Павшая святыня

— Сергея Стоянова, директора Centrium Group, главу семьи Стояновых, — закончил я за нее.

Джада на секунду замолчала от изумления, а затем вздохнула.

— Тебе нужен его адрес?

— Да.

Послышался стук клавиш, а затем заговорил низкий голос. Ее мужа.

— Так. Мне велено передать тебе, что врываться в одиночку в логово мафии, чтобы спасти девушку, не самая разумная идея. Кроме того, Элио всё ещё в Италии, совсем недалеко от тебя. Я сообщу ему, что происходит, и ты дождёшься, пока он приедет и поможет.

— Отрицательно. Ждать я не собираюсь. И не оставлю Катарину с этим человеком ни на секунду дольше, чем необходимо.

— Массимо! Если ты умрешь, её уже никто не спасёт, — напомнила Джада.

Чёрт, почему она всегда умудрялась говорить именно те вещи, которые больше всего раздражали и при этом оказывались правдой?

— Мне нужна услуга, — сказал я, меняя тему. — Нужно забрать из квартиры Блэквуда важные документы. И ещё не помешала бы команда по зачистке.

— Поняла. Какие документы?

— Истории пациентов. Они занимались этим и раньше. По всей Европе. И продолжают заниматься этим сейчас, повсюду… Джада… — Я сделал паузу. — Я нашёл несколько писем с эмблемой голубя и лаврового венка.

Джада замолчала. Она месяцами искала эту эмблему, пытаясь помочь мне найти место последнего упокоения моей матери.

— Хочешь сказать?..

— Я хочу сказать, что они сотворили это с моей матерью. Она была их пациенткой. — Я едва мог выдавить эти слова. За эту ночь я прочитал слишком много отчетов о том, как они поступали с беременными. Неужели моя мать лежит в безымянной могиле, ее тело изрезано на куски, а органы изъяты?

Голова шла кругом. Прошлое столкнулось с настоящим, и я терял контроль.

— Массимо, — голос Джады прорвался сквозь шум в голове. — Я пришлю людей за бумагами и для уборки. Не переживай, я всё решу. Езжай домой и отдохни, пока Элио не выйдет на связь. Тогда, и только тогда, пойдешь вытаскивать свою девушку. Возьми себя в руки. Ты ей нужен.

Ты ей нужен.

Да, я был ей нужен. Катарина. Мой ангел. Её образ заполнил мои мысли, и пелена перед глазами рассеялась. Новые силы наполнили меня, расправили плечи и заставили выпрямиться.

Я был ей нужен.

Больше ничего не имело значения.