Страница 44 из 45
«Ну и семейка у меня», — думаю я, чувствуя на себе взгляды трёх других мужей, которые уже начали спорить о том, кто из них будет на подстраховке, но нас их прерывает Теодор, появившийся на пороге детской и с удивлением рассматривающий до сих пор лежащих скелетов и некроманта.
— Что здесь происходит? — спрашивает артефактор, сжимая в руке чемоданчик из самого прочного материала, который только существует. Он сам его создал несколько лет назад.
— Дориан достроил свой воздушный шар и хочет, чтобы я умерла, испытав его, — развожу руками. — Обычный вторник.
Теодор понимающе кивнул и, протиснувшись мимо некроманта, подошёл ко мне, взял меня за руку.
— Тебе лучше присесть, Элис, — ведёт меня артефактор к ближайшему свободному диванчику.
— Что-то случилось? — спрашиваю встревоженно, потому что дракон, работающий на корону, может стать неугодным в любой день.
— Я кое-что создал, Элис, — произносит артефактор и, присев рядом, кладёт чемодан себе на колени. Открывает его магией своей крови, прикладывая палец. Я смотрю на маленькую склянку с зельем. Вокруг нас столпились все, чтобы тоже заглянуть внутрь.
— Я дарю тебе крылья, Элис, — прошептал неуверенно артефактор, посмотрев на меня со всей любовью, на которую только способен мужчина.
— Крылья? В смысле, настоящие крылья? — переспросила я.
— Я создал сыворотку на основе твоей крови, если ты выпьешь её, то станешь драконом. Рога, крылья и даже когти. Всё появится, как у нас, — объясняет Теодор.
— Но это невозможно, — выпаливает Генри с подозрением. — Я запрещаю тебе это пить, Элис. Нельзя стать драконом из-за зелья, это природная магия. Никто не может создать её в лаборатории.
— Просто никто не пробовал, — отвечает Теодор, — и в их распоряжении не было тех ресурсов, которые есть у меня.
— Ты уверен, что сработает? — спрашиваю у мужа и аккуратно достаю флакончик.
— Уверен.
Я открываю крышку и под строгим надзором мужей и детей выпиваю жидкость. Когда-то давно я сказала, что я просто человек и недостойна драконов, теперь я смогу быть как мои мужья, как мои дети.
Горячее обволакивающее зелье расходилось по телу, меняя каждую клеточку. Я резко наклонилась вперёд, чувствуя, как что-то рвётся из спины в области лопаток. Простонала от боли и даже пустила слезу. Моей щеки коснулся кончик пушистого золотистого крыла, смахивая слезинку пёрышком. Я повернула голову, и огромное крыло не драконье, а больше птичье, сбило с ног всех, кто стоял в радиусе двух метров. Дети завалились на ноги своих отцов и открыли рты от восторга. Второе крыло врезало Теодору по лицу, вырубая его. Случайно, конечно.
Я поднялась на ноги и расправила огромные крылья, осматривая их и не веря, что они мои. Потрогала свою голову, на которой проступили небольшие наросты, похожие на детские драконьи рога. Я развернулась и пошла к выходу, слыша, как кто-то опять опрокидывается на пятую точку. В дверном проёме крылья сложились за спину, как у бабочек, позволяя мне выскочить на лестницу, а потом и на улицу. Только крыльев коснулся вечерний тёплый воздух — они затрепетали и взмахнули сами, отрывая меня от земли на тридцать сантиметров.
— Какой ты идиот, она же теперь улетит от нас! — выругался Генри, подбегая и хватая меня за руку. Так же поступили ещё трое мужей. Мои крылья расправились и начали набирать размах, поднимая меня вверх вместе с грузом. Я крутанулась в воздухе, скидывая пассажиров, которые не платили за извоз. На мои глаза попался Теодор, который улыбался мне и смотрел с любовью. Рядом с ним появились дети и нянюшки. Все хотели посмотреть на чудо. Я зависла в трёх метрах над землёй, рассматривая всё свысока. Меня быстро окружили трое мужей, поднимаясь в воздух на своих маленьких драконьих крыльях.
— Теодор, ты же говорил, что она будет драконом, но эти гигантские крылья не драконьи! — прокричал Генри, и моим новым помощникам за спиной явно не понравилось сравнение. Генри Рид полетел вниз от удара моим каким-то не таким крылышком.
— Это зелье для Элис, и крылья будут такие, какие подходят Элис. Драконья ипостась ей явно не по вкусу, — заключил артефактор.
— А ты поживи сам с четырьмя драконами, которые вечно брюзжат, какие они важные! — выкрикнула я и расправила крылья для полёта. — Попробуйте догоните теперь.
Я помчалась прочь с дикой скоростью, мимо забора и домов, вдоль гладких дорог, до идеала утрамбованных повозками, на высоте пяти метров от земли. Выше подниматься я боялась. Меня закручивало спиралью, плавно разворачивало на виражах. Крылья с каждой минутой всё больше и больше сливались с моим разумом, так что я могла ими управлять уже осознанно. Обернувшись назад, я поняла, что меня преследуют четверо драконов, и мне пришлось набрать темп и высоту. Как бы эти рогатые ни старались, но я была быстрее и маневреннее, потому что и сами крылья у меня были большие. Золотистые перья, как у птиц, чувствовали ветер идеально, унося меня прочь от моих преследователей.
Нет ничего лучше, чем парить над домами на собственных крыльях, а не в объятиях одного из мужей. Почти час я веселилась, взмывала вверх и бросалась вниз стрелой, закручивалась в полёте и вновь парила, ловя ветер. Никого из мужчин я не заметила, потому что за мной угнаться было невозможно. Мне захотелось схватить своих детей и покружить их над землёй, даже если их стошнит прямо на моё платье. Я вернулась к дому Генри и опустилась на землю. Дверь сразу отворилась.
— Либо ты обещаешь, что никогда так делать не будешь, — заявляет Рид, появляясь в проёме на пару с тремя остальными мужьями, — либо наши дети будут у нас в заложниках.
— В заложниках? — спросил Эдвард, хватая отца за ногу и не понимая значения слова.
— Мы будем её шантажировать, чтобы она не улетала далеко, — объяснил Генри своему наследнику.
— Мама, я теперь заложник! — крикнул мне сын, гордясь собой до кончиков ушей.
— Я тоже хочу быть заложником, — высунулся сын Себастьяна, и дети начали выяснять, кто из них лучше справится с ролью, но они пришли к выводу, что заложники скорее всего едят только сладкое и всегда играют в игрушки.
— Вы же понимаете, что дети когда-нибудь вырастут и я брошу всех вас? — спрашиваю я у мужчин.
— Мы за пятнадцать лет придумаем что-нибудь ещё, — заверил меня Генри и пропустил сына вперёд. Малыш подбежал ко мне и схватился за ногу.
— Скажи этому противному, что я буду лучше заложником, чем он, — выпалил Эдвард, смотря на меня требовательно.
— Нет! Я лучше! — ко второй ноге приклеился второй сын.
Когда они начали друг друга лупить, я подхватила их под мышки, совсем не ощущая их веса, и поднялась на метр от земли. Закружила их так, что маленькие пальчики держались за мои плечи и шею как за последнюю надежду выжить. Когда я опустила их на землю, двое противных и вечно спорящих дракончиков на коленях поползли в сторону своих отцов, стараясь скрыться от чокнутой мамаши с огромными крыльями.
— Папа, меня сейчас вырвет, — пожаловался Эдвард, но его не стошнило.
Я опустилась на землю и уверенной походкой прошла мимо всегда зажимающих нос сыновей.
— Какие-то вы слабенькие драконы, быть свободной птицей намного круче, — усмехнулась я, пряча крылья и рога под кожу.
Мужья расступились, давая мне войти в дом, и сразу же побежали к своим наследникам, кажется, Эдварда всё-таки стошнило прямо на своего отца.
Я побежала в свою комнату на втором этаже, чтобы расправить крылья и полюбоваться собой перед большим зеркалом. Завтра в пансионате я покатаю всех учеников и сделаю для них специальную награду. Тот, кто будет хорошо учиться, будет кружиться вместе со мной в воздухе. Уверена, этот стимул им очень понравится. Я заперла дверь и разделась догола, начиная крутиться перед зеркалом. Аккуратные и маленькие рожки замечательно вписывались в мою растрёпанную причёску. Огромные крылья с лёгкостью закрывали меня в защитный кокон. Боже, я самая сексуальная птичка, которая существует в этом мире, но мужьям об этом знать не надо, иначе у меня появится ещё пара-тройка детей. Настойчивый стук в дверь означал, что драконы хотят моего внимания. Я подошла к двери, приоткрыла её ровно настолько, чтобы просунуть свою голову.