Хищник, прирученный ею

Глава 49

Смотрю на его уродскую рожу и плюнуть от души в лицо хочется. Ненавижу! Я до сих пор не пришла в себя после того видео. Как он только посмел тронуть моих родителей?!

Я не хотела попадать в его уловку, поэтому сразу позвонила Алексу. Но он не отвечал, как бы не названивала. Оставался только один выход.

Знаю, что ничего хорошего от него ждать не стоит. Этот недолюбленный псих одержим идеей превратить мою жизнь в ад. Но теперь мне не так страшно. Алекс обязательно придет за мной. Бояться нужно ему, потому что после такого сомневаюсь, что одним предупреждением он обойдется.

- Что, не рада меня видеть? - усмехается шизик, сидя напротив меня в машине. Не знаю, куда мы едем. На всякий случай запоминаю дорогу. - А я вот по тебе соскучился. Ты уж прости за папашу с мамкой. Нужен был рычаг, чтобы надавить.

Сжимаю руки в кулаки так сильно, что ногти врезаются в кожу. Даже разговаривать с этим ничтожеством не стану. Только сильнее разозлюсь.

- Молчание, малышь, полезно только в кровати. Чего не кусаешься как раньше? Или этот придурок сделал тебя такой слабой?

Я продолжаю молчать, и он резко поддается вперед и сжимает мое горло. Я вцепляюсь в его руку в попытке сбросить ее, но тщетно.

- Думаешь, раз провела время в его замке, стала сильной? - его взгляд темнеет, хватка усиливается так, что дышать становится вообще невозможно. - Уже забыла, как лежала подо мной? Я могу хоть прямо щас трахнуть тебя снова, чтобы освежить память.

Слезы подступают к глазам, но я сдерживаю их. Его слова, полные грязи и угрозы, пугают, но я стараюсь не реагировать. Не дам ему увидеть мою слабость.

Он отпускает меня внезапно, и я хватаю воздух, кашляя. Конченый мудак! Смотрит на меня с наслаждением, наблюдая, как я задыхаюсь.

- Но займемся этим позже. Сейчас у меня куда более важное дело с тобой. Вот только я немного разочарован. Еще вчера ты с таким уверенным видом заявляла, что Алекс меня прикончит. Что сейчас? Куда делось то бесстрашие?

- Я тебя все равно не боюсь, - цежу я сквозь зубы. Хуже уже быть не может. Ему и повод не нужен, чтобы причинить мне боль. Так уж лучше буду получать от него удар, выбесив его. - А молчу, потому что мерзко с таким жалким, недолюбленным папенькой сынком разговаривать. Считаешь себя таким крутым, а по сути чуть что за его юбкой прячешься.

- Ах ты ж сучка! - рычит он, усмехаясь. Рука мгновенно сжимается в кулак. В яблочко.

- А что, не правда?! - продолжаю я давить. - Алекс в отличие от тебя никогда так не делает. Каким бы сильным не был его враг, он принимает от него удар и дает ответку, не прячась за чьими-то спинами, как трус.

Он в ярости бьет меня по лицу. Щека горит, во рту чувствуется привкус крови. Но я не плачу. Наоборот, на губах появляется легкая, едва заметная улыбка.

- И это все, на что ты способен? - шиплю я, вытирая кровь тыльной стороной ладони.

- Нет. Это только начало. Сладкое я оставил на десерт. Скоро увидишь, - он снова наклоняется ближе. - Подожди немного. Я тебе такое устрою, что заткнешь свой ядовитый язык. А потом снова выебу. Потом снова. И снова. И снова. Ты ведь после меня не подпускала к себе этого идиота? Какая верная шлюшка.

- Ошибаешься. Мы с ним каждую ночь спим вместе. И в отличие от тебя ему не понадобилась помощь наркоты, чтобы заставить меня его захотеть. Он знает, как пробудить во мне страсть одним лишь взглядом. Ты же… ты просто жалкое подобие мужчины, которое может получить желаемое только силой и наркотой.

Он хватает меня за подбородок, сжимая до боли. Но я не отвожу взгляда, хоть и немного страшно.

- Ври, сколько влезет. Дерзи, сколько душе угодно. Скоро у тебя не будет такой возможности.

Он отпускает меня, откидываясь на спинку сиденья. Машина плавно останавливается. А когда открывается дверь и он силком вытаскивает меня из машины, я застываю на месте. Это место...

- Знакомое местечко? - доносится его голос возле уха. - Подумал, ты соскучилась по вниманию.

- Нет! Я туда не пойду!

Я пытаюсь вырваться, но его хватка не ослабевает. В груди разгорается паника. Я не могу вернуться сюда, не могу снова пройти через это. Перед глазами мелькают образы того кошмара, который я так старательно пыталась забыть.

- Как миленькая пойдешь. Подготовьте ее как следует.

Он толкает меня в руки двум мужикам, появившимся из ниоткуда.

- Нет! Отпустите! Я не выйду снова к ним! Не выйду! Отпустите!

Они тащут меня к входу, игнорируя мои крики и сопротивление. Знакомый запах дешевых парфюмов и пота бьет в нос, когда они ведут меня внутрь. Открывают одну из дверей и толкают внутрь, закрывая ее на ключ.

- Откройте! - колочу я по ней. - Вы все пожалеете об этом! Алекс это так не оставит! Откройте!

Поворачиваюсь, улавливая движение за спиной. Трое женщин удивленно смотрят на меня. У одной в руках палетка с кисточкой, у второй расческа и еще что-то. А третья стоит рядом с вешалкой с одеждой.

Думает, что спокойно нарядит меня, как куклу и поведет на торги? Фигушки. Только через мой труп.

Не знаю, сколько времени уходит на борьбу с этими дамочками. Я раскидываю всю косметику первой по полу, когда она настойчиво пытается меня усадить на стул. За ней туда же летят шпильки и весь остальной хлам второй.

Они не ожидали такого сопротивления. Я дралась как дикая кошка, царапалась, кусалась, вырывалась. Но это их не останавливало.

Когда я с криком опрокидываю на пол всю одежду третьей, которая прилипла ко мне, дверь резко открывается. На пороге появляется Тревис.

- Все вон, - тихо приказывает он, и троица поспешно исчезает.

Он подходит ко мне, его взгляд скользит по моему растрепанному виду. На лице мелькает усмешка.

- Упертая, - проговаривает он, подходя ближе. - Но это лишь подогревает мой интерес. Вижу, ты не сильно желаешь участвовать в шоу. Но это не имеет значения. Тебя сюда привезли не для того, чтобы спрашивать твоего согласия. Наденешь то, что прикажу надеть. Не послушаешься, снова прибегну к твоей любимой наркоте. Сколько угодно нотаций читай, но это остается самым рабочим методом, чтобы заставить человека себя слушаться. Так что если не хочешь, чтобы я из тебя сделал послушную собачку, которая даже гавкать по моему желанию начнет, не беси меня. У моего терпения тоже есть предел. Давай. Время поджимает.

Он хватает с пола одно из платьев и бросает мне.

Я смотрю на него, потом на платье, потом снова на него. Ненависть и страх смешиваются внутри, но я чувствую, как зарождается что-то новое - решимость. Я не стану куклой, которую он может наряжать и продавать.

Я смотрю ему в глаза. В них - холодный расчет и наслаждение моей болью. Думает, что может сломать меня, но он ошибается.

- Сам надевай. Тебе оно больше к лицу, - говорю я, кидая ее обратно ему.

- Да? Тогда сделаем так.

Он резко хватается за ткань моих брюк и разрывает их в области колена. Несмотря на мое сопротивление тянется вверх и точно также разрывает кофту, оголяя плечи.

Его пальцы впиваются в мою плоть, когда он рывком тянет меня к себе. Я чувствую, как ткань моей кофты рвется под его грубыми руками. Это не просто физическое насилие, это унижение, попытка сломать меня окончательно.