Страница 7 из 65
— Сделайте перерыв, — говорит Эдриан остальным, спускаясь со сцены и направляясь ко мне. — Попробуем еще раз завтра.
Он качает головой, и, учитывая его немногословность и скудность мимики, я не уверена, что когда-либо видела его таким злым.
— Ты тоже можешь идти, Мэри, — он берет стопку бумаг с сиденья рядом со мной. — Мы продолжим этот бардак, когда они немного отдохнут.
— Ты думаешь, они действительно собираются это сделать прямо сейчас? — я поднимаю бровь. — Отдыхать?
Он глубоко вздызает.
— Кто, блять, теперь знает?
— Рок-звезды, — шепчу я себе под нос, наблюдая, как они все уходят со сцены, смеясь над словами Рома, словно это обычный день.
— К этому привыкаешь, — Эдриан садится рядом со мной и потягивается.
За те несколько недель, что я работаю с группой, я начала понимать их взаимоотношения, и я не уверена, как Эдриан это терпит. Кажется, он единственная причина, по которой они до сих пор вместе, тот клей, который их скрепляет. И что меня бесит, так это то, что никто из них, похоже, этого не ценит.
— Им повезло, что у них есть ты, — говорю я Эдриану, хватая сумку и вставая.
— Скажите им об этом.
Я опускаю подбородок и смотрю на него.
— О, да. Обязательно. Я с удовольствием немного поколочу их, если ты считаешь, что это поможет.
— Заманчиво, — усмехается Эдриан. — Но, зная этих парней, им бы это чертовски понравилось.
Я не могу удержаться от смеха, потому что он, вероятно, прав.
Эдриан встает и берет свои вещи, пока остальные члены команды начинают освобождать сцену.
— Иди и насладись долгой ночью, это же Вегас, в конце концов. Завтра мы продолжим. И, если повезет, у нас из ушей не пойдет кровь.
— А что насчет тебя?
— Сегодня вечером я с этим покончу. К черту их. Лучше не знать, во что они сейчас ввязываются, поэтому я иду спать.
— Поняла, босс, — говорю я. — Наслаждайся неведением.
Эдриан кивает и уходит, выглядя так, будто ему не помешал бы месяц отдыха, и этого все равно было бы недостаточно. Его работа — это не шутка, группа постоянно заставляет его убирать за ними. И не помогает то, что Эдриан, похоже, не умеет выпускать пар, как остальные. Для менеджера самой популярной рок-группы в стране он нечасто ходит на вечеринки.
В отличие от меня.
Даже если группа бывает невыносимой, а присматривать за рок-звездами — сплошная головная боль, я получаю от этого выгоду, присоединяясь к ним, когда мне нужно расслабиться. Если мне приходится терпеть их выходки, можете быть уверены, я буду наслаждаться и преимуществами.
Я не уверена, о чем думала, когда брала туфли на каблуках в Вегас, потому что там слишком много приходится ходить пешком, чтобы носить их. Вместо этого я сменила их на сапоги и решила, что они хотя бы немного дерзят к моему обтягивающему черному мини-платью.
Прелесть Вегаса в том, что можно ходить практически без одежды и при этом выглядеть полностью одетым, в зависимости от того, в какой обстановке вы находитесь.
Нажав кнопку открытия лифта, я откидываюсь назад и начинаю просматривать сообщения. От родителей по-прежнему ничего. Видимо, они намеренно не разговаривают со мной, пока я не пойму, что совершила огромную ошибку, и не вернусь в колледж.
Жаль, что этого не произойдет. Мне двадцать три, и я собираюсь жить своей жизнью. Оставаться в Сиэтле и гнаться за карьерой, которая мне безразлична, было бы пыткой.
Двери вот-вот должны были закрыться, когда между ними скользнула рука. Медленно они распахнулись, и перед нами предстал Ноа с ухмылкой на лице. Он входит внутрь, но перед этим оглядывает меня с ног до головы.
— Мерседес, — говорит он с улыбкой, придвигаясь ко мне слишком близко.
— Ноа, — бубню я, стараясь избегать его взгляда.
В своей простой серой футболке и черных джинсах он может и выглядит неплохо, но я не позволю ему застать меня за этим разглядыванием.
Ной производит на меня впечатление парня, которому нравится погоня, потому что последние три недели он только этим и занимался, независимо от того, как часто я его останавливала. Но я знаю, что произойдет, когда азарт угаснет и он поймет, что я не та девушка, за которую себя выдаю.
Ноа лучше бы оставаться верным милым, симпатичным девушкам — блондинкам с голубыми глазами, с внешностью, подходящей для роли жены в Степфорде. Типичной копии одной из многочисленных поклонниц, которых он привлекает.
А он привлекает их очень многих.
— Как всегда, выглядишь великолепно, — он наклоняется ближе, и я вдыхаю аромат жвачки с нотками мяты, которую он жует.
— А эти банальные фразочки для знакомства действительно работают на женщинах? — я закрываю приложения на телефоне и поворачиваюсь к нему лицом.
— Скажи мне сама, — усмехается он.
Его волосы заправлены за уши, подчеркивая точеный подбородок и пронзительные голубые глаза, которыми он пытается пронзить меня насквозь.
— Нет, — я прищуриваюсь, что, кажется, только забавляет его.
— Хорошо, что в моей профессии пикап-фразы не являются необходимостью, — говорит он, пожимая плечами и глядя прямо перед собой.
Я закатываю глаза, кладу телефон обратно в сумочку и скрещиваю руки на груди.
— Куда ты направляешься? — Ноа поворачивает голову в сторону и снова оглядывает меня. У меня от неожиданности скручивает живот, что мне совсем не нравится.
Ноа излучает такую энергию, которую я бы предпочла лучше игнорировать. Что-то в этом солнечном свете, который от него исходит, заставляет тебя чувствовать, будто ты вращаешься вокруг него, хочешь ты этого или нет. И я это замечаю.
— Кое-куда.
Ной усмехается.
— Забавно, я как раз туда и направлялся.
— Ты не будешь за мной следить.
— Возможно, я уже направлялся туда, куда направляешься ты, — он лишь пожимает плечами.
— Это точно не так.
— Разве?
Мы оказываемся в той же самой тупиковой ситуации, в которой я оказывалась с ним почти каждый раз, когда мы сталкиваемся лицом к лицу. Он пытается приблизиться, а я отталкиваю его. Этот парень намерен прорвать то, что он считает стеной внутри меня.
Удачи. Этого не произойдет.
То, что я отличаюсь от девушек, которыми он обычно себя окружает, не означает, что я настолько глупа, чтобы поверить в его мимолетный интерес.
Я понимаю. В школе я была странной девочкой, всегда носила темную одежду и рисовала на себе маркерами. Я никогда не вписывалась в общую картину, о чем мне с удовольствием напоминали одноклассники.
Половину времени надо мной издевались. Другую половину меня преследовали парни, которые хотели удовлетворить свои странные фетиши. В любом случае, когда им это надоедало и они наедались досыта, они всегда уходили.
Но это было тогда, а это — сейчас. Я стал умнее — сильнее — и я достаточно хорошо понимаю, что не стоит впускать кого-либо в свою жизнь.
— Я понимаю, что ты делаешь, Ноа, — я выпрямляюсь, хотя и не могу сравниться с ним по росту, особенно в своих сапогах.
В лифте Ноа поворачивается ко мне лицом, прислоняясь к стенке и скрестив лодыжки, с забавным выражением лица.
— О, правда? — он приподнимает бровь. — Что ж, тогда просвети меня.
— Ты пытаешься вывести меня из равновесия, — я бросаю на него взгляд. — И я уверена, что у тебя это получается с большинством женщин — размахивая членом и одаривая их этой глупой ухмылкой на лице. Но я уже сталкивалась с красавчиками, которые за мной ухаживали. Парни, которые интересовались мной только потому, что я казалась опасной или запретной. И я знаю, что это не так. Трусики с меня не слетят, так что можешь прекратить притворяться.