Страница 54 из 77
Крейг на секунду прикрыл глаза ладонью, словно защищая их от слишком ярких воспоминаний. И медленно убрал руку.
— Потом мне рассказывали, как всё войско мертвецов рухнуло, словно подкошенное, моментально истлевая в прах. Как страшно кричал Некромант, лишившийся всей своей силы. Он кричал так жутко, что у самых дальних рядов наших полков мороз пробежал по коже. Как торопливо зашептал Некромант ритуальное заклятье, посвящая себя своей госпоже — Смерти, и вонзил небольшой кинжал, испещрённый рунами, прямо в своё чёрное сердце. Если бы я не лежал в беспамятстве, я бы ему этого не позволил. Он бы у меня так просто не отделался бы… Но ничего этого я не помню. Мы с Эром валялись без чувств.
А потом произошло такое, что я до сих пор не могу вспомнить без слёз. И я их не стыжусь! Безо всякого приказа, без какого-либо даже намёка, всё войско, все бойцы, измученные и израненные, сами почти без сил, пошли ко мне, и каждый делился каплей магии. Простите, друзья… Сейчас…
Крейг гулко сглотнул, минуту посидел неподвижно, и тихо продолжал:
— Поймите, многие из них были серьёзно ранены, и им требовалась магия для лечения, у многих были ранены фамильяры… и не просто так, а проклятиями, которые не исцеляются так легко… и всё же они делились со мной своими крохами! Каждый! Это… это… Простите!
Кгхм… сейчас… кгхм… Когда я очнулся, Эр лежал на земле и не подавал признаков жизни. Но и не уходил в астрал! Я попытался что-то сделать с раненым крылом… и проклятье всколыхнулось, вгрызаясь в то, что осталось. Вы видели, что представляет собой этот «Шип…». Вы можете себе представить, что случилось. Любая магия превращалась в смертельное своё отражение. Мне оставалось только одно: я поручил закончить все дела своему заместителю, а сам, из последних сил, пробил пространственный портал к лечебнице моего друга, Фредерика Рея, и мы с драконом выбросились на порог его лечебницы. И опять я потерял сознание.
Хорошо, что Ворчун оказался в лечебнице… Потом мы долго лечились. Оба. Оказалось, что краешками всяких мелких проклятий нас обоих всё же изрядно посекло. Но, главное было не это. Главным было то, что Ворчун как следует принялся за Эра. Он и раньше, нет-нет, да заращивал какие-то царапины, которые умудрялся получать Эр, ещё до того, как присмирели соседи, и они были хорошо знакомы.
Так вот, ему пришлось пойти на крайние меры: от вырезал ту часть крыла Эреба, которая была поражена. И потом медленно и осторожно наращивал плоть, чтобы восстановить крыло. А тут ещё оказались переломанными кости, когда дракон рухнул с высоты… А за меня всерьёз взялись имперские маги. Нет, не за лечение. Пару своих переломов я сам себе зарастил. Они требовали вспомнить в подробностях весь бой: кто чем бил, с какой силой, какие заклятья на каких проклятьях были замешаны… Взяли и образцы той гадости, которая оставалась на крыле, когда мы вывалились из окна перехода.
«Это правильно», — думал я, — «Мы должны знать оружие наших врагов! Чтобы лучше продумать собственную защиту впоследствии, если подобное повторится впредь». Откуда же я знал, что произойдёт дальше?
Постепенно Эреб пошёл на поправку. Вы видели его крыло? Так вот, это в сотню раз лучше, чем-то которое было после боя! И, если бы… ладно, не будем забегать вперёд.
Мой заместитель отлично закончил дело. Впрочем, там и делать оставалось немного. Мертвецы, поднятые Некромантом, полегли. Немногие живые сопротивления оказать уже не могли. Ближайшие помощники Некроманта тоже совершили ритуальное самоубийство, и допросить их не удалось. Те, кто добровольно ему сдался и наёмники ничего толком сказать не могли: им платили, но не посвящали в серьёзные вопросы. Так и осталось непонятным, откуда пришёл Некромант, зачем пришёл, какие у него были цели…
Меня сделали героем. Император лично наградил меня в тронном зале. Высшие сановники Империи старались заполучить меня в гости, и некоторым я не смог отказать. Но как я мог надолго оставить своего друга? Как я мог веселиться и шутить, когда Эр лежал при смерти? От подавляющего большинства приглашений я вежливо отказался, и дни и ночи проводил в лечебнице. Потом меня снова вызвал император. Оказалось, что в честь великой победы, Император устраивает в столице двухнедельные праздники, и требует, чтобы я всю неделю в них участвовал. Я объяснил что я не смогу этого сделать. Что как раз в эти дни решается, пойдёт ли на поправку Эреб, и каждая мелочь может склонить чашу весов в ту или иную сторону. И моё присутствия рядом с ним, непременно скажется в положительном смысле. Император выслушал, сердито посопел, но согласился. И потребовал только, чтобы я присутствовал во время его торжественной речи, которой откроются праздники. Я вынужден был согласиться. Только заранее нанял карету, чтобы как можно скорее умчаться прочь, как только эта самая речь закончится. Я решил не делать порталов, поберечь магию, мало ли что могло пойти не так?
На открытии праздника император сказал очень тёплую речь. Назвал меня героем и цветом нации, спасителем Отечества. Осыпал дополнительными милостями, так сказать, уже на публику. Его речь многократно прерывалась овациями толпы… А мне каждая минута тянулась, словно капля патоки! Но вот, последние слова были сказаны, и я тихонько улизнул потайным ходом, разумеется, перед этим почтительно откланявшись. И поспешил к Эру.
Надо сказать, лечебница Фредерика Рея гораздо больше чем наша. Во всяком случае, в его операционной вполне помещался дракон. А кроме того, возле лечебницы были этакие конюшни… или вольеры… сами понимаете, в столице не редкость крупные фамильяры, вроде зубров или даже слонов. В одном из них и лежал раненый Эреб.
Засаду я почувствовал, как раз подходя к этой конюшне. Если бы я не был профессиональным военным, я бы ничего не понял. Меня бы убили сразу. А тут я моментально поставил магический щит, и обомлел, когда по этому щиту полетели разряды. Я всё ещё не верил, что это покушение, я думал, что это какая-то ошибка, только не мог понять, кто ошибся и почему? Кому придёт в голову делать покушение на известную всей стране личность, да ещё в столице, пусть и на окраине? А нападающие всё лупили по щиту, и щит уже дал первую трещину.
Их было шестеро и, можете мне поверить, это были умелые и опытные бойцы. Все в чёрных одеждах и чёрных, тряпичных масках, скрывающих лицо. Но я сразу понял, что это не мои люди. Мои ударили бы залпом! А эти… я уже говорил, все маги — индивидуалисты. И эти не были исключением. И это был мой шанс. Со мной не было привычного плазменного меча, но моё искусство боя никуда от меня не делось. И, первое, что я сделал, — это мгновенно переместился. Нет, не сбежал. Как я мог сбежать, бросив своего Эра? Я переместился так, чтобы оказаться на одной линии сразу с двумя врагами. Ну, если проще, чтобы один из нападавших оказался между мной и другим нападавшим, мешая ему ударить. Он же своего тогда зацепит? А я поставил остатки щита, который раскололся вдрызг от удара ближайшего, и ударил в ответ. Хор-р-рошо ударил! Так хорошо, что мой плазменный шар прошёл обоих навылет, сокрушая из защиту. Так сказать, одним ударом двух зайцев… А я тут же сотворил новый щит и оглянулся.
Я уже говорил, что это были профессионалы? Они тоже не сидели. Поняв, что обнаружены, что внезапного нападения не вышло, они тоже стали умело перемещаться. И я вдруг обнаружил, что стою как раз между четверыми оставшимися. Это называется «взять в коробочку». К кому бы я не повернулся лицом, кто-то другой обязательно окажется у меня за спиной. И ещё двое с боков. Очень опасная ситуация! Можно сказать, им осталось меня только расстрелять, словно мишень в тире.