Страница 29 из 64
— В Италию? — удивился Межуев.
— Да, получил приглашение от родственников моей сестры. У меня же сестра замуж вышла за ливанца, который потом в Италию переехал. Состоятельные люди. У них там целый чемоданный завод есть. Вот от этого завода на меня приглашение и было оформлено. Уж не знаю по каким соображениям именно от завода…
— Ну что же, — сказал Межуев, — если приглашение от завода, то, в принципе, это даже лучше, чем если бы оно было от этого твоего свойственника. В каких числах ты поедешь, Паша?
— С пятнадцатого по двадцать пятое марта там буду, — сказал я.
— Ну, в принципе, тогда мы твой перевод в КПК к нам можем устроить после твоего возвращения. Да, кстати говоря, напомни, ты уже успел в партию вступить или еще года нет с момента, как тебя кандидатам оформили?
— Вот как раз двадцать седьмого марта партсобрание будет в МГУ, на котором этот вопрос будут рассматривать, — сказал я.
— Вот, это очень хорошо, что так скоро уже оно будет. — обрадовался Межуев. — А то как в отдел кадров тебе идти оформляться, если ты даже еще не коммунист, а только кандидат в члены партии? Вот, значит, тогда сразу после двадцать седьмого, как партийный билет получишь, и будем решать вопрос с твоим переводом к нам. Тогда уже звонка от меня не жди, а сам после двадцать седьмого числа ко мне по этому поводу обращайся, — сказал Межуев.
Вышел из кабинета Межуева в прекрасном настроении. Улыбнулся Таисии Григорьевне, и она мне тоже очень радостно улыбнулась. У меня новая мысль возникла. Может быть, ей Межуев сказал про свои большие планы в отношении меня, вот она такая и вежливая со мной стала, учитывая, что шефа она очень уважает.
Ну ладно, даже если и не так, не очень это и важно.
Махнул рукой на свои предположения о странностях в поведении Таисии Григорьевны, и пошел к машине.
Москва, КПК ЦК КПСС
Межуев только минут пять как отправил Павла Ивлева с хорошими новостями из своего кабинета, как его секретарша после щелчка селектора сообщила немного испуганным голосом:
— Владимир Лазоревич, к вам Громыко Андрей Андреевич. Вернее, его помощник звонит по поводу разговора с министром.
— Соедините, — велел Межуев несколько удивленно.
С Громыко он знаком был лично, но не очень хорошо. Пересекались разве что на разных партийных мероприятиях высокого уровня. Чисто тот случай, когда здороваешься и пожимаешь руку человеку, но не более того. Тем более профессии у них достаточно разные с министром иностранных дел.
Интересно, что ему могло от него понадобиться? Неужто прознал по поводу его предстоящего карьерного повышения и хочет одним из первых его поздравить, чтобы сформировать хорошее отношение на будущее? Был бы это кто пониже по должности, а не министр иностранных дел с той репутацией, которую уже наработал, и член Политбюро, в это еще можно было бы поверить. Но для Громыко это слишком мелкие игры, чтобы ими заниматься. Явно все же не тот у него повод для разговора.
Помощник Громыко, вежливо поздоровавшись вначале, спросил Межуева, не найдется ли у того времени для личной встречи с министром иностранных дел.
Межуев позволил себе полюбопытствовать, по какому поводу предлагается встретиться, и был немало удивлен, когда получил ответ, что Андрей Андреевич хотел бы с Межуевым поговорить по поводу его помощника Павла Ивлева.
Вот же как совпало все удивительно, — задумался Межуев. — Только что с Ивлевым переговорили, и всего через несколько минут помощник Громыко по его поводу звонит, о встрече с министром договаривается.
Что же, интересно, такое Громыко хочет от меня по поводу Павла услышать? — ломал он себе голову.
Москва, квартира Ивлевых
Приехал домой, а мне Валентина Никаноровна и говорит:
— Павел, вам майор Баранов звонил. Я ему сказала, что ему лучше через пару часиков перезвонить.
Забавно вышло. Мы же с Васей еще после Японии ни разу и не общались. Я его сам собирался звонить, а тут, как говорится, на ловца и зверь бежит. Ну, мой вопрос к Васе понятен. Но интересно, по какому поводу он сам меня разыскивает?
У меня был и домашний телефон Васи, и рабочий. Глянув на часы, набрал рабочий. Все правильно, Вася у себя на работе оказался.
— Привет, дружище, — сказал я, услышав его «Алло». — Как там у тебя дела? Это Павел Ивлев.
— О, Паша, зачем представляешься? Слышимость хорошая, я тебя без проблем узнал. Ну как ты в Японию съездил?
— Прекрасно, Вася, просто прекрасно. У меня, кстати, к тебе разговор есть. К счастью, вовсе не по Японии. Но тебе, наверняка, он будет интересен. Надо бы встретиться, посидеть, пообщаться.
— Что, очередное какое-то расследование? Как одно из тех, после которых я майором стал досрочно?
— Лучше, Вася, лучше. Ты даже не представляешь, насколько лучше.
Вася помолчал, потом сказал осторожно:
— Ну, Паша, ты меня всерьез заинтриговал. Может, чтобы не тянуть, сразу с тобой поужинаем сегодня? Ты как, свободен будешь часов в шесть?
Я взглянул на часы:
— Хорошо. Давай, может, в «Арарате» в шесть встретимся. Я там вчера был, мне понравилось. Да, и кстати говоря, а ты по какому вопросу мне звонил?
И тут Вася, было слышно, несколько засмущался:
— Да, тут такое дело, Паша, ко мне в Москву хотят приехать в гости мать с отчимом моей Риты. Как бы они, конечно, все это так обставили, словно у отчима командировка в Москве, а жену он просто так с собой прихватил. Но есть у меня такое впечатление, что они хотят посмотреть, как я тут живу, ну и в целом глянуть на то, как я в Москве устроился.
— Ну, понятное дело, — усмехнулся я, — дочку свою тебе отдают, вот и хотят посмотреть хотя бы, где она жить будет после свадьбы, раз ты в Москву ее к себе забираешь.
— Ну, это дело понятное. Конечно, и квартиру я им свою покажу. И жить они у меня будут в той самой комнате, где потом мы с Ритой жить будем. Но я что хотел тебя попросить, чтобы получше впечатление на них произвести. Нельзя ли мне их привезти к тебе в гости? Посидим, пообщаемся. У тебя же ремонт совершенно необычный, с моим и близко не сравнить. Да и в целом пусть посмотрят, какие у меня друзья имеются.
Я только головой покачал, когда это услышал. Ну Вася, ну махинатор. А потом подумал, почему бы и нет? Родители у Риты, насколько я знаю, люди вполне приличные. Полковник милиции отчим. Ну а мать, хотя с Васей вначале и не поладила, авось со временем смирится и не будет плохой тещей. Хотелось бы верить, что ему повезет, в отличие от меня. Ну и Вася сам будет, а это неплохо. Так что фактически это чуть более расширенный ужин с Васей, чем если бы он сам просто к нам один в гости пришел.
— Почему бы и нет, Вася. Только нам нужно будет даты согласовать. Я скоро в Италию уезжаю.
Вася был очень доволен моим согласием, и даты мы быстро согласовали.
После разговора с другом, занялся развитием той идеи, что моя умница жена дала по улучшению пьесы. Ну да, что-то я совсем заработался, раз забыл про романтическую линию в произведении.
Пусть будет у Миронова любовь в отряде, красавица цыганка, и погибнет она от фашистской пули… Лучше всего даже от пули того предателя, что отряд сдаст немцам. Пусть он ей соврет, что Миронова тяжело ранили, она примчится его перевязывать и спасать, а он ее убьет. Представляю, какая в зале будет тишина, когда зрители, зная, что она в ловушку идет, будут за этим следить…
Нет, жена у меня, определенно, умничка. Уровень драматизма с этой идеей определенно вырастет.
Закончив с проработкой этой линии, распечатал всю пьесу набело. А глянув на часы, тут же поспешил на совещание с Захаровым и другими членами нашей группировки.