешь исполнять нашу волю. – он терпеливо ждал, когда я возьмусь за протянутую ладонь.

Его слова напугали и заинтриговали одновременно, потому я, напоследок обернувшись на Стефилию и заметив едва заметный кивок, приняла предложение бога смерти и стоило крепко взяться за его руку, как я оказалась совершенно в иной комнате.

Видимо ранее я была в гостиной богини справедливости, а сейчас в гостях у смерти. Чисто мужской дизайн: Кожаные диваны с резными деревянными ножками, зажжённый камин, на полке над ним стеклянные фигуры, наверное, памятные вещи. Чуть выше каминной полки картина с лесным пейзажем с парой зверей, напоминающих оленей. Перед камином шкура дикого зверя, которого я не смогла опознать. И опять никаких окон и дверей, лишь стены, в этот раз из деревянных панелей с большим количеством трофеев: головы животных, ружья доисторического образца, арбалеты и современные бластеры особой серии, в стеклянных контейнерах.

– Присядь, а я приведу того, ради кого мы и пришли. – всё более таинственнее говорил бог смерти. – А после ты отправишься обратно на Эрсхо. Всё же тут тебе не место. – не могла с этим не согласиться. – Пока что… – последняя фраза заставила все мышцы закаменеть, а сердце забиться с утроенной силой.

Вероятно, у бога смерти был такой чёрный юмор или же он на что-то намекал, но я не знала на что.

Исчезнув в клубах дыма, похожего на сигаретный, бог оставил меня одну в недолгом ожидание. Я подошла ближе к огню, грея заледеневшие руки. Меня постепенно накрывал шок от встречи с богами, от осознания, что я говорила с двумя небожителями.

На второй план ушли переживания сегодняшнего дня: встреча с Верховными, новая должность, послание несчастного мужа Антессы, штурм её особняка, страх за жизнь чужого ребёнка, стрельба и необходимость в допросе сумасшедшей женщины. Всё стало казаться ничтожным на фоне разговора с Стефилией и Боссаром.

– Прошу прощения за ожидание, Лидия. – за спиной прошелестел голос бога, похожий на рептилию, что научилась говорить.

Я обернулась и чуть ли не упала. Ноги стали ватными и казалось, что у меня их и вовсе отняли.

Рядом с богом стоял Аарус. Без следов насилия, с целым горлом и широкой улыбкой на лице. На нём были простые одежды светло-серого цвета, волосы заплетены в тугую косу, открывая волевое красивое лицо.

Ясные глаза и ямочки на щеках придавали ему невероятного шарма.

«Уверена, он был покорил не одно сердце на Земле, стал бы моделью или актёром. Как жаль, что он родился не на той планете и встретил на своём пути не ту женщину.» – я не заметила, как из глаз покатились слёзы.

Скупые, одинокие слёзы по ушедшему слишком рано мужчине, который видел за свою короткую жизнь слишком много плохого и мало хорошего. Кто-то скажет, что я переносила свою собственную боль на Ааруса, видела в нём себя, но это не так.

Я видела его и именно по нему плакала.

– Не стоит, госпожа Лидия. – он несмело подошёл ближе и притянул к себе в объятия, осторожно поглаживая одной рукой по спине, а другую расположил на затылке, заставляя уткнуться себе в грудь. – Пусть я умер, но вы сделали для меня больше, чем я мог просить.

– Что? – сквозь всхлипы спросила его.

– Вы спасли моего сына. – он гладил меня по спине и мне казалось, что озябшее тело наполняется теплом, его теплом. – Он будет жить, и никогда не познает того, что пришлось его отцам. Вы ведь позаботитесь о нём?

Мне пришлось отстраниться, чтобы глядеть ему в лицо. Его глаза были полны доброты и любви, он умер ради спасения своего сына и не сожалел об этом ни на грамм. Мне, сироте, было тяжело это осознать, но видя перед собой взрослого мужчину, что просил защиты для своего дитя, я поняла, что если когда-нибудь стану мамой, то такой как он: сильной, готовой на всё, чтобы мой ребёнок был в безопасности.

– Аарус, я клянусь, что воспитаю твоего сына как своего собственного. – слова слетали с моих губ, но шли из самого сердца и я ни на миг не усомнилась в их правильности. – Никто и никогда не причинит ему боли. А если попробует, я его уничтожу.

– Благодарю. – серо-голубые, такие же, как и у его маленькой копии, глаза искрились от эмоций, а может быть и от сдерживаемых слёз. – И ещё одна просьба.

Я навострила уши, готовая в этот момент на всё. Если бы он попросил найти философский камень или Атлантиду, я бы отправилась в путь, стоило мне оказаться снова в мире смертных. Но его просьба была гораздо проще и приятнее.

– Дай ему другое имя. Он достоин того, чтобы богиня Аль о нём узнала и благословила. – было видно, что Аарус сильно переживает, когда говорит о сыне, и я его понимала.

– Да, я обещаю, что дам ему сильное и достойное имя, согласно вашим традициям. – мне изначально было неприятно слышать имя мальчика, что означало чужеземца, хотя он им не являлся, так что сменить его на более правильное казалось верным решением, тем более с одобрения родителя.

– И ещё одно, последнее. – Аарус наклонился к моему уху, словно хотел скрыть от Боссара то, что он произнесёт, но мне казалось, что бог всё равно всё знает и слышит, тем более в своей обители. – Сделай так, чтобы он забыл обо мне, о Лейхе и Антессе. Пусть ты и твои мужья станете его родителями, а мы постепенно исчезнем из его памяти.

Его слова полоснули ножом по сердцу. Как так? Почему он хочет, чтобы мальчик забыл его?

Словно отвечая на невысказанные вопросы, он зашептал дальше:

– Его детство полно мрачных и болезненных воспоминаний. Мы были не лучшим примером семьи. – его спина сгорбилась, и вздрогнула, как от удара невидимого кнута. – Я желаю ему только лучшего. И если это значит забыть нас, и помнить только вас, пусть будет так. Прошу, госпожа Лидия, приглядите за ним, сделайте его счастливым.

– Поверьте, господин Аарус, – я сжала его предплечья до лёгкой боли, чтобы он посмотрел прямо на меня, – у вашего сына жизнь будет лучше, чем у нас с вами.

– Спасибо. – он поцеловал меня в лоб, немного неловко, осторожно, как будто я была стеклянной.

На этом беседа была закончена, на это намекнул кашель бога.

– Пора. Аарус должен вернуться к моей супруге, а вы госпожа на Эрсхо.

– Как я объясню всё это мужьям? – мне казалось странным говорить средь бела дня с богами, и как это объяснить остальным, я не знала. – Прошло много времени, пока я тут.

– Не стоит волноваться. Для остальных вы просто потеряли равновесие и вас поймал тот пожилой страж. – слегка пошевелил плечами под тёмной тканью плаща бог. – Говорить о нашей беседе или нет, тут на ваше усмотрение. Никто не будет относиться к вам как к сумасшедшей или обвинять во лжи, но могут потом причислить к жрицам Стефилии, тем более вас нередко сравнивают.

От перспектив ежедневно посещать храм для молитв у меня заболела голова, потому я непроизвольно поморщилась. Бог понятливо усмехнулся.

– Думаю, это не последняя наша встреча, Лидия. – вежливо склонил голову бог и я отразила его жест, не зная, должна ли опуститься на колени или этого достаточно.

Но додумать мне никто не дал. Я просто оказалась в совсем другом месте: пропал бог, Аарус, гостиная с камином и шкурами зверей.

Я увидела перед собой каменный потолок с кристаллами, слабо светящимися бледно-голубым и сиреневым светом. Потом обзор заслонила седая голова Трешера, его глаза были широко распахнуты и в них плескался страх и недюжинное беспокойство.

– Госпожа, вам плохо? Мне позвать врача или вашего мужа? – он быстро задавал вопросы, и, казалось, готов был стартануть, не дождавшись от меня ответной реакции.