Варвар

Если и рыба – так слишком большая..

В полперестреле от утеса князя встретили даны – они и караулили лаз в эту ночь, и лишь с рассветом этих славных ребят сменили гунны Сарганы.

— Как там, парни? – вскинул глаза Рад.

— Гуннка молилась всю ночь, и на своем языке и на другом, на котором говорят римляне.

— На латыни, значит, – князь переглянулся с супругой. – Ну-ну.

Узкоглазые всадники-гунны встретили князя молча. Так же молча поклонились, расступились, давая дорогу. На берегу, у лаза, уже ожидала Саргана, как всегда бесстрастная и невозмутимая, как каменный истукан, жестокое божество неведомого народа.

— Я сделала все, – кивнув, тихо сказала воительница. – Заклятье снято. Мы можем идти. Только я, ты и твоя супруга. Венец, я вижу, при ней?

— Да, – Радомир спокойно качнул головой, глядя, как женушка поудобнее устраивает на плече объемистую суму. – Не доверяет, говорит – уроню еще. Да венец не такой и тяжелый.

Губы повелительницы степей скривились в холодной усмешке:

— Сей венец для многих голов оказался слишком тяжел. Для многих.

Подойдя к лазу, Саргана обернулась:

— Пусть твои воины ждут здесь, мои же тоже будут неподалеку. Мало ли что? Какая-нибудь бродячая шайка.

— Мы ж так и договаривались, любезнейшая моя госпожа.

— Да-да, – воительница обвела дружинников немного рассеянным взглядом, какой бывает у человека, обычно носящего очки и внезапно их потерявшего.

Не сказав больше ни слова, гуннская мать-командирша исчезла в темном зеве подземного хода. Наклонив голову, Рад полез за ней, Хильда с венцом пробиралась позади, следом.

— Вот! – дождавшись своих спутников, Саргана распахнула дверцу.. волшебную дверь, ведущую в таинственные чертоги мертвого повелителя полумира.

Кругом вовсе не было темно, царил некий полумрак, откуда-то сверху лился тусклый утренний свет – тот, кто строил могилу, как видно, хорошо знал свое дело. Воздухо- и световоды – мраморные желоба под самими сводами – выходили наружу, искусно запрятанные между деревьями. Здесь, наверху, на утесе, росли клены, липы, и ивы.

Узкая лестница вела вниз, вероятно, под русло реки. Шаги незваных гостей гулко отдавались под сводами.

Чу! Хильда вздрогнула – показалось, будто чья-то тень стремительно прошмыгнула сзади.

— Крыса, – обернувшись, успокоила воительница. – Всего лишь крыса. Нам во-он туда, где темно.

Княгиня заинтересованно стрельнула глазами:

— Интересно, а что вон в той штольне?

— Если вам так любопытно – заглянем на обратном пути. Сначала сделаем дело.

Молодой человек хмыкнул – логично, в общем-то. Что они сюда, по штольням лазать явились?

— Оставьте оружие, – остановившись у подножия лестницы, Саргана положила на ступеньку меч и кинжал.

Ее спутники сделали то же самое. Звякнула о мрамор сталь.

Все правильно – мертвый правитель не должен чувствовать зла.

— Теперь идемте, – воительница перешла на шепот.

— Ты знаешь, куда идти? – тихо спросил князь.

— А тут один путь – вот эта штольня.

Радомир опасливо посмотрел вверх:

— Лишь бы ничего нам на головы не свалилось. Знаю я подобные штуки!

— Не свалится! – уверенно заявила воительница. – Я же сняла заклятье.

Ну, дай-то бог..

Впереди их ждала полная тьма. Гулкая, густая, хоть глаз выколи, световоды, как видно, остались сзади, у лестницы, неведомый архитектор не решился тревожить покой повелителя светом. Зачем вот только лестницу освещал? Или.. ему так специально приказали построить?

— Посвященные люди – жрецы могли бы навещать правителя раз в десять лет, – Саргана словно бы подслушала мысли. – Но их время еще не пришло.

— Черт! – князь чуть было не споткнулся и выругался. – Ну и тьма! Что мы здесь увидим-то? Надо было прихватить факел.

— Факел? – голос Сарганы уже звучал где-то впереди. Причем – необычайно радостно и торжественно, точнее – торжествующе, словно диктор Левитан объявлял о разгроме немцев под Москвой.

Откуда-то явственно потянуло гарью. Или что-то тлело? Что? Что могло здесь тлеть?

— Тебе нужен свет, князь? Так пусть будет свет. Пусть будет!

С этим словами все вокруг вдруг озарилось, вспыхнуло, словно кто-то повернул рубильник! И там и сям оранжевыми буйными звездочками зажглись лампочки.. нет, конечно же, не лампочки – факелы.

Один, второй, третий.. десятый.. больше дюжины! Так вот что тлело-то, значит, не показалось. Факелы держали в руках раскосые воины-гунны, в полном боевом облачении – шлемах и кожаных панцирях, а кое-кто – и в римских – лорика-хамата – кольчугах. И столько же воинов – а может, еще и больше – целились в пришельцев из луков. Князь на миг испытал не очень-то приятное чувство – знал, как степняки стреляли. Только дернись – будешь утыкан стрелами, словно еж! Не за себя переживал – за супругу.

А торжествующая воительница, распустив волосы, уже взобралась на возвышение в центре небольшой округлой пещеры, своды которой исчезали наверху во тьме – до них не доставал дрожащий свет факелов.

— Подойдите ближе, – Саргана взмахнула мечом.. откуда он у нее.. ха! Откуда? Откуда и все эти воины, м-да-а..

— И не вздумайте никуда бежать – бежать-то вам некуда! Кармун, возьми у девчонки венец, – воительница махнула рукой тому самому «клерку» с косами, которому не так давно помогла бежать.

Хильда попятилась:

— Я, я не отдам.

— А мы тебя и не спросим! – громкий хохот Сарганы унесся под своды.

— Отдай, – успокаивающе обняв супругу за плечи, шепнул князь.

Пожав плечами, княгинюшка протянула суму подбежавшему гунну. Тот тут же извлек наружу корону бургундов – тускло блеснули драгоценности, золото..

Упав на колени, воин подполз к своей повелительнице:

— О, величайшая, возьми то, что должно принадлежать только тебе!

Именно так он и сказал, насколько Радомир понимал гуннский.

Корона уместилась на гордой голове повелительницы – в самый раз шапочка, как по заказу!

— Вон та ниша, – улучив момент, шепнул молодой человек. – Туда и нырнем.. не сейчас, чуть позже. Пусть гунны отвлекутся, и пусть..

Действие, между тем, судя по всему, еще только начиналось. Повернувшись, Саргана махнула рукой, и подбежавшие факельщики высветили стоявшего напротив него идола – огромного, зловещего, вырубленного прямо в стене пещеры. Его огромные очи вспыхнули злобным огнем – отраженным огнем факелов, но все равно, всем явно стало не по себе. Всем, кроме Сарганы.

— О великие боги степей! – протянув к божеству руки, вскричала воительница. – Бескрайних степей под вечным небом. Вы прислали повелителя, чтобы он владел миром. Увы.. Проклятая бургундка убила посланца. И теперь его заменю я! Вот – венец, волшебный венец, а вот, – обернувшись, Саргана махнула рукой на князя с княгиней, – вот – достойная жертва. Их кровь сейчас оросит алтарь. И все сбудется..

Сделав пару шагов в сторону, повелительница гуннов, как видно, потянула какой-то рычаг.. Что-то зажурчало – падающая на лопасти колеса вода, что тут еще-то могли использовать в качестве двигателя? Не электричество же.

— О, великий повелитель Аттила! О, боги-и-и-и!!!

Откуда-то снизу послышался гул, такой, что на до того невозмутимых лицах гуннских воинов отразился страх, настоящий ужас перед благой силою божества.

Что-то раскрылось, поднялось, казалось из глубин самой матери-земли, прямо пред надменным ликом неведомого степного бога.. Гроб! Огромный железный гроб!