Страница 7 из 62
Эллери похлопал Уивера по плечу и рассеянно поправил пенсне.
— Сейчас я разберусь, что к чему, Уэстли. Позже поговорим с тобой тет-а-тет. Ты ведь здесь будешь? А то отец мне уже вовсю сигнализирует. Держись, Уэс!
Он улыбнулся и отошел. В глазах Уивера, снова привалившегося к стене, блеснул огонек надежды.
Инспектор что-то зашептал сыну, Эллери так же тихо ответил ему и подошел к Праути, чтобы понаблюдать за ходом осмотра трупа. Инспектор же тем временем обратился ко всем присутствующим.
— Попрошу тишины! — потребовал он.
В витрине немедленно воцарилось напряженное молчание.
Глава 6
ПОКАЗАНИЯ
Инспектор выступил вперед.
— Всем придется остаться здесь, — заявил он, — пока мы не закончим первоначальное расследование. Хочу предупредить сразу, предваряя возможные просьбы о каких-либо привилегиях, что здесь совершено убийство. А так как в подобных случаях к обвиняемым применяются предельно жесткие санкции, то закон не делает скидок на высокое положение отдельной личности или престижности учреждения. Некто убил женщину. В данный момент этот «некто» может находиться за несколько миль отсюда или в этом же самом помещении. Надеюсь, вы понимаете, джентльмены, — его усталый взгляд задержался на пяти директорах, — что чем быстрее мы перейдем к делу, тем лучше. Мы и так потеряли слишком много времени.
Подойдя к двери, Квин распахнул ее и громко крикнул:
— Пигготт! Хессе! Хэгстром! Флинт! Джонсон! Риттер!
В комнату вошли шесть детективов. Широкоплечий Риттер старательно прикрыл за собой дверь.
— Хэгстром! Где твой блокнот?
Детектив достал из кармана небольшой блокнот для записей и карандаш.
— Пигготт, Хессе, Флинт, займитесь витриной!
Инспектор добавил что-то вполголоса. Три детектива усмехнулись, разошлись в разные углы помещения и начали методичный осмотр мебели, пола и стен.
— Джонсон — кровать!
Один из двух оставшихся детективов подошел к стене-кровати и занялся ее осмотром.
— Риттер — оставайся рядом со мной!
Инспектор вынул из кармана старую потемневшую табакерку, заложил в обе ноздри ароматный табак и вернул табакерку на прежнее место. После этого он окинул взглядом перепуганную аудиторию. Эллери с улыбкой наблюдал за ним.
— Вот вы, там! — Квин указал пальцем на негритянку, устремившую на него взгляд безумно распахнутых глаз. Кожа на ее лице от страха приобрела серовато-фиолетовый оттенок.
— Да, сэр? — ответила девушка, приподнимаясь.
— Ваше имя? — резко осведомился Квин.
— Дайана Джонсон, сэр, — пробормотала она дрожащим голосом.
— Ну, Дайана Джонсон, — продолжал инспектор, шагнув к ней, — почему вы опустили эту кровать сегодня в двенадцать пятнадцать?
— Потому что, сэр… — Негритянка запнулась.
Лавери неуверенно поднял руку:
— Я могу это объяснить…
— Сэр, у вас еще будет возможность дать ваши объяснения, когда вас об этом попросят.
Лавери покраснел.
— Продолжайте, мисс Джонсон.
— Да, сэр!.. Это обычное время начала демонстрации. Я всегда прихожу сюда без нескольких минут двенадцать, чтобы собственноручно все приготовить, сэр. Показывая вот эти предметы, — она кивнула на кровать и этажерку для книг, — я, как обычно, подошла к стене, нажала на кнопку, и мертвая женщина упала прямо к моим ногам…
Вздрогнув, девушка бросила взгляд на детектива Хэгстрома, который стенографировал ее показания.
— Когда вы нажимали кнопку, мисс Джонсон, то не знали, что тело находится внутри? — спросил инспектор.
Негритянка еще сильнее вытаращила глаза.
— Нет, сэр! Если бы я только об этом знала, то не прикоснулась бы к кровати даже за тысячу долларов!
Медсестра в халате нервно хихикнула, но тут же замолчала, поймав на себе суровый взгляд инспектора.
— Хорошо. Это все. — Квин повернулся к Хэгстрому: — Все записал?
Детектив серьезно кивнул, хотя и заметил краем глаза, что старик украдкой ему подмигнул. Инспектор распорядился:
— Сестра, отведите Дайану Джонсон в медпункт, и пусть она там побудет до моих дальнейших распоряжений.
Негритянка с явным облегчением покинула витрину. Сестра угрюмо последовала за ней.
Инспектор вызвал полицейского Буша. Тот отдал честь и объяснил, отвечая на вопросы, что в момент падения тела находился на тротуаре, а потом прошел в витрину. После этого он получил приказ вернуться на свой пост на Пятой авеню.
— Краутер!
Детектив универмага стоял рядом с Эллери и доктором Праути. Он неуклюже приблизился к инспектору, не проявляя при этом испуга.
— Вы здесь старший детектив?
— Да, инспектор. — Краутер усмехнулся, продемонстрировав пожелтевшие от табака зубы.
— Сержант Вели сказал, что поручил вам отправить ваших людей на первый этаж вскоре после того, как был обнаружен труп. Вы выполнили его распоряжение?
— Да, сэр. Там уже работают более полудюжины наших сотрудников, — с готовностью отозвался Краутер, — Но пока они не обнаружили ничего подозрительного.
— Ну, этого и следовало ожидать. — Инспектор взял очередную понюшку. — Скажите, что вы обнаружили, когда пришли сюда?
— Я впервые услышал об убийстве, когда один из моих детективов позвонил мне наверх по служебному телефону и сообщил, что на тротуаре началась какая-то суматоха. Я немедленно спустился и, проходя мимо этой витрины, услышал, что меня зовет мистер Лавери. Тогда я вошел, увидел труп на полу, а рядом лежащую без сознания негритянку. Буш, постовой полицейский, вошел следом за мной. Я велел ему ничего не трогать, пока не прибудут люди из Главного управления, а потом занимался толпой снаружи до прибытия сержанта Вели. Далее я следовал его распоряжениям и…
— Ладно, Краутер, достаточно, — прервал его инспектор. — Никуда не уходите, вы еще можете понадобиться. Для работы в таком большом универмаге только одних наших людей будет явно недостаточно. — Он повернулся к Праути: — Вы уже закончили, док?
Все еще стоящий на коленях полицейский врач кивнул:
— Почти так, инспектор. Хотите выслушать результаты прямо здесь?
Казалось, ему не хочется сообщать информацию в присутствии стольких посторонних.
— Да, — буркнул Квин. — Тем более, что она все равно вряд ли будет особенно содержательной.
— Разумеется. — Праути, кряхтя, поднялся, не выпуская изо рта сигару. — Женщина была убита двумя выстрелами из кольта 38-го калибра, — начал он. — Пули, очевидно, выпущены из одного и того же оружия — трудно сказать более определенно без детального исследования их под микроскопом.
Праути отдал инспектору два бесформенных кусочка металла красноватого цвета. Тот повертел их в руке и молча передал Эллери, который принялся их рассматривать с неподдельным интересом.
Праути, обреченно глянув еще раз на труп, сунул руки в карманы.
— Одна пуля, — продолжал он, — угодила в область сердца. Это классическое огнестрельное ранение в перикард, инспектор. Пуля раздробила грудную кость, проникла сквозь перикардиальную перегородку и пошла далее — сначала через волокнистый слой околосердечной сумки, затем сквозь серозный слой и, наконец, достигла сердца. Пуля вошла в тело под углом, оставив страшную рану…
— Значит, смерть была мгновенной? — спросил Эллери. — Необходимости во втором выстреле не было?
— Именно так, — сухо ответил Праути. — Любая из двух ран должна была вызвать мгновенную смерть. Вторая пуля… хотя, возможно, она была первой — не знаю, какая из пуль угодила в нее раньше, — короче говоря, пуля номер два вызвала еще более разрушительные последствия, чем первая. Она проникла в предсердие — область чуть ниже сердца и выше брюшной полости, также оставив рваную рану. Поскольку область предсердия содержит важнейшие мышцы и кровеносные сосуды, ранение туда столь же смертельно, как и в сердце… — Праути внезапно замолчал, с раздражением разглядывая лежащий на полу труп.
— Выстрел был произведен с близкого расстоянии? — поинтересовался инспектор.