Страница 8 из 64
На лице Громыко ничего не дрогнуло. Он по-прежнему смотрел на Андропова с выражением легкого интереса.
С уважением оценив такую способность держать непроницаемое лицо, хоть и совершенно логичную для министра иностранных дел, Андропов продолжил:
— Судя по той информации, что была собрана во время этой поездки, ну и само собой, и за те полторы недели, что у нас были после вашего запроса перед этой поездкой, никакой связи между Кулаковым и Ивлевым не имеется. Более того, мои люди обнаружили, что Ивлев как раз от Кулакова тоже как-то пострадал. Тот хотел его от Межуева в свои помощники перетащить, а Ивлев отказался. И Кулаков, как человек самолюбивый, оскорбился, и сразу начал использовать административный ресурс против него.
На этом Андропов пока что предпочел и закончить, прекрасно понимая, что если он сам будет активно навязывать Громыко эту точку зрения, то это даст тому возможность подумать о том, что он все это придумал, руководствуясь какими-то своими неизвестными целями. Все равно Громыко не удержится и сам начнет вопросы задавать.
Так оно и вышло. И пяти секунд не прошло, как Громыко несколько раздраженным тоном спросил:
— А как же тогда, Юрий Владимирович, мне нужно оценивать тот факт, что Ивлева видели выходящим из приемной Кулакова? Или вы скажете, что это был как раз тот случай, когда ему было сделано это предложение?
— Сами понимаете, Андрей Андреевич, на уровне Политбюро мы никакую слежку не ведем и вести не можем, — развел руки в стороны Андропов, никак не выражая свое отношение к этому факту. Но главное, что не помешает еще раз Громыко это напомнить, чтобы потом никаких нехороших мыслей у него не было, что Андропов готов злоупотреблять полномочиями комитета. — Так что с уверенностью вам сказать этого не могу. К сожалению, опять же, нет у меня и точной информации по времени, когда все эти проблемы у Ивлева с Кулаковым начались. Но факт налицо, что попытка переманить Ивлева Кулаковым у Межуева была и закончилась неприятными последствиями для Ивлева после его отказа.
Вы, кстати, об этом можете не только у меня спросить, но и у Межуева. Кстати говоря, если недавние слухи по его новому назначению подтвердятся, то можете совместить это с поздравлениями. Человек он очень по всем отзывам приличный, в том числе и по негативным отзывам от всяких прилипал и приспособленцев, которые никогда ничего хорошего ни об одном стоящем человеке не скажут. И это фактически является с их стороны самой что ни на есть лучшей рекомендацией, что человек по-настоящему честен и к нему нужно относиться с уважением.
— Межуева я, конечно, знаю, и с ним переговорю. Само собой, не ссылаясь на этот наш разговор. — сказал, наморщив лоб, Громыко. — Но все равно это не дает ответ на один очень важный вопрос. Как восемнадцатилетний парень мог сделать все то, что по докладу Посольства СССР на Кубе, что я получил, он там сделал?
Не могу я поверить, что он вот так вот просто, приехав на отдых с семьей, задружился с Фиделем и Раулем Кастро и множество инициатив предложил, которые не далее как в феврале Политбюро СССР в полном объеме одобрило.
Неужто вы сами, Юрий Владимирович, способны поверить в то, что обычный молодой парень на такие вещи способен без какой-то поддержки за его спиной?
— Понимаете, Андрей Андреевич, есть такое понятие, как гений, уникум, вундеркинд. Люди, которые делают то, что другим кажется совершенно непостижимым в достаточно молодом возрасте, и слава о которых идет потом десятилетиями. Взять того же Гайдара, который полком в шестнадцать лет руководил. Или Александра Македонского, который в возрасте Ивлева уже огромную часть европейской и азиатской территории под себя подмял, сделав из крохотной Македонии державу мирового уровня. Вот просто есть такие люди, и все тут, и ничего с этим не поделать. Я вот для вашего сведения, но только для него, принес четыре протокола. Мы по вашей просьбе внедрили в окружение Ивлева своего человека во время его поездки в Японию. Вот после приезда он только и делал, что все это писал по памяти…
— Что это? — спросил Громыко.
— А это краткий конспект основных мероприятий, что Ивлев провел на территории Японии. Причем, как достоверно известно, ни к кому из этих людей на прием он не напрашивался. Вы увидите и разговор, который он провел с главой корпорации «Тойота», и масштабную дискуссию в Токийском университете с местной профессурой. Такую же дискуссию с членами очень престижной Японской ассоциации культурных связей с зарубежными странами. Ну и на закуску посмотрите также, какое впечатление этот молодой парень на министра внешней торговли и промышленности Японии смог произвести. Тот, как отмечает наш человек, когда Ивлев начал о перспективах Японии рассказывать в восьмидесятых и девяностых годах, побледнел прямо на глазах.
Ну а что касается того, сам Ивлев свои идеи рожает или нет, и повинен ли в этом Кулаков… Кулакова же мы же с вами прекрасно знаем, это обычный приспособленец, никогда особо звезд с неба не хватавший. Достаточно посмотреть, в какой бардак под его руководством сельское хозяйство СССР приведено. Вы же сами всю эту информацию недавно вместе со мной анализировали. Так вот, Андрей Андреич, сам подумай, как бы все то, что Ивлев рассказал одному из самых умных людей Японии, и заставил того побледнеть, могло произойти от Кулакова? Да ему бы большая часть этих вещей в голову бы даже не пришла. А если бы у него были такие же талантливые люди, как Ивлев, то, сами понимаете, он не предпринял бы попытку его к себе переманить, после которой у Ивлева проблемы определенные начались.
Так что, Андрей Андреич, ты документы эти посмотри. Я завтра пришлю офицера, который их заберет. Только еще раз глубочайшая просьба никому не показывать. Я чисто по дружбе в доказательство той точки зрения, что огласил по итогу работы своих людей, и принес все это посмотреть. Ты же попросил, а я со всей серьезностью этот сигнал отработал. Сам понимаешь, как бы я сам был рад, если бы через Ивлева Кулаков работал. Много интересного получилось бы собрать.
И, кстати, обрати внимание на то, как нещадно Ивлева на конфликт японцы выводили. Провоцировали его раз за разом множеством разных способов. И как достойно он держался. Так что, откуда бы он свою информацию ни получал, но Кулаковым, который даже с сельским хозяйством не смог справиться, тут и близко не пахнет.
А самое интересное, что, скажу честно, даже у меня в комитете нет ни одного аналитика, который мог бы вот так же достойно эту серию встреч в Японии провести с таким же ошеломительным результатом.
Мои специалисты могли бы министра внешней торговли и промышленности Японии заставить потеть и бледнеть, разве что пистолет достав и наведя на него. — пошутил Андропов, заставив Громыко слегка улыбнуться. — Ну а Ивлев сумел это сделать без всякого пистолета, просто словами. Там, кстати, он очень плохие вещи Японии предрекает. Мне вот кажется, что они вполне возможны, не зря этот министр так сильно отреагировал.
Мне, кстати, было бы интересно, если у тебя время потом найдется, если бы ты тоже прокомментировал, может ли все это действительно с Японией в будущем произойти, как это твой товарищ Ивлев расписал.
Но одно мне очевидно, что парень умнейший. И то государственное ведомство, которое его к себе сможет подтянуть и закрепить, об этом точно жалеть не будет.
Италия, Больцано
Тарек, пока Андриано вел расследование, привлекая для этого своих самых лучших людей, все никак не мог угомониться. Он уже, не дожидаясь итогов расследования, сам поверил в то, что Мария виновна. Уж очень подозрительно она себя вела, задавая очень специфические вопросы сыну и его жене.