Страница 20 из 85
— Вы всё видели? — уточнил я, не отводя взгляда от Лины.
— Да. И если потребуется, дам показания в полиции, — ответила женщина. — А вы помогите охраннику с ней, иначе и его придётся в больницу отправлять.
Я ринулся в бой против обидчицы моей девочки. Благо полиция приехала быстро, иначе я бы её покалечил и, не дай бог, прибил бы на самом деле.
На неё надели наручники полицейские и запихали в машину. После этого взяли у нас показания. В это время приехала скорая, и Лину увезли в больницу, оповестив, куда её везут.
Я попрощался с полицейскими, поблагодарил Тамару Михайловну и охранника, поехал сначала домой, чтобы проверить, как там Лёшка. Но тут же вспомнил, что при Лине не было ни документов, ни телефона, и помчался обратно в школу, прихватив с собой мальчишку. Там Тамара Михайловна сказала, что успела сунуть в скорую помощь сумочку Лины. После этого мы с Лёшкой отправились в больницу, где в регистратуре узнали, что Лину уже успели прооперировать и перевезли в реанимацию.
— Пап, а что с мамой? — спросил мальчик.
— Её немного ранила твоя тётка, но не переживай: всё будет хорошо!
— Ей больно?
— Уже нет. Ей дали лекарство, и боль ушла. Она сейчас спит, — ответил я, глядя на свою девочку в окно реанимации. — Ты только живи! Ты нужна мне и Лёшке! Люблю тебя!!! Но зачем ты только встала на пути этого ножа? Лучше бы я получил это ранение, чтобы не видеть твоих мучений!
— Пап, а мама скоро вернётся домой?
— Пойдём, узнаем у врача.
Я взял пацана за маленькую ручку и повёл его в сторону ординаторской, где мы и нашли врача, закреплённого за нашей Линой.
— С вашей дочерью… — начал доктор.
— Она моя жена! — перебил я.
— Извините, с ней всё в порядке. Ей правильно и удачно оказали первую медицинскую помощь, и скорая доставила её в больницу. То, что от нас требовалось, мы сделали. Через пару часов переведут в обычную палату, а через два дня можем выписать под вашу заботу и ответственность.
— Спасибо. Можно будет её навестить в часы посещения?
— Да, конечно.
— До свидания.
Мы с Лёшкой вышли из больницы и поехали в мой офис. Там сначала все стали поздравлять меня с женитьбой, но, увидев моё состояние, начали задавать другие вопросы. Так выяснилось то, что сегодня произошло после регистрации брака.
— Я поехал в полицию разузнать про вашу зазнобу, натворившую дел, — сказал Сергей, моя правая рука, который понимал меня с полуслова.
— Сразу звони, как что выяснишь.
Мой помощник испарился, а я залез в приложение на телефоне и заказал там пиццу и картошку фри, чтобы накормить Лёшку, понимая, что сам поесть не смогу. Мои мысли все были рядом с Линой. Затем набрал номер Олега и сообщил ему последние новости.
— Вот так поворот! — воскликнул Олег, примчавшись ко мне в офис сразу после моего звонка. — Она охренела совсем что ли? Или крыша слетела? Она же сама себя подставила! Может, на самом деле кукушка улетела в дальние края и забыла вернуться?
— Я тоже про это подумал. Сейчас Сергей поехал в полицию, чтобы это выяснить. После психиатрической экспертизы будем думать, что дальше делать, а пока я запущу процесс расследования того, как она умудрилась всё имущество себе загрести. Нужны доказательства её мошенничества.
— Лёшку забрать к себе?
— Нет. Я не хочу выпускать его из поля зрения, надо, чтобы он окончательно обосновался в доме.
— Чем вечером будете заниматься?
— Надо как-то мальчишку развлечь, после того как съездим в больницу к Лине.
— Своди его в батутный центр «Облака». Ему понравится… А как сама Лина?
— Я не знаю.
Оттого, что я её сейчас не вижу и не имею возможности поговорить с ней, моё состояние было угнетающим.
— Ты реально влюбился в нашу Линку! — констатировал мой друг. — Что с тобой случилось, коль смог впустить в своё сердце столь юное создание?
— Увидел в ней силу воли, стремление выжить и помочь брату. Я вспоминаю себя в её годы: мне тоже пришлось выкарабкиваться из пропасти. Позже пришлось научиться идти по головам и трупам других; она этого ещё не умеет, и сомневаюсь, что научится. Несмотря на то, что она может изрядно покалечить, она при этом чрезмерно добрая и ранимая. — Я тяжело вздохнул. — Приедешь ко мне вечером выпить? Мне надо расслабиться и попытаться забыть, что моя девочка меня спасла.
— Приеду часов в восемь, — ответил он.
Олег полез в свою кожаную папку, достал несколько документов и положил их на стол.
— Здесь характеристика на Лину и Лёшку от заведующей детского сада, который посещал малыш, — сказал он. — И ещё наброски от меня по поводу Лины. Оформишь сам как положено, я потом подпишу, когда будет готово. И ещё… Пошли: заберёшь их вещи из моей машины. Думаю, до судебного процесса нужно найти им места в твоём доме.
Мы вышли из здания офиса, перегрузили коробки из одной машины в другую и на этом разошлись.
Лина.
Я открыла глаза и огляделась по сторонам. Судя по обстановке и холодному помещению, я находилась в больничной реанимации. В плече расплывалась неприятная боль. Было жутко холодно и даже немного страшно.
— Пришла в себя? — спросила медсестра, подойдя ко мне и заметив мои шевеления.
— Да.
— Что-нибудь беспокоит?
— Боль и холод. Общее самочувствие в норме.
— Хорошо. Скоро врач осмотрит тебя, проверит анализы и переведёт в более тёплую палату. Сама можешь сесть?
— Думаю, что да.
Я, придерживая простыню здоровой рукой, аккуратно и не торопясь села на кровати и свесила с неё ноги. Медсестра помогла мне надеть халат и дала попить. После этого в палате появился доктор. Осмотрев мою рану и общие показатели, он приказал перевести меня в обычную палату. Меня усадили в инвалидное кресло и повезли в другую палату на том же этаже.
— Вам кто-нибудь может привезти вещи? — спросила медсестра.
— Да.
Я пересела на кровать, и сразу же возле меня положили мою сумочку. Я достала из неё телефон и набрала номер подруги.
— Женька, можешь привезти мне мои вещи в больницу? — спросила я, услышав голос подруги в динамике телефона.
— В смысле — в больницу? Ты что там забыла?
— Приедешь — расскажу.
— Я все вещи уже передала дяде Алексу. Сейчас ему перезвоню. Что тебе конкретно нужно?
Я тяжело вздохнула от мысли, что Алекс будет рыться в моих вещах, но перечислила:
— Зубная щётка и паста, расчёска, сменное нижнее бельё, пижама, халат, мыло, полотенце… Пока это всё. На выписку можно будет ещё сменную одежду — моя одежда безнадёжно испорчена.
— Не поняла. Тебя положили в больницу? Что с тобой случилось?
— Тётка ножом пырнула, — ответила я, слыша, как Женя ахнула в трубку и начала откровенно материться.
— Я скоро к тебе приеду!
Через полтора часа ко мне гурьбой пришли муж, брат, подруга со своим отцом и следователь.
— Могу я сначала переодеться? — спросила я у представителя закона.
— Да, конечно.
Все, кроме Алекса, вышли из палаты. На других трёх кроватях лежали женщины с тяжёлыми переломами. Они с любопытством наблюдали за происходящим. Алекс присел возле меня на стул, предварительно достав из пакета бельё, и наклонился, чтобы помочь мне его надеть.
— Алекс, я сама! — мягко и смущённо произнесла я.