Страница 15 из 66
— С картошкой, наверное, тоже можно? — с изумлением на лице, что я вообще, приехав из Москвы, хоть в чем-то разбираюсь, предположила Маргарита Васильевна.
— Нет, они вместе плохо растут, увы. — ответил я, опять же вспомнив про собственный дачный опыт. Но ладно с этим топинамбуром. Картошку продолжим выращивать. А так, из овощей, я думаю, еще и перцы с треском улетят, что сладкий, что горький. Москва любое количество сможет взять.
Помидоры и огурцы те же самое. Постоянно нужны, огромная нехватка есть.
По капусте сами смотрите. Насколько я наслышан, там дело с ней сложное достаточно, портится она легко. Если так оно и есть, то, может, и черт с ней, с этой капустой, пусть кто-нибудь другой с ней мучается. Будем выращивать чисто для своих нужд.
Да, к капусте у меня личные счеты. Капусту я зарекся на даче сажать. То заплесневеет, то гусеницы пожрут. Ну ее нафиг… Помидоры у меня в теплице блестяще росли, главное, когда туманы пойдут вовремя форточку закрывать, огурцы и без всяких теплиц радовали каждый год, перцы, если мыши вскоре после посадки рассаду не погрызут, тоже очень неплохо. А капуста… Капусту я так и не освоил в прежней жизни.
И арбузы тоже немало меня разочаровали. Фигня какая-то. Максимум с волейбольный мяч они у меня вырастали, но и то редко. И сладости никакой, зарёкся с ними связываться. Растут они хорошо в Астрахани, вот и славно. А под Москвой с ними возиться ни к чему. Баловство это.
— Вопросы ко мне какие-то имеются, Сергей Николаевич, у вас или у других ваших специалистов? — просил я, решив, что пока что вводных достаточно. Нечего чрезмерно над людьми издеваться, только же познакомились.
— Не имеется, Павел Тарасович, — сказал директор, глядя на меня стеклянными глазами. — Обмозговать бы все надо.
— Ну хорошо, давайте, Сергей Николаевич, мы с вами пройдемся, пока Геннадий Борисович тут некоторые моменты будет уточнять. — предложил я.
Молча оделись, вышли на улицу. Предложил прогуляться подальше от любопытных ушей за контору.
— В общем так, Сергей Николаевич, — начал я, едва мы за нее зашли. — Вам, может быть, уже говорили, что не просто так вы теперь при «Полете» будете работать. Но, возможно, не сказали, что, на самом деле, взлетит ваш совхоз гораздо выше, чем раньше.
Непосредственно курировать ваше предприятие пока что буду я, даже не люди от «Полета». Но надо мной очень и очень серьезные люди находятся, которых вам нельзя будет разочаровать. Финансирование вам будет обеспечено неслыханное, но и отвечать вы за выделенные средства тоже будете не формально.
Задачи мы вам будем ставить серьезные, и от вашей способности их реализовать, в том числе, и ваше личное благосостояние будет зависеть. Вы же не против, если какие-то премии неофициально будут идти вам и вашим ключевым работникам?
Немножко подумав для вида, директор с заблестевшими глазами сказал, что он не против. Я, впрочем, сразу понял, что он согласится. Первая реакция — она самая показательная. Не побагровел и кулаки не сжал сразу при таком предложении — значит, договоримся.
— Прекрасно. — сказал я. — Значит, если вы безукоризненно свое хозяйство наладите, с учетом того, что все ваши нужды разумные будут удовлетворяться, чтобы из вашего совхоза игрушечку сделать, то вам лично каждый месяц будет конвертик поступать, в котором триста пятьдесят рублей будут лежать, а вашим специалистам трем ведущим, что лучше всех себя в прошлом месяце показали, по двести рублей будут капать. Поставите работу вообще безукоризненно, все ваши специалисты будут радовать вас и нас, я добьюсь того, чтобы такой же конвертик был у каждого из них, а не только у трех человек.
Что взамен требуется? Не спускать деньги, что будут по линии «Полета» идти, без толку. Не допускать никакой бесхозяйственности.
Если я, к примеру, приеду неожиданно, а у вас на техдворе пьяные техники сидят и козла забивают, вместо того чтобы техникой заниматься, то не обессудьте. В этом месяце у вас и у того, кто за техников отвечает, никаких личных премий иметься не будет.
Дальше я ему и все остальное рассказал. И про помощь как с машиной, так и с ремонтом машин руководящих сотрудников совхоза, так и с квотой на пять человек молодежи в лучшие вузы Москвы. Главное назвать надо, кого куда пристроить, а этим мы сами займемся.
Директор нисколько не возражал против всего того, что слышал. Кивал только ошарашенно, но довольный.
Ну, раз я ему все изложил, что при всех нельзя было, то обратно вернулись.
Геннадий Борисович, поняв, что основные вопросы мы решили, тут же позволил себе на водочку приналечь.
Минут через сорок уже отправились и в обратную дорогу.
Дочитали главу — порадуйте автора, поставьте книге лайк, если еще не сделали этого раньше! Вам несложно, а мне — приятно!!! h https://author.today/work/616548