Страница 22 из 66
Глава 8
Москва
Приехал в Шереметьево за час двадцать до вылета самолета. И конечно же, этого времени мне без проблем хватило, чтобы пройти все положенные процедуры и сесть вовремя в самолет. Вспомнил, как в будущем минимум за два часа до вылета прилетал, чтобы точно успеть. Сейчас с этим полегче. Одно только тревожит, что проверок нет на то, не везет ли кто-то с собой оружие. Помню, что в семидесятых несколько таких случаев точно уже было.
Впрочем, конкретно в случае этого полета это совсем неважно. Захватывают только те советские самолеты, которые по Союзу летают. Все, кого на борт пропустили, и так в Европе окажутся. Надо только немного подождать, и нет никакой нужды размахивать пистолетом и требовать туда лететь.
Перелет по сравнению с нашей поездкой в Японию был, конечно, пустяковый по продолжительности. Да я еще и новую книжку прихватил Майн Рида. В ней были три повести, «Оцеола, вождь семинолов», и парочка других. Не успел еще прочитать, как получил, только оглавление глянул. И тут же вспомнил, что в прошлой жизни эту повесть впервые прочитал, когда мне было лет пятнадцать, если не путаю. И, конечно, уже почти все успел позабыть.
Так что, когда на посадку в Риме пошли, я был полностью поглощен книгой и даже немножко удивился, что так быстро долетели.
Нас выпустили из самолета, и я по привычке ускорился, чтобы не оказаться в хвосте очереди на проверку документов. Но все же минут пятнадцать в очереди пришлось простоять, обогнавший меня парень чем-то привлек внимание полицейских и все это время с ним провозились, прежде чем в страну впустить.
Несколько минут и мой паспорт внимательнейшим образом рассматривали. Ну да, можно понять, граждане Советского Союза все же редко приезжают вот так самостоятельно, а не в составе туристической группы.
Думаю, скорее всего, им обычно удается увидеть граждан СССР по одному, только когда дипломаты приезжают, но у них же дипломатические паспорта.
Но все же пропустили меня в Италию.
Минут сорок пришлось подождать багажа, затем я без проблем прошел таможню. Даже чемодан не пришлось открывать. Впрочем, я и сам был хорошо одет, во все импортное, и чемодан кожаный выглядел дорого-богато. Вполне могли подумать, что состоятельный итальянец домой из СССР возвращается.
На выходе из закрытой части аэропорта столпилось прилично народу с табличками. В принципе, я ждал, конечно, этого, но все равно было приятно увидеть, что стоит высокий молодой мужик с огромной табличкой над головой — «Павел Ивлев», причем на русском языке.
Правда, написаны имя и фамилия были от руки, и было понятно, что вряд ли русский язык тот, кто рисовал, знает хорошо. В букве А поперечина была присобачена почти под самым верхом, так что, будь у меня зрение похуже, вообще бы ее не заметил, решив, что там написано Плвел, а не Павел.
Зато английский встречающий меня знал прекрасно. Обрадовавшись тому, что я подошел, тут же подхватил мой чемодан и пригласил следовать за ним.
— Если вы не возражаете, сеньор, — сказал он, — через сорок минут у нас самолет до Милана. Купим вам сейчас билет и полетим на нем. А из Милана к Больцано мы поедем лимузином.
Конечно, я не собирался возражать ни в коем случае. Как тут по Италии летать, чтобы удобней было, местным всяко виднее.
Через два часа уже выходили из самолета в Милане. Через полчаса забрал свой багаж, и на выходе из аэропорта нас ждал уже лимузин. Да еще и красный почему-то…
Привык я уже, выбираясь за границу, кататься в лимузинах.
Денег на мой прием Тарек явно не пожалел. Это был не лимузин, а настоящий лимузинище.
Нет, не те, конечно, что по восемнадцать метров длиной, которые всякие голливудские звезды используют, чтобы показать, что у них прямо вот «успех успех». Но он явно побольше был и того, на котором меня к Фиделю Кастро возили, и того, на котором в Японии катали.
Было по-настоящему жарко. Градусов восемнадцать так точно, а я в пальто приехал. Ну по Москве, где был небольшой минус, когда я уезжал, без пальто было никак ездить…
Чемодан мой сопровождающий закинул в багажник, мне предложил устраиваться в салоне лимузина, а сам пошел на водительское место, которое, кстати, было отделено от пассажирского отсека поднятым стеклом.
Правда, обосновавшись внутри на кожаном сиденье, я быстро обнаружил, что на спинке водительского сиденья имеется кнопка, над которой была надпись на английском — «связь с шофером».
Но с шофером я связываться пока не собирался. Прежде чем устроить меня в лимузине, сопровождающий рассказал, что я могу угощаться всем, что есть в салоне. Я немедленно этим и занялся.
Диванов тут было два, а между ними стоял островок с баром. Алкоголь меня не заинтересовал, но тут имелся и сок, трех разновидностей. Выбрал апельсиновый сок в тетропаковском пакете. Обнаружил также большой выбор разных видов шоколада.
Шоколад есть не хотелось, поэтому я продолжил обыск островка и достаточно скоро обнаружил, сдвинув крышку, что под ней находится портативный холодильник, в котором оказался неплохой выбор мороженого.
Вот это уже совсем другое дело, — обрадовался я. Налил себе соку, достал первую мороженку, которая зашла очень хорошо. Выпил сок, потом сточил вторую мороженку. Затем обратил свое внимание на небольшую тумбу, стоявшую сбоку от бара.
Подняв крышку, обнаружил там большой выбор достаточно свежей англоязычной и италоязычной прессы. Достал несколько номеров Financial Times за последние несколько дней и принялся изучать эти толстые газеты.
Как показал опыт изучения западных газет в спецхране, мне иногда всякие хорошие мысли приходят по поводу того, чем еще можно было бы мне заняться, или что можно было бы предложить Тареку для внедрения. Да и в целом, учитывая, конечно, что мы будем с ним много говорить о бизнесе, будет совсем неплохо для меня почитать именно что-то наподобие Financial Times. Там очень много всего именно про бизнес.
Изучив все четыре имеющиеся газеты, решил немножко вздремнуть, чтобы голова была свежая, когда приеду в Больцано и встречусь с Тареком. Диван, на котором я сидел, более чем позволял вытянуться на нем во весь рост, что я и сделал.
Проснувшись, глянул на часы. Судя по словам шофера, когда садились в машину, где-то через полчаса мы уже должны быть на месте.
Минут пять смотрел в окно. В Италии в прошлой жизни я был много раз, в том числе и в этих краях, так что чем-то меня удивить было бы сложно. Разве что, как и ожидалось, дома вокруг были более скромными. Уровень жизни сейчас был явно пониже, чем в Италии двадцать первого века, по которой я ездил в прошлой жизни.
Ну да, она одной из последних европейских стран оправилась после Второй мировой войны. А в сороковых годах тут вообще нищета была совершенно жуткая. Вполне может быть, что это было одной из главных причин любви советского Политбюро к массовой закупке итальянских фильмов послевоенного времени для показа их в Советском Союзе. На фоне той нищеты, которая в них демонстрировалась, советские граждане, видимо, должны были успокоиться и понять, что сами живут еще вполне себе неплохо по сравнению с итальянцами.
Почитал немножко еще Майн Рида, но вот, наконец, мы и остановились. Из окна был виден только высокий белый забор, над которым торчали верхушки деревьев.
Через пару секунд дверь в салон была открыта моим шофером.
Достав чемодан, он подхватил его и проводил меня до калитки в этой длинной стене. Чемодан забирать я у него не стал. Приехал в гости к миллионерам, так надо мириться с принятыми у них обычаями.
Усмехнулся, увидев на стене свесившего хвост рыжего кота, что сладко дремал на солнце.