Страница 26 из 34
Захожу на кухню, телефона уже нет.
Видимо Глеб понял, что попал и быстро утащил его.
Еле-еле доработав до конца рабочего дня, позвонив Ивану Ивановичу отпрашиваюсь на пятнадцать минут раньше.
Я знаю, что ровно в двадцать два часа Глеб подъедет за мной, но я не хочу его видеть.
Сбегаю к себе домой. Закрываюсь на все замки, отключаю телефон, и делаю вид, что меня не дома.
Глеб долбит по моей двери, но хоть звони, хоть стучи, я не открою.
Включаю гаджет, но прежде отправляю ему единственное смс: «хочу побыть одна. Не беспокой. На смену выйду послезавтра, как положено».
А затем проваливаюсь глубокий сон. Мне даже не важно, что он ответит. Только бы оставил меня в покое. Навсегда.
Глава 27
Сегодня у меня дико болит голова. Будто кто-то схватил в крепкие объятья мой череп и медленно его сжимает.
Таблетки не помогают, глотаю их одну за другой, но боль лишь притупляется не исчезая.
По радио сказали, что начались магнитные бури. Может, я так на них реагирую?
Хотя, если честно, у меня в душе сейчас такие бури, что любым солнечным вспышкам остаётся только завидовать.
Я не выходила на работу два дня. Заперлась дома, отключила телефон, не отвечала никому.
Глеб, как я его просила, не беспокоил меня.
Но эти два дня дали мне время чтобы перестать трястись. Время, чтобы перестать плакать. Время, чтобы собрать себя по кусочкам.
Сегодня я выхожу на работу.
И ничего, что глаза ещё красные. И ничего, что лицо отекло от слёз. И ничего, что внутри – пустота.
Совру, что это аллергия. На что? На пыльцу. На кошачью шерсть. На дурацкие магнитные бури.
Главное – никто не должен догадаться, что я просто разбита.
– Виктория, у тебя всё в порядке? – заходит на кухню официантка Зоя.
– Да, да, – отворачиваю лицо.
– Если плохо себя чувствуешь, может, попросить, чтобы заменили? На тебе лица нет, – коллега смотрит на меня с беспокойством.
– Нет, нет, всё в порядке, – отвечаю автоматически, даже не глядя в его сторону.
– Там мясо для корпоратива привезли. Хочешь, я приму?
– Нет, я сама, – равнодушно бросаю и плетусь на приёмку.
Бурчу что-то вроде приветствия, подписываю акт и швыряю мясо на стол вместе с остальными продуктами.
Иду к плите, включаю огонь. Надо готовить десерты. Надо делать вид, что всё нормально.
– Убрать в холодильник мясо? – не отстаёт помощник, вертясь под ногами.
– Нет, сейчас буду готовить, – отвечаю сквозь зубы.
Вот прицепился! Быстрее бы он уже ушёл.
Повар, чувствуя моё настроение, недовольно фыркает и уходит.
Так-то лучше. Уйдите все отсюда. Оставьте меня одну.
Тишина. Только мерный гул холодильников и моё предательски сбитое дыхание.
– Что-то сегодня спокойно в нашем королевстве, – раздаётся знакомый голос.
Я не оборачиваюсь. Не хочу. Не могу на него смотреть.
– Обычно у тебя всё кипит, бурлит, песенки по радио… А сегодня – тишина.
– У меня очень сильно болит голова, Глеб. Пожалуйста, потише, – сдерживаю слёзы.
– Таблетку выпила?
– Нет.
– Вот дурная! Зачем терпеть боль?
– Ничего страшного.
Он подходит ближе. Слишком близко.
– Что-то случилось? Почему ты просила не беспокоить тебя два дня? Уехала раньше времени. Я весь извёлся…
Его руки тянутся ко мне, обнимают, притягивают к себе.
Я резко отстраняюсь, когда он наклоняется для поцелуя.
– Не трогай меня,– не сдерживаюсь, отталкиваю.
Но он не отпускает.
– Ты чего, Вика? Сегодня не той ноги, что ли встала, любимая? – несёт мне таблетку.
Надо же, заботушка!
– Ну, считай, что так… И не называй меня так.
– Как?
– Любимая.
– Почему? Я говорю, то, что есть.
Мой взгляд красноречивее моих речей, и только взглянув на меня, он поднимает руки и уходит, мол, понял, отстал.
Через полчаса Глеб приходит снова, не спрашивая, начинает складывать мой телефон в сумку, тянется к куртке, предлагает мне её одеть.
– Ты чего?
– Переодевайся, домой едешь.
– В смысле? У меня только началась смена.
– Вот как началась, так и закончится, – толкает к выходу.
– Ты увольняешь меня? – не понимаю, что он делает.
– Вик, у тебя пунктик что ли в голове? Я тебе еще в прошлый раз сказал, что сам я тебя не уволю. И Купидон тоже.
– Кто?
– Ванька. Домой поедешь. Отлежаться тебе нужно. Выглядишь, прости, плохо.
– Я не могу бросить ресторан!
– Я твой босс, твой начальник и шеф, я разрешил его бросить! В чём проблема?
– Давай, я сама решать буду, что я хочу делать, а что нет. Понял?
– Ну и злющая ты у меня, ох! Поехали, давай, не выпендривайся. Я договорился, через десять минут подъедет твоя сменщица.
Честно, не ожидала, он буквально за полчаса организовал то, что достаточно сложно сделать.
Один раз я уже попыталась поменяться с ней, но она мне отказала.
Сказала: работаю только строго по графику, и по-другому никак!
А ему не отказала… Правильно, кто боссу откажет.
– Ты обязана мне подчиняться. Помнишь? – подходит, обнимает, от чего я сразу съёживаюсь, – во всём… Всегда…
– Ну, тут я бы поспорила… Конечно, как руководителю я буду подчиняться тебе, пока работаю здесь. А дальше, смею напомнить тебе, скоро закончится контракт, и там уже никакого подчинения.
– А, да, я забыл… – теряется, – Вика, что-то случилось? Говори!
– Нет.
Смотрю на него и сожалею, что снова доверилась ему.
Мне хотелось все эти дни такого короткого счастья верить, что Глеб изменился, что он стал другим, но я снова ошиблась в нём.
Как человек умеет так играть? А самое главное, зачем? Не сходится у меня в голове ничего. Денег дал, устроил на работу, зарплату отличную предложил, на фестиваль отвёз за счёт заведения.
Сейчас тоже постоянно пытается проявить заботу. К чему столько трудностей? Ради того, чтобы я спала с ним? Ведь столько женщин кругом, выбирай любую. Пусть бы и куролесил с этой Светочкой.
Глеб, всё ли в порядке у тебя с головой? Или ты можешь жить только на таком адреналине, изменяя постоянно своей женщине? В опасности, чтобы застукали?
Едем домой молча, точу себя этими мыслями.
Пора расставаться. Сейчас выйду из машины, и попрощаюсь с ним навсегда. Возьму больничный, а там и контракт кончится. И я уйду, исчезну.
Продам квартиру. Наскребу себе на какую-нибудь малосемейку в другом районе. Сбегу и не найдёт! Лишь бы его больше не видеть никогда.
– Как твоя голова?
– Проходит потихоньку.
– Это хорошо. Хочешь, давай сходим и погуляем куда-нибудь?
– Не хочу. Только домой, в постель, и спать.
– Нет, что-то не так. Как встретил тебя сегодня, так понял, с тобой что-то не так.
– Да? И что же?
– Ты так резко изменилась… Есть то, что я не знаю? Я же чувствую! Но ты молчишь. И дело, как мне кажется, в прошлом в том числе.
– Ты хочешь говорить об этом сейчас?
– Да, наверное, не время. Извини.
Наблюдаю за тем, как он ведёт машину. Глеб всегда вёл машину плавно и спокойно, уверенно.