Горничная для миллионера

Глава 29

Глава 29

Услышав своё настоящее имя, мужчина замер и с недоумением уставился на меня.

— Так ты знала, что я — брат‑близнец твоего мужа? — выдавил он вконец, сжав кулаки, готовый в любую секунду снова наброситься на меня.

— Узнала утром, — спокойно ответила я.

— Куда ты Тасю отправила? — рыкнул он.

— Ты сам всё слышал: я отправила её погулять и сходить в магазин, — отрезала я.

— Что ты задумала? — вспылил он. — Ты всё равно что‑то ей сказала!

— Каким образом? Мы с ней даже не соприкасались! — удивилась я.

В этот момент вмешалась Марина.

— Народ, что здесь происходит? — спросила она, переводя взгляд с меня на Алексея и обратно.

— Ты до сих пор не поняла? — я прищурилась. — Ты попала под мужское обаяние брата‑близнеца своего бывшего мужа и удачно с ним покувыркалась в постели. Интересно, вы предохранялись или нет?

— Какой такой брат?! — Марина побледнела; удивлению её не было предела.

Я же медленно пятилась к двери, чувствуя, как Алексей наступает мне по пятам и сверлит меня колючим взглядом.

— Всё очень просто. Стоило только подумать и сопоставить факты.

— Например? — с рывком спросил он.

— Во‑первых, запах, — ответила я, — во‑вторых — поведение, слова, действия… Всё это не совпадает с тем, что я знала о твоём брате‑двойнике. Женщина, любящая по‑настоящему, сразу найдёт несостыковки.

— Хочешь сказать, ты меня сразу раскусила? — зло прошипел Алексей и прижал меня к двери; я едва не смогла дотянуться до ручки, чтобы вырваться.

— Нет, — призналась я. — Я сначала клюнула на твои слова, но в голове всё равно засело: ты — чужой. Я не могла сразу всё понять.

Он сдавил кулак в упор двери возле моей головы — я услышала неприятный хруст.

— Ты хоть понимаешь, что стала моей заложницей? — изловил он меня голосом, в котором слышалась холодная угроза.

— Поаккуратнее с ударами, — сухо ответила я, пытаясь не дрогнуть. — Переломаешь свои кисти — и останешься недееспособным. По хрусту костей видно, что у тебя проблемы со здоровьем: может, рак костей? Ты уже вбил кулак об твёрдую поверхность и не почувствовал боли, — я посмотрела на его припухший кулак. — Займись здоровьем, пока не поздно. Интриги тебе ни к чему хорошему не приведут.

— Не надо меня запугивать, — зашипел он.

— Я не запугиваю, — ответила я ровно. — Я прошу тебя обратить внимание на своё здоровье. Ты — мой родственник, значит, я имею право о тебе позаботиться.

Алексей рассмеялся, сипло и безжалостно:

— Да что ты можешь, маленькая шлюшка? Ты — никто. Не знаю, что в тебе нашёл мой брат — разве что молодое упругое тело.

— Видимо, то, что ты у женщин не ищешь, — спокойно парировала я.

— В этом мы с ним разительно различаемся.

Он впал в ярость.

— Хочешь, я положу тебя прямо здесь и покажу, кто я в постели? — прорычал он. — Или ещё лучше — сверну тебе шею!

Дверь распахнулась, и я, отшвырнутая внезапной силой, выпала на пол плашмя. Через проём пронеслось несколько пар ног — людей, которых я не успела рассмотреть; мир поплыл, в глазах закружилось, и меня накрыла волна тошноты.

Очнулась я уже в больничной палате: холодный воздух, запах антисептика, белые простыни и приглушённый шум коридора. Рядом сидело кто‑то знакомый — но это уже другая история, и сначала мне нужно было понять, что со мной произошло и что делать дальше.

Алекс.

— Блядь, когда же она подаст сигнал? Я так больше не могу! Что если она не в силах остановить его и позвонить? Надо действовать — незамедлительно! Я больше не в состоянии ждать! — рявкнул я в рацию и отдал команду — начался штурм моего дома.

Едва открылась входная дверь, как из неё буквально выпала Лина. Я тут же заметил кровь на её лице. Всё. Кончено — твою ж мать, братец, — взорвался во мне звериный гнев. Убью собственными руками!.. Но месть отложилась: людей, которые штурмовали дом, уже схватили и вывели моего брата наружу, грубо уволокли к полицейской машине и затолкали в салон. Тася в это время вызвала скорую. Я был дико зол и беспомощен — что он успел сделать с моей девочкой? У неё спросить не могу: она была не в состоянии разговаривать. А вот Марину, кажется, стоит хорошенько допытать.

— Что случилось? — набросился я на неё, глядя, как Тася суетится возле Лины, помогая медикам, которые подъехали молниеносно.

— Я сама толком не поняла… — запинаясь, произнесла Марина. — Я думала, что это ты…

— Решила воспользоваться моментом и вломиться в наш дом? — прервал я.

— Сейчас не об этом! — срывающимся голосом ответила она. — Сначала они пытались втянуть меня в групповой секс. Потом твоя жена сказала, что знает, что это не ты, а твой брат. Началась драка. А потом появились вы.

— Он к ней приставал? — сжато спросил я.

— При мне — нет. Могла бы и соврать, но я не хочу этого делать. Я испугалась — боялась, что он и на меня накинется. Я теперь понимаю, почему ты так запал на эту девочку: она не даст в обиду ни себя, ни других. Она умудрилась вывести тебя из дома до моего приезда? — обратилась Марина к Таcе.

— Да, — тихо подтвердила Тася. — Пап, Лину уже увозят в больницу.

— Узнаем, в какую, и поедем разбираться с братом, — твёрдо сказал я. — Надо хотя бы передать ей телефон. Только где он?

— Её сумочка на диване, — произнесла Марина, и в её голосе звучала усталость. С чего бы такой отклик с её стороны? Может, действительно испугалась. Может быть, Лина и её сможет как‑то перевоспитать.

Я подобрал сумочку Лины, вынул телефон и заметил, что диктофон включён. Какая молодец моя малышка — подумал я. Теперь будут доказательства против моего брата: запись нападения, его слова и действия.

— Тась, принеси зарядник для телефона Лины, — сказал я. — Планы меняются: провожаем Лину в скорую, а сами едем сразу в полицию.

В душе же ворочался один нескончаемый вопрос: как дальше жить с этим всем, и хватит ли нам сил восстановить дом и семью после такого удара?

По дороге в полицию мы с дочерью прослушали запись на телефоне Лины. Найдя следователя, который должен был вести дело моего брата, мы предоставили ему эту запись.

В тот момент я был морально разбит. Не знал, чему верить и как действовать дальше. Моя девочка оказалась сильнее меня — быстро нашла выход из сложнейшей ситуации, несмотря на то, что сама пострадала. Но, несмотря на это, даже моя дочь осталась цела, а Марина начала нам активно содействовать. Просто что-то невероятное происходило! Как так может быть? Она сама постоянно страдает от всех испытаний, что выпадают на её долю.

После полиции мы сразу поехали в больницу к Лине. Она уже находилась в палате.

— Что врачи сказали? — с ходу спросил я, садясь рядом на кровать.

— Ничего смертельного! — улыбнулась она, но едва заметно. — Жить буду. Сотрясение мозга, рассечение губы и брови… Всё! И не смотри на меня так! Я в порядке! Привезёшь мне ноутбук?

— Нет! Тебе нельзя ни читать, ни смотреть фильмы!

— А телефон хотя бы дашь? Или лучше сразу заберёшь меня домой?

— Телефон дам, а домой забирать не буду. Придётся полежать в больнице хотя бы неделю — отдохнёшь от всех нас.

— Злой ты! Сам справишься с пятью детьми?

— Ты же справлялась без меня, значит, и я справлюсь!