Страница 47 из 60
Я рассмеялась, помешивая рис.
— Почти. Пока только ризотто. Хэнс и Ноа поехали за ним.
— О-о-о, представляю, как ты там мечешься, — Кейт явно была в отличном настроении. — Слушай, я тут звоню по делу… Что, если мы завтра поедем на примерку?
Я замерла с ложкой в руке.
— Завтра? Чёрт, Кейт, Джеймс только вёрнется…
— Да брось! Он будет отсыпаться и наслаждаться твоим ризотто, а мы с тобой поедем по лучшим салонам. Свадьба не за горами, Айви, тем более, я нашла одно клёвое место, там платья просто… отвал бошки.
— Хорошо-хорошо, — сдалась я, улыбаясь. — Завтра в полдень?
— В одиннадцать! И да, поцелуй за меня этого везунчика, когда он переступит порог. Всё, целую, мне пора на встречу.
Я положила телефон на стол и глубоко вздохнула. Свадебные платья… Ещё несколько месяцев назад это казалось чем-то из параллельной вселенной, а сегодня — реальностью.
В этот момент за спиной послышался шорох. Я обернулась и увидела Минди. Она стояла в дверном проёме, кутаясь в огромную серую толстовку. Волосы были спутаны, но лицо больше не было серым. Она выглядело заспанной, немного помятой, но вполне живой.
— Вкусно пахнет, — хрипло сказала она, подходя к шкафчику с кружками.
— Доброе утро, — я внимательно наблюдала за ней. — Как ты себя чувствуешь?
Минди пожала плечами, не глядя на меня. Она достала свою любимую кружку и начала заваривать кофе.
— Бывало и хуже. Голова только… гудит.
Она замолчала, пока струя чёрной жидкости наполняла кружку. Я ждала, что она скажет что-то едкое или начнёт извиняться, но Минди просто стояла, глядя в окно.
— Спасибо, Айв, — вдруг тихо произнесла она, что я едва расслышала за шипением плиты. — За то что… не дала мне сдохнуть в той дыре.
Я подошла к ней и положила руку на плечо. Она не отстранилась, что было добрым знаком.
— Мы же семья, Минди. Мы просто не могли иначе.
Она сделала глоток кофе и поморщилась.
— Парни поехали за ним?
— Да, будут где-то через час. Тебе нужно привести себя в порядок. Джеймс не должен ничего заподозрить.
— Поняла, — кивнула она.
Минди ушла к себе, а я вернулась к столу. Время начало ускоряться. Я доготовила ризотто, накрыла крышкой, чтобы не остыло.
Прошёл час. Я сидела на диване в гостиной, перебирая бахрому подушки, когда на подъездной дорожке послышался знакомый звук мотора. Я вскочила и бросилась к двери, но остановилась на пол пути, пытаясь перевести дыхание. Дверь тут же открылась и на пороге возник Хэнс, нагруженный сумками с вещами. Он выглядел уставшим, губа почти зажила, синяк на скуле был искусно прикрыт пластырем. Следом шёл Ноа, придерживая дверь.
— Господи, слава яйцам, родные стены! — крикнул Ноа и тут же рухнул на колени.
Я засмеялась. Джеймс появился спустя несколько минут. Он был бледнее, чем обычно, костюм висел чуть свободнее, чем раньше, но его взгляд… Этот взгляд был прежним. Глубоким, тёплым и бесконечно влюбленным. Он увидел меня и на мгновение замер на пороге, будто не верил, что это происходит наяву.
— Привет, — прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.
— Детка, — выдохнул он.
В два шага я оказалась рядом и буквально вросла в него. Джеймс обхватил меня за талию, прижимая к себе так крепко, что я почувствовала каждое ребро через ткань его пиджака. От него всё ещё немного пахло больницей, но этот запах смешивался с его родным парфюмом. Лучшим ароматом в мире.
— О боже, я так скучал, — он уткнулся носом в мою шею, вдыхая запах моих волос. — Каждую секунду думал только о тебе.
Парни деликатно прошли мимо нас на кухню. Хэнс подмигнул мне, я поняла — они сделали свою часть работы. Теперь была моя очередь.
— Пойдём, — я взяла его за руку, ведя вглубь дома. — У меня для тебя сюрприз.
Джеймс огляделся.
— Пахнет лилиями? И явно чем-то вкусным.
— Надеюсь, я не опозорила твой великий рецепт, — я рассмеялась.
Мы вошли на кухню. Навстречу нам вышла Минди. Она уже успела расчесаться и даже надела чистую одежду.
— Привет, братец, — сказала она, прислонившись к косяку. — С возвращением из мира стерильных простыней.
Джеймс подошёл ближе к ней и осторожно обнял.
— Мин, ты как? Какая-то бледная.
— Да так, — она кашлянула, прикрывая рот рукой. — Вирус. Спала три дня, но ради твоего возвращения решила воскреснуть.
Джеймс внимательно посмотрел на неё, и на секунду на кухне воцарилась тишина. Моё сердце замерло. Неужели он понял? Но Джеймс только улыбнулся и потрепал её по плечу.
— Рад, что тебе лучше.
Мы сели за стол. Пока парни накладывали еду по тарелкам, я пихнула Минди локтем и подмигнула.
— Не думала пойти в актёрское? — почти шёпотом спросила я.
— Только через твой труп, — она улыбнулась.
Это был самый странный и в то же время самый прекрасный обед в моей жизни. Хэнс и Ноа шутили, рассказывая какие-то небылицы из студии, Минди в ответ подкалывала их, Джеймс смеялся, а я просто сидела и держала его тёплую руку под столом и ощущала спокойствие в душе. Моя чокнутая, но такая дорогая семейка.
Я думала о том, что Кейт права. Завтра мы поедем выбирать платья и наконец-то готовиться к предстоящей свадьбе.
После обеда парни начали собираться.
— Ладно, герои, нам пора, — Хэнс поднялся из-за стола, потягиваясь. — У нас там пара треков недописанных, Ноа уже три дня не прикасался к басу, у него скоро начнётся ломка.
Ноа усмехнулся, забирая пустые тарелки.
— Не слушайте его, он просто хочет сбежать, чтобы не мыть посуду.
Минди посмотрела на них поверх кружки и усмехнулась.
— Валите уже, маэстро. Мне надо отдохнуть от ваших физиономий.
— Тебе не нравится мой синяк на лице? — спросил Хэнс, прикоснувшись к скуле.
Минди цокнула и закатила глаза. Я усмехнулась.
— Мне вообще не нравится твоё лицо, Хэнс. Синяк тут не при чём. Хоть бы раз остались и помогли посуду помыть, а не сваливали при первой возможности.
— Да ладно тебе, Минди, пускай идут, — ответила я.
Джеймс молча встал и по очереди пожал руки парням.
— Спасибо вам, ещё раз.
— Брось, — Ноа хлопнул его по плечу.
Когда входная дверь захлопнулась, в доме стало тихо. Минди, сославшись на «остаточную слабость» ушла к себе. Мы остались вдвоём. Джеймс подошёл ко мне сзади, когда я стояла у раковины. Он обнял меня за талию и положил подбородок на плечо.
— О чём думаешь? — тихо спросил он.
— О том, что хочу, чтобы это мгновение длилось вечно, — ответила я, поворачиваясь в его руках.
Он взял моё лицо в свои ладони, осторожно проводя большими пальцами по скулам.
— Теперь у нас есть время на вечность.
Джеймс наклонился и поцеловал меня. Я закрыла глаза, растворяясь в его близости. Он подхватил меня на руки и понёс к лестнице.
— Мистер Брукс, вам нельзя поднимать тяжести! — шутливо запротестовала я.
— Ты не тяжесть, — улыбнулся он, поднимаясь по ступеням. — Ты моё исцеление.
Джеймс ногой толкнул дверь спальни, она закрылась с глухим щелчком, отсекая нас от всего мира. Он не стал опускать меня на пол, а прижал спиной к стене, впиваясь в мои губы с такой жаждой, будто пытался за один поцелуй наверстать все недели, проведённые в разлуке. Его руки, сильные и уверенные, сразу скользнули под подол моего платья, обжигая кожу бёдер.
— Я чуть с ума не сошёл в этой палате, думая о тебе, — прохрипел он мне в губы. Я почувствовала, как по телу прошла мощная волна жара.
Я запустила пальцы в волосы, притягивая Джеймса ещё ближе, и начала лихорадочно расстёгивать пуговицы на рубашке. Мне было мало просто видеть его — мне нужно было чувствовать его каждой клеточкой кожи. Когда рубашка наконец упала на ковер, я прижалась к его обнажённой груди, вдыхая родной запах горячего тела. Джеймс подхватил меня под ягодицы, заставляя обхватить его талию ногами, и в несколько шагов преодолел расстояние до кровати. Мы рухнули на одеяло, не разрывая объятий. Мое голубое платье быстро последовало за рубашкой. Тёмный взгляд от желания, медленно прошёлся по моему телу. Я видела, как тяжело вздымается его грудь.