Когда тьма любит

Глава 24

- Кто это был? Совсем никто не видел?

- Нет, Брендон. Напали на ночь глядя на улице. Знаю лишь, что он был на мотоцикле.

- А камеры? Тоже мимо?

- Да. Мерзавец, он как будто знал, где напасть!

- Знать хотя бы за что.

После этих слов мой взгляд невольно взлетает вверх, встречается с глазами Найта. Это точно он его избил. Понимаю все по этому взгляду.

Пока отец с моим изменщиком женихом строят догадки, настоящий виновник сидит прямо здесь, напротив меня. Но вот виновник ли он для меня? Он избил брата из-за меня. И благодаря этому я сейчас не чувствую страха хотя бы перед ним. Да, врачи сказали, что он поправится скоро, но по крайней мере, когда я увидела его на койке с багровыми следами удушья на шее, у меня внутри все сжалось. Не от страха, нет. Я и сама не поняла, что это было. Просто вспомнила, как он душил меня и...

Отец и Брендон продолжают обсуждать нападение, их голоса гулко разносятся по комнате, но я их почти не слышу. Мой взгляд прикован к Найту. Как и его ко мне. Он сидит молча, его лицо непроницаемо, будто и не его обсуждают.

- Попадись он мне! - рычит отец, нервно прохаживаясь взад-вперед. - Покажу ему, что значит связываться со мной.

На губах Найта мелькает едва заметная улыбка. Он откровенно угарает со всей этой ситуации.

- Мы найдем его, не переживайте, - хлопает отца по плечу Брендон. И в этот момент мне так хочется рассмеяться в голос. Да тут каждый второй носит свою маску. - Может пройдем в кабинет и там поговорим?

Вот оно что. Избитый брат - одно, а дела - совсем другое. Компанию ведь еще не прибрал к рукам. И как я эту фальш в нем раньше не замечала?

- Мы сейчас придем. Сирия, ты пока подготовься. Поедем сегодня смотреть платья.

- Не могу, - выдаю на автомате. - Я договорилась провести время с Дилярой.

Они с отцом останавливаются. Диляра устремляет на меня вопросительный взгляд. А Найт... На него я даже не смотрю. И так знаю, что там увижу.

- Конечно, - подхватывает Диляра, улыбнувшись. - Она сегодня моя, братишка.

- Это важно, - настаивает Брендон и мне во весь голос хочется заорать, что ни сегодня, ни когда-либо не хочу надевать свадебное платье для такого урода. - У меня редко выходной получается вырвать. Не знаю, когда в следующий раз получится.

- Я же сказала, что не могу, - повышаю голос, не выдержав.

В воздухе повисает напряжение. Брендон смотрит на меня с неприятным оттенком в глазах. Но мне уже все равно.

- Вы поссорились? - спрашивает отец, на что мы одновременно отвечаем.

- Нет.

- Да.

Замечаю, как рука Брендона сжимается в кулак. А сам он сдерживает себя, хотя по лицу видно, насколько сильно ему не нравится моя непокорность.

- Не веди себя, как ребенок, милая. У нас не так много времени осталось. На свадьбу ведь наши мелкие ссоры не влияют. Она все равно состоится. Так что давай не будем упрямиться.

- Он прав, - тут же занимает его сторону отец. - Это совсем на тебя не похоже. Опусти свои мелкие капризы. Он и так свой график ради тебя сбивает.

Диляра, видя, насколько я напряжена, встает и подходит ко мне. Она кладет руку мне на плечо, и ее прикосновение успокаивает.

- Парни, не настаиваем. Сирия сегодня со мной. Мы сходим в кафе, поболтаем. А платья можно посмотреть и завтра. Чего тебе стоит выкрасть еще один день для любимой?

Я смотрю на Диляру, благодарная за ее вмешательство. Ее слова, как бальзам на раны, снимают часть напряжения. Брендон выглядит раздраженным, но отец, кажется, смягчается.

- Выкрою, конечно. Ради любимой что угодно.

Лицимер!

Когда они уходят, я выдыхаю, чувствуя, как напряжение покидает мое тело. Диляра нежно сжимает мое плечо.

- Спасибо, - шепчу я, чувствуя, как глаза снова наполняются слезами.

- Не за что. Иди подготовься, невестушка. Рванем кое-куда от этой суеты. Я тоже переоденусь.

Она поднимается и уходит, и мне приходится приложить уйму сил, чтобы не взглянуть на того, кто сидит напротив. Но стоит поднять глаза и встретить его тяжелый, мрачный взгляд, как я забываю, как дышать. Все тело мгновенно напрягается. Он смотрит слишком пристально, молча.

Не сдержавшись, я встаю и направляюсь к лестнице. Спустя всего пару секунд ощущаю его присутствие за спиной. Замираю и резко оборачиваюсь.

- Что ты делаешь?

- Иди, - бросает спокойно. Мне приходится собрать всю свою силу воли, чтобы развернуться и продолжить путь.

Его шаги размеренны, уверенны, и в каждом из них чувствуется какая-то скрытая угроза, несмотря на спокойствие, которое он излучает. Я чувствую его взгляд каждой клеточкой своего тела. Ощущение его близости с каждой ступенькой становится все сильнее. Я знаю, что он идет за мной, что он не оставит меня в покое. Но вместо страха я чувствую какое-то странное волнение.

Поднявшись, я останавливаюсь в нескольких шагах от наших комнат и снова оборачиваюсь.

- Что ты хочешь? Скажи здесь.

Вместо ответа он начинает наступать на меня. Резкими, стремительными шагами, заставляя меня пятиться назад. Рывком распахивает дверь в нашу с Брендоном комнату и вталкивает меня внутрь, сам, словно тень, скользит следом, захлопнув за нами дверь. Ладно бы это, он продолжает наступать, пока не загоняет меня в ванную. Закрывает дверь на ключ и тут же впивается в мои губы.

Его губы пылают жаждой, в глазах - звериная ярость, смешанная с отчаянием. Я чувствую, как тело напрягается, готовое к битве, но в то же время, словно магнит, притягиваемое к нему. Его руки скользят по моим щекам, затем спускаются ниже, сжимая талию, и притягивают меня вплотную. Я чувствую, как пульсирует его тело, сливаясь почти в одно целое с моим.

- Найт… - шепчу я, пытаясь вымолвить его имя, но вместо этого из моих уст вырывается лишь хриплый стон. Он игнорирует мои попытки сопротивляться и снова продолжает целовать. С такой жадностью, с таким напором, что, кажется, я теряю контроль над собой, теряю себя в этом поцелуе.

Его руки скользят под мою одежду, вызывая табун мурашек по моей коже. Я пытаюсь остановить его, но мои руки оказываются застрявшими в его волосах, а тело выгибается навстречу его рукам. Внутри меня бушует буря из противоречивых чувств: страх, возбуждение, злость, желание, и я не знаю, как справиться с этим.

Он отстраняется, его грудь тяжело вздымается. По его лицу пробегает тень печали, но тут же сменяется решимостью.

- Мне надо отправить на койку и твоего отца, чтобы ты отказалась от этой чертовой свадьбы? - шепчет он хриплым голосом.

Я молчу, не в силах вымолвить ни слова. Его вопрос повисает в воздухе, тяжелый и давящий. В его глазах я вижу отчаяние, смешанное с гневом, и мне становится страшно. Не за него, а за себя. За то, как легко я поддаюсь ему, как с каждым разом мое тело все сильнее откликается на его прикосновения. Это неправильно. Презираю Брендона за измену, а сама?

Он снова сокращает расстояние между нами, его дыхание обжигает мою кожу.

- Скажи мне, - его голос становится глубже, словно рычание. - Скажи, что отменишь эту свадьбу. Иначе...

- Иначе что? Нападешь и на отца с Брендоном? Это ничего не решит.