Страница 3 из 54
Стажёр
Если кто-то в закрытых светских салонах Чондам-дона или в кулуарах сеульских бизнес-центров всерьез полагал, что после трех месяцев беззаботного рая на океанских яхтах, эксклюзивных частных джетах и лучших курортах планеты Ли Даын падет духом, заскучает или впадет в хандру в кабинетах корпоративной империи, он просто абсолютно не знал её характера!
В семье Ли из поколения в поколение свято соблюдался один незыблемый, закаленный временем обычай: каждый наследник династии после получения университетского диплома должен был без исключений пройти трехлетнюю «экспресс-обкатку» — жесточайшую, насыщенную и глубокую стажировку в самых разных, порой диаметрально противоположных подразделениях семейного конгломерата. От гигантских судостроительных верфей и тяжелой промышленности до изысканных Домов высокой моды и цифровых технологий. Только пройдя сквозь эту школу, погрузившись в производство с самых низов, можно было по-настоящему почувствовать, с какой частотой и ритмом бьется сердце гигантского бизнеса.
Для Даын эта перспектива не казалась каторгой, рутиной или тяжелым бременем. Она восприняла трехлетнюю стажировку как самую захватывающую стратегическую игру в своей жизни — грандиозный квест с бесконечным запасом энергии, где у неё был безлимитный кредит доверия, а потрясающими декорациями выступал весь сияющий, устремленный в будущее Сеул и развивающиеся регионы Азии 2000-ных годов. Она испытывала искренний, детский восторг от каждого прожитого дня этого нового этапа!
Первым пунктом назначения по ироничному и тонко продуманному решению отца стали верфи тяжелой промышленности на самом южном побережье страны. Никакого шелка от Hermès, кашемира или парижской косметики!
В свой самый первый рабочий день Даын приехала к проходной завода на ослепительном спортивном купе с открытым верхом — подарке родителей на окончание учебы и мирового турне. Двигатель машины рокотал мягко и басовито, привлекая взгляды охранников. Однако, зайдя в персональный гардероб, Даын без малейшего сожаления сменила дизайнерский наряд на форменный темно-синий комбинезон из плотного рабочего хлопка. Чтобы добавить образу капли привычного шика, она изящно приталила его широким кожаным ремнем с бронзовой пряжкой и аккуратно надела белоснежную каску с защитным логотипом компании.
Даын закрепили за отделом логистики и крупногабаритной погрузки гигантских сухогрузов. Поначалу седые, суровые инженеры, отдавшие морю и металлу сорок лет жизни, смотрели на «хрупкую внучку председателя» с огромной опаской и скепсисом, ожидая капризов, жалоб на пыль и частых отгулов.
Но Даын, моментально вспомнив бессонные ночи над конспектами в Гонконгском университете науки и технологий (HKUST) и горячие академические споры с профессором Чаном о портовых мощностях и оптимизации морских путей, мгновенно включилась в работу. Уже к концу первой недели она полностью перечертила устаревшую схему погрузки контейнеров для нового океанского судна. Новая математическая модель позволила сэкономить компании ровно один миллион долларов еще до того, как сухогруз спустили с дока на воду! Образование действительно правило миром.
Настоящая дружба с рабочим коллективом закрепилась не в директорских кабинетах, а на вечерних улицах припортового городка. Вместо чистых, чинных и скучных обедов в ВИП-столовой для высшего руководства Даын каждый вечер лично водила молодых инженеров, чертёжников и проектировщиков в местную шумную таверну.
Там, в клубах аппетитного пара, под весёлый звон запотевших бокалов с ледяным лагером и громкое шкворчание сочных кусков свиной грудинки — самгёпсаля — на раскаленном углистом гриле, Даын становилась главной душой компании. Она с упоением и яркими деталями травила невероятные байки из своего недавнего путешествия:
«Вы бы видели эти улицы! Представьте: Париж, Монмартр, вечер, а на мостовую выбегает толпа французских анархистов с факелами и начинает качать мой Мерседес! А я сижу внутри, допиваю шампанское и думаю только о том, как бы они не поцарапали свежую полировку!»
Слушая её смех и захватывающие истории о том, как османский султан Мурад VII в своем дворце лично надевал ей на запястье редчайший изумрудный браслет, суровые строители кораблей и мостовых кранов хохотали до слез, стуча бокалами по деревянным столам. Они влюбились в свою новую молодую начальницу без памяти, видя в ней не недосягаемую аристократку, а искреннего, умного и невероятно обаятельного лидера, способного встать плечом к плечу с любым из них.
Едва Даын успела привыкнуть к запаху морской соли, раскаленного металла и утренних туманов южного порта, как совет директоров семейного холдинга принял решение перебросить её на совершенно иной фронт — в креативное агентство и департамент люксового ритейла, занимавшийся продвижением ведущих европейских модных домов по всей Восточной Азии.
Вот здесь потенциал Даын развернулся на полную мощность!
Офис агентства, расположенный в самом сердце престижнейшего сеульского района Чондам-дон, буквально искрился от бесконечных чашек крепчайшего эспрессо, глянцевых эскизов, образцов редких тканей и непрерывных споров стилистов. Даын ворвалась туда как свежий весенний вихрь. В первый же день своей работы она безжалостно завернула три скучные, стандартные рекламные кампании, собрав весь руководящий состав в конференц-зале:
— Мы живем в новом миллениуме! — задорно объявила она, бросив на стол стопку серых макетов. — Кому сейчас нужны эти чопорные, застывшие позы из прошлых веков? Мы делаем моду для молодого, дерзкого поколения! Дайте мне настоящий драйв, вспышки неона, уличную энергию и неповторимый корейский колорит!
Когда до даты официального открытия нового флагманского бутика в Сеуле оставались считанные дни, выяснилось, что для центральной инсталляции интерьера и ограниченной коллекции платьев срочно требуется редчайший тайский шелк ручной выделки, который находился в строжайшем дефиците на азиатском рынке.
Менеджеры по закупкам бились в истерике, подписывая отрубы и отсканированные факсы. Даын лишь улыбнулась, достала из сумочки свой новенький сотовый телефон-раскладушку с перламутровым корпусом и набрала знакомый номер в Бангкоке.
— Варни, спасай! Мне нужен лучший шелк твоего региона, и он нужен вчера! — смеясь, произнесла Даын в трубку.
Варни Чеараванон Росс решила проблему за пять минут. Уже на следующее утро спецрейс личного самолета CP Group приземлился в Сеуле с закрытыми рулонами драгоценной ткани наивысшего качества.
Грандиозная презентация флагманского бутика прошла с оглушительным, небывалым успехом. Все главные глянцевые издания Сеула и Токио еще целую неделю выходили с заголовками о «феноменальном чутье и железной хватке молодой госпожи Ли». Даын, читая эти статьи за утренним кофе, лишь весело фыркала: «Льстецы! Мама, наверное, опять подключила свои связи в прессе, чтобы порадовать дедушку».
Естественно, жизнь Даын в этот насыщенный период не сводилась к одним лишь отчетам, графикам и модным показам. Ее пейджер, а затем и яркий сотовый телефон буквально разрывались от нежных сообщений. Кан Мин У оказался удивительно романтичным, внимательным и изобретательным кавалером.
Поскольку и Даын, и Мин У постоянно находились под прицелом объективов светских фотографов и корреспондентов деловых газет, каждое их свидание превращалось в настоящий приключенческий детектив с побегами и маскировкой.
Мин У мог совершенно внезапно приехать к черному выходу офиса на винтажном итальянском мотороллере мятного цвета. Даын, прямо в лифте скинув строгий деловой пиджак и надев защитный шлем поверх вечерней укладки, с громким смехом запрыгивала на заднее сиденье. Они мчались по освещенным неоном набережным реки Ханган — подальше от бдительных взглядов прессы и опеки.