По имени Ветер

По пути к дому садовника она перебирала в голове разные гипотезы. А что, если Ян тоже каким-то образом узнал, что Нина Сергеевна и Петр Алексеевич живы, и решил во всем этом разобраться? И за это его убили? Есения помотала головой, настолько нелепой ей показалась эта идея. Ян, расследующий преступления? Наркоман, живущий в своем собственном мире и мире музыки? Да он не заметил бы, даже если бы трупы лежали у него в доме. К тому же такие незначительные жизненные трудности, как смерть обслуживающего персонала, его не волновали. Но Есения упорно цеплялась за мысль, что если со смертью Нины Сергеевны и Петра Алексеевича все не так однозначно, значит, смерть Яна тоже может быть совсем не тем, чем кажется.

Погруженная в размышления, Есения не заметила, как, следуя указаниям навигатора, добралась до нужного ей адреса.

Петр Алексеевич жил в небольшом поселке недалеко от областного центра. В отличие от дома Нины Сергеевны его жилище содержалось в образцовом порядке. Построен дом был давно, но невооруженным взглядом было видно, что его хозяин вкладывает душу и немало сил в его поддержание. Дом был обложен новым красным кирпичом, ставни недавно заменены на новые, крыша блистала новенькой черепицей. Единственное, что намекало на то, что хозяин уже некоторое время не появляется в доме, был заросший сорняками двор. Деревья, нуждающиеся в весенней побелке, и затерявшиеся в сорняках цветы. Человек, держащий в таком строгом порядке дом, не стал бы пренебрегать садом. Даже неискушенному взгляду Есении было заметно, что раньше саду и огороду уделяли много внимания – грядки были разбиты с идеальной точностью, деревья подстрижены под линеечку, а цветники разбиты по всем правилам. Что было неудивительно в доме профессионального садовника. Но природа уже начинала захватывать свое, а человеческая рука явно не предпринимала усилий, чтобы остановить этот бесцеремонный захват.

Значит, Петр Алексеевич действительно умер. Никакой мистики.

В отличие от соседей Нины Сергеевны, все соседи бывшего садовника Есении были на работе. По крайней мере, никто не поинтересовался, что хочет незнакомая девушка от человека, ушедшего в мир иной.

Сама она не рискнула соваться в дома незнакомых людей и задавать вопросы. Вместо этого решила отыскать местное кладбище, спросив дорогу у прохожих.

Смотрителя на старом кладбище не оказалось, впрочем, как и свежих могил. Есения была сбита с толку – возможно, Петра Алексеевича похоронили в другом месте? Но где именно?

Она решила заглянуть в сельский совет, чтобы разузнать информацию там.

— Я его племянница, – представилась Есения.

— Племянница и не знает, куда дядя подевался? – Чиновница окинула ее долгим подозрительным взглядом.

— Мы долго не общались. – Есения потупила глаза.

— Это понятно, его всю жизнь где-то черти носят. Из военных он вроде как, – хмыкнула дама.

— Да-да, – неопределенно поддакнула Есения и выжидающе уставилась на чиновницу.

— Не знаю я, где он, – пожала плечами та. – Как с Нинкой поругался и та выселилась, он тут еще пару недель был, а потом пропал. Соседи слышали какой-то шум, ссору, но никто ничего не видел. Нет Пети, растворился в воздухе. Где искать, не знаю, мне он не звонит, не пишет. Попробуйте записку оставить в почтовом ящике. Может, объявится.

— Так он жив? – бестолково переспросила Есения.

— Господи, что же это вы такое говорите? – Чиновница решила было перекреститься, но вовремя вспомнила, что при исполнении. – Жив он, конечно. По крайней мере нам о его смерти ничего не сообщали.

Из здания сельского совета Есения вышла с гудящей головой, пытаясь упорядочить всю информацию, лавиной обрушившуюся на нее. Итак, судя по всему, и Нина Сергеевна, и Петр Алексеевич не умерли тогда, когда все думали, что они умерли. Они состояли в связи и проникли в дом с какой-то определенной целью. Но с какой? После нескольких дней пребывания в доме опытным грабителям, способным на такие авантюры, стало бы ясно, что поживиться в особняке особо нечем. Вряд ли бы они стали выволакивать хрустальные люстры или портрет Второва под покровом ночи. К тому же Петр Алексеевич и так присматривал за домом. Если бы ему так захотелось что-то украсть, он бы сделал это давно. Зачем понадобилось устраивать целые представления, выдавать себя за других людей, разыгрывать собственную смерть и привлекать к этому высоких чиновников?

Возможно, им заплатили журналисты? За эксклюзивную информацию о Яне многие издания отвалили бы кругленькую сумму. Но зачем нанимать для этого сельских деятелей? И опять же разыгрывать их смерть? В один прекрасный день они могли бы просто не выйти на работу и исчезнуть. Впрочем, люди, идущие на преступление, не стали бы так легко давать свои личные документы, их можно было слишком легко вычислить и засудить. Ведь всех, кого нанимали на работу к Яну, обязывали подписать договор о неразглашении информации, и прописанные там штрафы были огромными. Значит, они были уверены, что никто их искать и судить не будет. Но почему?

Голова шла кругом.

Сев в машину, Есения направилась к дому, по пути решив остановиться на заправке и выпить кофе. Ей нужно было обдумать всю информацию.

А что, если целью был не Ян, а дом? Им что-то нужно было в доме? Или же.. или же им нужен был сам дом! Но зачем?

Есения просидела на заправке около часа. После трех порций кофе она решила вернуться в дом и тщательно обыскать его с чердака до подвала. Возможно, в нем найдутся какие-то старые материалы, газеты, фото или альбомы, которые смогут хотя бы намекнуть на то, что происходит?

Она в очередной раз пожалела, что рядом нет Ветра. Он прожил в этих краях всю жизнь. Кому как не ему знать о том, что здесь происходит? Но звонить ему было немыслимо. Это бы выглядело как предлог.

Вернувшись в дом, Есения наскоро соорудила себе бутерброд и заварила очередную чашку кофе. Вышла в сад и отыскала укромный уголок в зарослях пионов, где были установлены каменный стол и два неудобных каменных кресла. Поймала себя на мысли, что нужно купить подушки, чтобы сидеть было удобнее, и тут же себя оборвала – не будет же она тут рассиживаться, в самом деле, и оставаться надолго. В доме с призраками. Впрочем, судя по тому, что ей уже удалось узнать, речь о призраках не идет. Скорее о вполне реальных людях, которые вначале инсценировали собственную смерть, а затем принялись запугивать хозяев. Ведь странные звуки и происшествия в доме прекратились с того момента, когда умерла Нина Сергеевна. В конце февраля. А это означало, что после своей инсценированной смерти она продолжала пакостить бывшим хозяевам. Наверняка при участии Петра Алексеевича, у которого был бесконтрольный доступ во все помещения.

Есению вдруг осенило – они ведь должны были как-то попадать в дом по ночам. Поначалу это было легко – зайти можно было через неплотно закрытые окна, достаточно было лишь открыть шпингалеты изнутри. Но затем плотник все починил, а Ян и вовсе заколотил некоторые большие створки наглухо. С улицы они бы уже попасть в дом не смогли. Но, возможно, в доме есть потайной ход?

Есения вздрогнула и поежилась. Отложив бутерброд и наскоро допив кофе, она встала, провела рукой по налившимся бутонам пионов – скоро они расцветут и наполнят сад своим ароматом. Это будет лучшее время года, когда из сада не захочется уходить. Но для того, чтобы насладиться этим сезоном, ей нужно обеспечить собственную безопасность.

Направляясь в дом, Есения размышляла о том, что без помощи начальника полиции тут явно не обошлось. Ведь именно он говорил о результатах вскрытия, а какое вскрытие могли проводить живым людям? Есения также вспомнила экзальтированную губернаторшу. Это ведь она предложила вызвать призрака, и именно она рассказала о самоубийстве, произошедшем в доме, чтобы настроить Есению на нужный лад и заставить поверить во всю эту историю с призраками.