Страница 21 из 85
— Не надо напрягать руку раньше времени. Давай сюда свои ноги! — сказал он, но, не дождавшись от меня ни единого движения, встал на колени передо мной и сам поднял сначала одну ногу, просунув её в одну дырку трусиков, потом проделал то же самое с другой ногой и начал натягивать их наверх. Оставив их на коленях, достал шортики от пижамы и повторил процедуру с ними.
— Встать сама можешь? — я, дрожа всем телом, поднялась и закрыла глаза, чувствуя, как легко он натягивает на меня одежду. После чего развязал на халате пояс и снял его с меня, оставив меня с обнажённой грудью. Я всхлипнула, роняя слёзы, открыв при этом глаза, боясь, что Алекс рассматривает мою грудь, но он смотрел на забинтованное плечо, в районе раны которого проступило немного крови.
— Больно? — спросил он, едва прикоснувшись к ране, но, увидев мои слёзы, вытер их и стал одевать дальше, натянув свободную футболку сначала на голову, потом помог продеть в рукав здоровую руку и опустил футболку вниз, скрывая под ней больную руку и всё, что было открыто до этого. И притянул к себе, аккуратно обнимая и целуя в макушку головы.
— Прости, что не уберёг тебя!
Я в ответ обняла его, прижимаясь лицом к его груди, прожигая её слезами.
— Тебе больно? Позвать врача? — заботливо спросил он, отстраняя мою голову от себя и заглядывая в глаза. Потом нежно поцеловал в щёки, в глаза, в губы. — Не плачь, девочка моя! Я люблю тебя!
Я расширила глаза, и мои губы приоткрылись, чтобы что-то ему ответить, но он не дал мне ничего сказать, накрывая их снова своим поцелуем… Он любит меня? Любит? Или это просто слова, чтобы нас не выдало ничего? Пока я размышляла, неосознанно моё тело и губы отвечали на его поцелуй.
— А ничего что вы здесь не одни? — выпалила одна из моих соседок.
Чёрт! Обломали всё моё наслаждение, которое потом может и вовсе не повториться. Мозг готов был взорваться от всего, что сегодня произошло, от возбуждения, завоевавшего всё моё тело. И так захотелось нахамить в этот момент соседушкам, но я должна была себя сдержать!
В палату заглянула Женя.
— Вы всё? Можно уже к вам?
— Можно! — ответила я, уже улыбаясь и выкарабкиваясь из объятий Алекса.
— Не плачь больше! Моё сердце от этого разрывается. Твои слёзы — моя боль! — прошептал Алекс мне на ухо, по-прежнему обнимая и не желая меня выпускать.
— Эй! Влюблённые, хватит ворковать. Дома потом друг другом насладитесь, когда нашу Лину выпишут! — выпалила Женька.
— Алекс, выпусти меня, мне больно, мне надо сесть, иначе упаду от слабости!
Алекс собственноручно усадил меня на кровать и присел рядом на корточки, избегая стула и больничной кровати.
— Ты готова со следователем поговорить?
— Да.
Следователь приступил к допросу по поводу случившегося днём. Когда он закончил свою работу, в палату постучали, и на пороге появилась Тамара Михайловна. Я ей улыбнулась, и она с ходу атаковала следователя, рассказывая о происшествии возле школы и о том, как оказала первую медицинскую помощь. На что следователю пришлось в принудительном порядке записывать показания ещё и с врача из школы. Возле меня покрутились мои посетители в течение получаса, после чего всех выгнали, сказав, чтобы завтра приходили и встречались со мной в холле больницы, чтобы не мешать другим больным.
.