Страница 15 из 60
— Боже, какой романтик, — Кейт закатила глаза, но улыбка не сходила с ее лица.
Ноа оторвался наконец от своего баса и подошел к нам, покачав головой.
— Извините за него, — сказал он, протягивая мне руку. — Хэнс теряет остатки разума, когда видит красивых девушек. Я Ноа, басист и единственный адекватный человек в этой группе.
— Айвори, — ответила я, пожимая его руку. — И, кажется, мы с тобой уже виделись.
— Да, я помню, — Ноа усмехнулся и посмотрел на своего друга. — После знакомства с тобой Джеймс перестал быть адекватным.
Я почувствовала, как щеки загораются румянцем, а Джеймс смущенно потер затылок.
— Ладно вам, — пробормотал он. — Лучше пойдемте что-нибудь выпьем. Через полчаса нам на сцену.
Мы направились к бару. Хэнс тут же пристроился рядом с Кейт, продолжая сыпать комплиментами, а она отвечала ему в том же духе, явно наслаждаясь вниманием.
— Что будете пить? — спросил бармен, мужчина лет сорока с густой бородой и множеством татуировок на руках.
— Два пива, — сказал Джеймс. — Девчонки, заказывайте, я оплачу.
— Мне мохито, — быстро ответила Кейт, не отрывая взгляда от Хэнса, который что-то азартно ей рассказывал, размахивая руками.
— А мне просто белое вино, — добавила я.
Бармен кивнул и принялся за дело. Я облокотилась на барную стойку, наблюдая, как зал постепенно заполняется людьми. Публика была разношерстная — студенты в потертых джинсах, офисные работники, которые явно решили расслабиться после рабочей недели, местные завсегдатаи, которые чувствовали себя здесь как дома.
— Нервничаешь? — спросила я у Джеймса, заметив, как он постукивает пальцами по стойке в такт музыке, доносящейся из колонок.
— Немного, — признался он. — Обычно я не волнуюсь, но сегодня... — он посмотрел на меня, — сегодня особенный день. Впервые играю для девушки, которая мне действительно важна.
От его слов что-то теплое разлилось у меня в груди. Бармен поставил перед нами напитки, я взяла бокал, чувствуя легкое волнение.
— Тогда не подведи, — подмигнула я.
Хэнс, видимо, услышав наш разговор, оторвался от Кейт и повернулся к Джеймсу.
— Эй, Джеймс, покажи Айвори ту песню, которую ты написал на этой неделе, — сказал он с ехидной улыбкой. — Ту самую, про карие глаза и...
— Хэнс, — оборвал его Джеймс, покраснев, — заткнись.
— Какую песню? — заинтересовалась я, делая глоток вина.
— Это... просто набросок, — пробормотал Джеймс. — Ничего особенного.
— О нет, — вмешался Ноа, подходя к нам с пивом в руках. — Это определенно что-то особенное. Он просыпается с ней, засыпает с ней, напевает ее под душем...
— Парни! — Джеймс уже покраснел до корней волос. — Хватит меня позорить!
Кейт звонко рассмеялась и толкнула меня локтем.
— Ой, Айви, кажется, ты стала чьей-то музой!
— Это так мило, — сказала я, не в силах скрыть улыбку. — Я хочу ее услышать.
— Может, позже, — Джеймс взял свое пиво и сделал большой глоток, явно пытаясь справиться со смущением.
В этот момент на сцене зажегся яркий свет, и в микрофон раздался голос:
— Дамы и господа! Встречайте группу «Rust»!
Зал разразился аплодисментами и свистом. Ребята допили свои напитки и направились к сцене.
— Желаю удачи, — крикнула я Джеймсу, когда он проходил мимо.
Он остановился, повернулся и, не обращая внимания на окружающих, подошел ко мне, взял мое лицо в ладони и поцеловал меня — быстро, но с такой нежностью, что мое сердце пропустило удар.
— Спасибо, что пришла, — шепнул он, касаясь лбом моего лба. — Это многое значит.
И с этим словами он отступил, подмигнул мне и направился на сцену, где его уже ждали ребята.
— Боже, это было красиво, — выдохнула Кейт, стоящая рядом со мной. — Я чувствую себя как в фильме.
Мы с ней переместились поближе к сцене, найдя хорошую позицию у переднего края зала. Зал тем временем наполнился до отказа — по крайней мере, человек двести, а может, и больше. Люди теснились вокруг столиков, облокотившись на барную стойку, кто-то даже сидел прямо на полу.
Джеймс подошел к микрофону, его гитара висела на ремне через плечо. При свете прожекторов он выглядел совершенно по-другому — более уверенным, более диким, более... сексуальным. Хэнс занял место за барабанами, крутя палочки, а Ноа взялся за бас, проверяя натяжение струн.
— Привет, ребята, — сказал Джеймс в микрофон, его голос разнесся по всему залу. — Мы «Rust», и сегодня мы собираемся немного вас развеселить.
Он сделал первый шаг гитары — глубокий звук, который я почувствовала буквально в груди. Хэнс присоединился ударом по барабанам, создавая ритмический фундамент. А потом Ноа поднял бас и... и мир просто исчез.
Пальцы Джеймса летали по грифу с невероятной скоростью, создавая звуки, которые то нежные, то агрессивные, то меланхоличные. Его голос, когда он начал петь, был низким и хриплым, наполненным чувством.
«Всякий раз, когда ты будешь на грани,
Тебе не нужно бояться,
Детка, я приду за тобой,
Успокою тебя и отнесу домой.»
(Перевод песни Come for you — Maylene and the Sons of Disaster)
Я стояла как зачарованная, не способная оторвать взгляд от сцены. От Джеймса. Его рубашка уже была расстегнута сильнее, открывая вид на татуировку на груди. Волосы прилипали к лбу от пота. Но главное — в его глазах горел огонь. Огонь страсти, который буквально передавался через музыку.
— Как классно, правда? — крикнула Кейт мне в ухо, чтобы я услышала над музыкой.
Я только кивнула, не в силах отвести взгляд.
Песня длилась больше трех минут, и за это время я словно побывала в эмоциональном путешествии. Была нежность, была страсть, была боль. Когда последний аккорд завис в воздухе, зал взорвался аплодисментами и криками. Джеймс поклонился, его взгляд поймал мой, и он улыбнулся. Настоящая, теплая улыбка, которая была адресована только мне.
Они сыграли еще несколько песен. Каждая была лучше предыдущей. Публика была в восторге, люди подпевали, хлопали в ритм, некоторые даже танцевали. Но я замечала только Джеймса — как он двигается на сцене, как его тело отзывается на ритм, как он полностью отдается музыке.
Между песнями Хэнс несколько раз посылал Кейт флиртующие взгляды и улыбки, и она в ответ легко смеялась, явно наслаждаясь вниманием. Но я знала мою подругу — это был всего лишь безобидный флирт. Завтра у нее свидание с Ником, и она его явно не забывала.
Примерно в половине десятого группа закончила последний сет. Зал снова гремел аплодисментами, кто-то кричал «Еще!», но Джеймс показал жест, что это была последняя песня на сегодня.
Они с ребятами спустились со сцены, Джеймс сразу же направился ко мне. Его глаза блестели от адреналина, волосы были мокрыми от пота, рубашка прилипала к телу. Он выглядел абсолютно сексуально.
— Ну как? — спросил он, задыхаясь. — Понравилось?
— Это было... невероятно, — выдохнула я, не находя слов. — Джеймс, ты был просто... я даже не знаю, как объяснить.
Он широко улыбнулся и поцеловал меня, не обращая внимания ни на кого. Поцелуй был горячим, полным энергии и адреналина.
— Спасибо, что ты здесь, — сказал он, когда мы наконец разомкнули губы.
— Тебе нужно переодеться, ты же весь в поту, — заметила я, проводя пальцами по его мокрым волосам.
— Есть одна чистая рубашка в раздевалке, — кивнул он. — Подожди меня здесь пять минут?
— Конечно.
Он ушел, а я вернулась к Кейт, которая в этот момент слушала, как Хэнс рассказывает ей о том, как они создавали группу.
— ...и вот уже пять лет мы играем по барам, — говорил он, облокотившись на стойку. — Может, однажды мы станем знамениты, кто знает?