В объятьях тьмы

«Ты ж не собираешься в расход ее пускать?»

«Ну а че? Прогуляемся в лес, привяжу к дереву. Там глядишь волки или лисы найдут. Зверье голодным не останется».

Даже не знаю, что хуже — смерть от рук Волка или поездка в места не столь отдаленные?

Вот и все, Ева, дальше небо в клеточку, друзья в полосочку.

Силы окончательно покидают мое тело. Я не жалею себя, понимаю, что виновата, и не оправдываюсь. И переживаю больше не за свою шкуру, а за здоровье мамы. Я оказалась заперта в подвале мужчины, которого пыталась ограбить, денег на операцию нет, семья не знает правду, где я. Не думала, что скажу это, но хорошо, что Маша приехала. Она присмотрит за мамырликом, пока я..

На ватных ногах отступаю от груды разбросанного мною мусора, будто привидение увидела. Взгляд падает на старый грязный матрас, прислоненный к противоположной стене. Взявшись за материал, отталкиваю его и швыряю на пол, поднимая слой пыли в воздух.

— Мерзость! — Закашлявшись, отмахиваюсь рукой от серых пылинок, летающих перед лицом.

Обессиленно опускаюсь коленями на грязный матрас с ржавыми пятнами, борясь с отвращением и сворачиваюсь на нем калачиком, прижимая колени к груди.

Хочу домой, в свою маленькую, но уютную комнатку. Забыть сегодняшнюю ночь, как страшный сон. Закрыть бы глаза, а открыв, осознать, что это все оказалось не правдой, приснившимся кошмаром, развеявшимся при свете дня.

Макс бросил меня. Все бросили. Глупая Ева осталась одна в логове зверя, что будет решать мою судьбу и вершить правосудие..

А если Волк начнет допрашивать? Я не задумывалась всерьез над правилами Макса. Он четко дал понять, что, если одного из нас загребут, то он не имеет права сдать других, иначе будут последствия — самые жестокие, от которых пострадают близкие люди.

Оставшуюся часть ночи я провожу, балансируя на грани, то погружаясь в беспокойный сон, то выныривая в суровую реальность. Мне мерещатся звуки сирен полицейских машин, кажется, что сейчас вот-вот и приедут копы, оформлять воровку. Отвезут меня в участок, снимут отпечатки пальцев и посадят за решетку. Хорошо, что Машка юрист, может быть, она выступит в роли адвоката.

В какой-то момент усталость берет вверх, сказываясь на истощенном моральном и физическом состоянии, и я отрубаюсь. Никаких сновидений, одна беспроглядная тьма.

Однако забвение длится недолго.

Звук грохочущего замка заставляет меня в ужасе открыть глаза и оглядеться. Дверь распахивается, впуская в темное помещение солнечный свет, мгновенно закрывающийся высокой широкоплечей фигурой Волка.

Он пришел за мной.

Вот и все. Вот и вся моя жизнь..

— На выход! — безапелляционным тоном приказывает зверь.

13

Приняв сидячее положение, я исподлобья смотрю на хозяина.

— На выход! — безапелляционным тоном приказывает Зверь.

В подтверждение своих слов он кивком дает понять, что более чем серьезен.

Поднявшись кое-как под его пристальным взглядом, я аккуратными шагами приближаюсь к двери. И только оказавшись у самого выхода, Демид отступает, освобождая немного места, чтобы я могла выйти наружу, практически вплотную прижавшись к нему.

Мочевой пузырь давит, жутко хочется в туалет по-маленькому, но в этом гребаном подвале не было ни единой емкости, куда можно было бы пописать.

Оказавшись на улице, я делаю жадный вдох, оглядываясь по сторонам в поисках полицейских машин. Ничего. Лишь звук изредка пролетающих в небе птиц нарушает тишину. Интересно, смогла бы я сейчас сбежать? Однако все мои не успевшие появиться надежды разбиваются в то же мгновение, когда Волк хватает меня за ворот куртки.

— Двигайся! — Голос Зверя, в котором сквозит арктический холод, до жути пугает. Вероятно, вчера от шока я не успела осознать, насколько этот мужчина властен и опасен.

— К-куда? — заикаясь, спрашиваю с нескрываемым страхом в голосе.

Но он не отвечает. Прихрамывая на простреленную ногу, тащит меня, как жалкую букашку, на задний двор. Страшные предположения лезут в голову, и я судорожно принимаюсь вспоминать план территории. За домом есть выход в лес, мы рассматривали вариант пробраться оттуда, но из-за отсутствия хоть малейшей тропинки или подъезда к дикому лесу отмели эту идею.

Будто подтверждая страшные догадки, Волк ведет меня вокруг дома. Увидев вдалеке виднеющийся высокий темный забор, я готова отдать душу дьяволу, лишь бы мы свернули в любом другом направлении.

— Куда вы меня ведете? — Делаю попытку вырваться, но только усугубляю свое положение. Хозяин крепче сжимает мою куртку в кулаке и резко дергает, практически выбивая равновесие из и без того дрожащих ног.

Боковым зрением замечаю в его левой руке пистолет и молюсь, что это была галлюцинация, помутнение рассудка.. Но нет. Когда Демид вводит код сигнализации на воротах, чтобы вывести меня за территорию, в руке он действительно держит оружие.

— Вызовите лучше полицию! — с мольбой прошу я.

Отчаяние — именно так я могу назвать свое состояние, иначе ни один адекватный человек не скажет подобное.

— Не убивайте меня, пожалуйста! — всхлипываю, упираясь ногами в зеленую траву.

Но, несмотря на все крики и просьбы, он продолжает вести меня по густому лесу в неизвестном направлении.

— Двигайся.

Волк резко отпускает меня, отчего я делаю два непроизвольных шага вперед и с опаской оборачиваюсь на зверя. Дуло пистолета, словно цербер, направлено прямо на мой лоб, и я сглатываю колючий комок паники.

— Вы убьете меня? — прочистив горло, тихо спрашиваю, задыхаясь от нехватки воздуха. Страх сковывает каждую мышцу в теле, почти парализуя его.

— Я. Сказал. Иди, — чеканит сквозь стиснутые зубы.

Не знаю, откуда во мне столько сил, но я слушаюсь приказа. Отворачиваюсь и с бешено колотящимся сердцем иду вперед, спотыкаясь о кочки и пеньки. Без понятия, как мне удается удержать равновесие и не перейти на бег. Даже не оглядываясь назад, я четко понимаю, что нахожусь под прицелом пистолета.

Пугающая энергетика Волка подсказывает, что он не просто какой-то богач. Этот мужчина другой.. Опасный, беспощадный.. убийца?..

Неужели сегодня я умру, вот так, в лесу, с простреленной головой, из-за собственной глупости? С этой мыслью поднимаю голову, подставляя лицо под лучи солнца, пробивающиеся сквозь кроны деревьев.

— Я была вынуждена это сделать, — тихо произношу я вслух, уже не надеясь, что меня выслушают и поймут. — Моей маме требуется срочная дорогостоящая операция на сердце за границей.

Все равно не ответит, наверняка не поверит. Подумает, что обманываю, пытаясь разжалобить.

— Двести пятьдесят тысяч евро.. — шепотом добавляю на глубоком выдохе.

В ответ опять тишина, густая, осязаемая, не обещающая пощады взамен. Если бы не хруст веток позади, я бы подумала, что он оставил меня на растерзание зверям и ушел. Окутавшее напряжение в пространстве вокруг оседает на плечи и вдавливает меня в землю с немыслимой тяжестью. Глыба.. Кусок льда, бесчеловечный облик, который не в силах понять, что такое хоть в чем-то нуждаться..

Внезапно Демид хватает меня за плечо и, развернув к себе, не жалея сил, прижимает лопатками к дереву. Резкая боль тут же пронзает спину, а из горла вырывается жалкий писк, когда в мой висок вжимается дуло пистолета.

— Кто вас подослал?

— Ч-что?

— Кто вас, блядь, подослал?! — Мужское лицо искажает гримаса ярости. — Отвечай!

— Думаете, люди не могут пойти на такой отчаянный поступок из-за нужды? Только по чьему-то приказу? — растерянно спрашиваю, стараясь не сгореть заживо от его испепеляющего взгляда.

Конец ознакомительного фрагмента.