Страница 12 из 31
Глава 7
Луна укрылась в звёздном сиянии.
Фил сидит с мужиками, борется на руках. К нему садится Алёша — на лице хитрая улыбка. Фил принимает вызов.
Сцепились.
Деды смотрят удивлённо. Рука Фила медленно тянет его вниз, мышцы набухают. Я слышу, как трескается стол. Они падают в обломки.
Вскакивают, крепкое рукопожатие. Признал всё-таки.
Макс подходит к нам с Улей — он под шафе. Я носом закопался в шевелюре Ульки. Руки сжимаются под столом.
— Ульяна… — Он придерживается за стол. — Можно пригласить тебя на танец?
Уля смотрит на меня. Я киваю.
Она берёт руку Макса. Они танцуют стыдливо, путаются в ногах, Макса трясёт, Уля смущена.
Я тяну бокал к ним.
— За вас.
Глоток. Я ставлю бокал, тянусь к новой бутылке — рядом ничего. Смотрю по сторонам: вокруг меня десятки выпитых бутылок.
Чёрт. Опять не уследил.
Рядом садится Ворум, тянет какое-то пойло. Я пытаюсь схватить — рука проходит сквозь.
Ненастоящая. Как и он. Как и всё здесь.
— Хорошо, да? — Он прислоняется к своей щеке.
— Ы-ы… отстань. — Я ложусь на холодный стол.
Почему Фила так не достаёт Ардель? Поди голая перед ним ходит, а он слюни пускает.
— А ты можешь стать голой… — Я поднимаю голову. — Ульяной?
Ворум спрашивает и, не дожидаясь ответа, превращается в голую Ульяну. Маленькая грудь вздымается от дыхания, ноги раздвигаются. Я тянусь к ней — прохожу сквозь.
— Прости. — Ворум снова становится собой. — Я бы тоже хотел. — Глоток вина. — Но богам не позволено.
Я ложусь лицом на стол.
— Готов ли ты их потерять? — Ворум кивает головой в сторону моих друзей.
— Нет. Только не их. — Я скулю, пускаю слюни. Ворум улыбается.
— Ну тогда, Исаак, соберись.
Он тянет бутылку мне и исчезает.
Я слышу крик. Удары ветра. Поднимаю голову — брызги летят в лицо. Девочка… меньше Ульяны. Продырявлена когтистой лапой. Хищные глаза смотрят на меня.
Я вытираю с лица кровь. Падаю на земь. Вижу семейку, что спряталась под столом — я ползу к ним. Из-под земли прорастает колючая лоза. Протыкает их всех, поднимает вверх вместе со столом. К ним подходит мужчина, весь в цветах. Он разрубает животы висящим, и кровь с кишками падает на него — он замирает, наслаждается.
Я кидаю в него два теневых копья, мажу. Он замечает меня, улыбается и исчезает в цветах.
Я пытаюсь встать. Со всех сторон крики и всхлипы. Кровь брызжет в меня, я подвёртываюсь, падаю в чей-то распоротый живот. Кровь в глазах, во рту. Я сплёвываю, а затем ещё один — вырыгиваю в чей-то труп всё, что съел за банкет.
Я чувствую запах горелого. Фил пытается поджечь врага — попадает в людей. Во многих людей.
Я вижу, как на него обрушивается поток пены, вдавливает в землю, разъедает кожу. Наверху, на мыльной доске, голая девушка, чья кожа покрыта пеной. Я бью по пене своими тенями. Девушка грациозно отскакивает на крышу. Фил смотрит на меня, пытается отдышаться.
Я вижу, как мелькают два силуэта — синий и оранжевый. Секунда — Ульяна падает возле, с множеством порезов. Я пытаюсь накрыть их теневыми куполами, но их стягивают цветочными плетями, как в паутину.
Хищные глаза лисицы смотрят на меня. Она прыгает, но оборотень перехватывает её. Вдалбливает в стену. Пытается ударить — лиса проползает внизу руки, её когти прорезают три раны на Максе.
Я бью тенями. Они летят в этих троих. Лиса уворачивается, цветочника протыкает, но он выдёргивает копья из груди — и цветы образуются на ране. Мыльная девушка скользит по крыше. Макс рывком прыгает к ней на крышу. Она не успевает его задеть. Он прыгает на неё, кусает, рвёт — и тело становится жутким. И образуется — сзади Макса взмах руки, и пена пробивает крышу вместе с Максом.
Я слышу, как бежит Алёша. На лису и цветочника я создаю теневые барьеры для него. Лисица напрыгивает на один из них. Алёша хватает её за морду и вдалбливает в землю одним ударом.
Цветочник пытается схватить его лозами, но тело Алёши проходит, как лезвие, сквозь них. Враг достаёт мачету. Замах — две тени отбивают удар. Алёша бьёт по голове маньяка — и его голова отлетает. А тело растворяется в цветы.
Он появляется из них вновь и вновь. Я отражаю тенями каждый взмах мачете. Алёша пробивает в нём дыры — и цветы заполняют их.
Режущая боль в районе кишок. Я смотрю и вижу четыре когтя. Лисица поднимает меня и вдалбливает в землю. Кости ломят. Когти вонзаются возле лица.
В тень. Удар из-за спины. Теневое копьё. Не успеваю — пена бьёт по мне в тени. Появляюсь возле мыльной, копьё, лезвие, пуля — всё проскальзывает. Бьёт кулаком — падаю.
Макс рядом, смотрит вверх. Пытается прыгнуть — лисица влетает в него. Когти вонзаются и вонзаются. Зверь рычит.
Молния. Ульяна бежит на сверхскорости, держит лису и бьёт ею здания. Ломает стены, вдавливает в землю. Я бегу к волку. Теневые бинты.
Сзади приземляется тело. У неё нет глаз — лишь плотное мыло. Удар. Ещё — она забивает меня кулаками. Я бью тенями — два шипа возносят её до небес. Я сжимаю их — и они делят её пополам, как ножницы.
Макс обращается в человека. Я создаю вокруг него барьер. Выхожу из дома. Фил пытается испепелить цветочника — тот уклоняется, ранит его.
Алёша корчится на земле в крови. Ульяна падает рядом, за ней — лисица. Её лапа тянется к моему лицу. Щелчок — она падает возле.
Капкан. Откуда?
Лиса корчится без лапы на земле. Выстрел — ещё. Цветочник отлетает в землю. Фил бьёт его огнём, цветы горят. Цветочное поле появляется вокруг деревни.
Я вижу, как цветочник появляется, пытается убежать. Тысячи лезок — тонких нитей — пронзают его, измельчая на мелкие кусочки. Цветы ползут дальше.
Мот стоит возле сына, накладывает бинты. Он в охотничьей форме. Встаёт, передаёт Алёшу мне.
— Вам нужно уходить. Я добью их.
Он перезаряжает ружьё.
Удар с небес — мы отлетаем назад. Я откашливаю пыль. Вижу кратер. Мот пытается выбраться из него.
Я вижу, как поднимается фигура. Отдалённо похожая на человека. Только в семь метров высотой, броня из мышц, лысая голова, глаза с несколькими зрачками и острыми акульими зубами.
Он наступает на Мота и давит его в землю.
Я слышу, как его тело лопается под такой тяжестью.
— Убью!
Алёша вылетает. Он на высоте лица монстра. Удар — монстра развернуло, несколько зубов падают на землю, кровь дождём льётся. Алёша заносит руку для следующего удара, но монстр просто отпинывает его, как мяч, на сотни метров.
Я смотрю на Фила. Он бьёт в чудище двумя огненными потоками. Монстр закрывается руками, а затем удар — яма, а в ней вдавленный Фил.
Я смотрю на Ульяну. Она в отключке.
— Детки мои, вы целы? — голос, что разрывает перепонки.
Цветы собираются в садовника. Он в шрамах, но жив.
— Измолол меня в труху!
Мыло становится жидким, стекается в маленькую девочку.
— Он победил меня? — Она приложила палец к губам.
— Как больно-то ногу терять. — Лиса стала дамой, нога на месте.